Страница 47 из 80
Вот и сейчас против Нового поселка стоял большой парусник, в который грузили тес из лесопильни Ривьеров. Другой парусник, груженный тем же товаром, поднял якорь несколько часов назад и уже огибал Западный мыс.
Все, что окружало Льюиса Дорика и его товарищей, красноречиво свидетельствовало о растущем благосостоянии колонии, но они не желали видеть и понимать это. Все было для них привычным и поэтому не производило должного впечатления. Ведь изменения к лучшему почти всегда остаются незамеченными, а эта компания наблюдала их изо дня в день. И даже если бы эти люди мысленно перенеслись ко дню кораблекрушения, от которого их отделяли три года, вряд ли они смогли бы оценить перемены, произошедшие на острове Осте. Они уже привыкли к окружающей обстановке, считали ее обычной, и, наверно, им казалось, что все это существовало всегда.
Впрочем, в настоящий момент их мысли были заняты совсем другим. Дорик и его сообщники перечисляли жителей Либерии и записывали подходящие, по их мнению, кандидатуры.
— Больше никого не знаю, — сказал наконец Сердей. — Сколько у нас набралось?
Дорик пересчитал имена, записанные в блокноте.
— Сто семнадцать, — ответил он.
— Из тысячи, — уточнил Сердей.
— Ну и что же? — возразил Дорик. — Сто семнадцать — это уже кое-что. Думаешь, у Кау-джера больше? Я говорю о людях решительных, готовых на все. Остальные — это овцы, которые пойдут за любым вожаком.
Сердей не ответил. Видно было, что он колеблется.
— И вообще, хватит болтовни, — отрезал Дорик. — Нас четверо. Проголосуем.
— Что касается меня, — воскликнул Фред Мур, размахивая кулаком, — с меня хватит! Голосую за то, чтобы действовать.
— Я тоже, — сказал его брат.
— Итак, со мной уже три голоса, — сказал Дорик. — А ты, Сердей?
— Как все, так и я, — ответил без особого воодушевления бывший повар, — но…
Дорик прервал его:
— Никаких «но»! Решили — значит, кончено.
— Нужно же все-таки договориться о том, как это сделать, — настаивал Сердей. — Избавиться от Кау-джера — легко сказать, а вот как выполнить?
— Эх, будь у нас оружие… ружье… хотя бы пистолет! — воскликнул Фред Мур.
— Ничего нет, — флегматично произнес Сердей.
— А нож? — подал мысль Уильям Мур.
— Отличный способ, чтобы тебя сразу схватили, — возразил Сердей. — Ты же знаешь, старина, что у Кау-джера охрана как у короля. Не говоря уже о том, что и сам он может справиться с четырьмя!
Фред Мур нахмурил брови, стиснул зубы и рубанул рукой воздух. Сердей был прав. Фред был хорошо знаком с кулаком губернатора и помнил, как легко разделался с ним Кау-джер.
После слов Сердея наступило молчание. Вдруг Дорик сказал:
— Я могу предложить кое-что.
Товарищи вопросительно посмотрели на него.
— Порох.
— Порох? — повторили все трое в недоумении.
Кто-то спросил:
— А что с ним делать?
— Бомбу. Ведь поговаривают, что Кау-джер — анархист. Так вот мы и применим против него оружие анархистов.
Предложение Дорика было принято без энтузиазма.
— Кто же сделает бомбу? — проворчал Фред Мур. — Уж во всяком случае не я.
— Я сам, — сказал Дорик. — Хотя, может быть, мы обойдемся и без нее. У меня есть одна идейка, и, если удастся ее осуществить, Кау-джер погибнет не один, а вместе с Хартлпулом и дежурными в милиции. На следующий день у нас будет меньше врагов.
Трое заговорщиков смотрели на товарища с восхищением. Даже Сердей сдался.
— Ну, если так… — пробормотал он, исчерпав все свои возражения. Но вдруг спохватился: — Черт возьми! Мы говорим о порохе так, будто он у нас под боком.
— Он на складе, — ответил Дорик, — нужно только добыть его оттуда.
— Нечего сказать — пустячное дело! — возразил Сердей, снова выступая в роли оппозиции. — Не так все это просто! Кто возьмется за это?
— Не я, — сказал Дорик.
— Ясно! — засмеялся Сердей.
— Только потому, что у меня не хватит силы для этого, — пояснил Дорик. — И не ты. Ты слишком труслив. Фред и Уильям Мур также не годятся, они недостаточно ловки.
— Так кто же?
— Кеннеди.
Никто не возражал. Да, Кеннеди, бывший матрос, ловкий, смышленый, мастер на все руки, знавший все ремесла, мог преуспеть там, где другие потерпели бы неудачу.
Дорик прервал размышления товарищей:
— Уже поздно. Если хотите, встретимся здесь завтра в это же время. Кеннеди тоже придет. Обсудим все и договоримся.
Подходя к городу, они из осторожности расстались и на следующий день, направляясь к месту встречи, тоже вышли из Либерии поодиночке. Только очутившись за пределами видимости; заговорщики пошли дальше вместе.
В этот вечер их было пятеро, так как к ним присоединился приглашенный Дориком Кеннеди.
— Он за нас, — объявил Дорик, хлопнув матроса по плечу.
Все обменялись рукопожатиями, затем, не теряя времени, приступили к обсуждению задуманного накануне плана. Совещание затянулось. Стало уже совсем темно, когда пятеро мужчин спустились с горы. Они достигли полного согласия. Выступление было назначено на ту же ночь.
Несмотря на полную темноту; они все же разделились, как и накануне, свернули с дороги, пересекли поле и обогнули город с юга. Потом повернули назад и вошли в Либерию.
Кругом стояла тишина. Никем не замеченные они дошли до управления, где жили Кау-джер, Хартлпул и юнги — Дик и Сэнд, и снова притаились в тени одного из домов, напрягая слух и стараясь проникнуть взглядом в темноту.
Прямо перед ними была дверь суда. Из милиции, находившейся на противоположной стороне здания, доносились слабые отзвуки голосов. А по эту сторону улица была тиха и пустынна.
Зал суда не охранялся. Там ничего не было, кроме стола, простого кресла и нескольких прибитых к полу скамеек.
Убедившись, что вокруг нет ни души, Дорик и Кеннеди покинули свое убежище и быстро перебежали через открытое пространство. Достигнув здания суда, Кеннеди тотчас же начал взламывать дверь, а Дорик стал на страже.
Тем временем братья Мур, оставив Сердея на прежнем месте, разошлись в разные стороны. Пройдя несколько шагов, они остановились и со своего места стали наблюдать: один — за главным фасадом и площадью перед управлением, другой — за глухой стеной, огораживающей тюрьму, и за улицей, отделявшей эту стену от других домов. Так что Кеннеди был под надежной охраной. При малейшей опасности его бы сразу же предупредили, и он мог бы спастись бегством.
Но все обошлось благополучно. Бывший матрос работал без помех, да и дело оказалось несложным — замок оказался непрочным, и дверь поддалась при первом же нажиме. Кеннеди вошел, оставив Дорика сторожить дверь снаружи.
В зале ничего не было видно. Кеннеди чиркнул спичкой и зажег свечу. Дорик подробно объяснил ему план помещения: первая перегородка отделяла суд от тюрьмы, левая — от собственно управления. Там же находилась резиденция Кау-джера. А за стеной напротив располагался склад.
Кеннеди прошел прямо к углу, образованному внутренней перегородкой и стеной тюрьмы. Сейчас тюрьма пустовала, следовательно, никто не мог услышать его шаги.
Здесь Кеннеди остановился и, осветив свечой перегородку, стал обдумывать, что делать дальше. Выяснив, что пробить ее проще простого, он удовлетворенно улыбнулся. Выстроенная в первые дни правления Кау-джера, когда все делали наспех, перегородка эта не представляла серьезного препятствия. Она состояла из вертикальных бревен, промежутки между которыми были заполнены мелкими камнями и заштукатурены. Нож Кеннеди легко проник в штукатурку и, расшатав камни, сдвинул их с места. Приходилось опасаться только одного: как бы они не посыпались и не загрохотали. Поэтому Кеннеди тихонько отделял один камень за другим и складывал на землю.
За час он проделал дыру, в которую легко мог бы пролезть, если бы не мешало одно поперечное бревно. Его необходимо было перепилить. Это оказалось самым трудным, и Кеннеди возился целый час, пока не закончил эту работу.
Время от времени он останавливался и прислушивался к ночным шорохам, доносившимся снаружи. Все было спокойно. Охранявшие его не давали сигнала об опасности.