Страница 22 из 40
Но почему эти люди согласились вести такой странный образ жизни?.. Неужели они никогда не покидают своего убежища внутри островка Бэк-Кап?..
Возможно, я вскоре это узнаю.
10. КЕР КАРРАДЖЕ
Отведенная мне каморка расположена в ста шагах от жилища графа д'Артигаса — одной из последних ячеек в этом ряду Улья. Тома Рока поместили не со мной, но я полагаю, что его комната находится тут же рядом. Для того чтобы служитель Гэйдон продолжал ухаживать за бывшим пациентом Хелтфул-Хауса, наши камеры должны быть смежными… Надеюсь скоро узнать, так ли это.
Капитан Спаде и инженер Серке живут отдельно, поблизости от особняка д'Артигаса.
Особняк?.. Да, почему бы не назвать так это жилище, отделанное с известным вкусом? Искусные руки обтесали камень и создали затейливо украшенный фасад с широкой дверью. Свет проникает в дом через окна, пробитые в известняке, в них вставлены рамы с цветными стеклами. В доме много комнат, столовая и гостиная с огромными витражами; все устроено так, что свежий воздух в избытке поступает в помещение. Обстановка состоит из мебели самого различного происхождения; клейма на ней указывают, что она вывезена из Франции, Англии, Америки. Очевидно, ее владелец любит смешение стилей. Кухня и службы помещаются в соседних ячейках, позади Улья.
Выйдя к вечеру из своей комнаты с твердым намерением «добиться аудиенции» у графа д'Артигаса, я увидел, что он поднимается от берега озерка к Улью. То ли граф меня не заметил, то ли хотел избежать встречи, но он ускорил шаг, и мне не удалось его догнать.
«Он все же должен меня принять!» — сказал я себе.
Я торопливо подхожу к особняку и останавливаюсь перед только что захлопнувшейся дверью.
Какой-то дюжий верзила, очевидно, малаец, так как кожа у него очень темная, тотчас же вырастает на пороге. Он что-то кричит грубым голосом, очевидно, требует, чтобы я ушел прочь.
Я не подчиняюсь этому приказанию и дважды настойчиво повторяю по-английски:
— Доложите графу д'Артигасу, что я прошу немедленно меня принять.
С таким же успехом я мог бы обратиться к скалам Бэк-Капа! По-видимому, этот дикарь не понимает ни слова по-английски и отвечает мне лишь угрожающим криком.
Мне, приходит в голову мысль силою ворваться в дом и самому позвать графа д'Артигаса, да так громко, чтобы он не мог меня не услышать. Но такая попытка лишь привела бы в ярость малайца, который, наверно, обладает богатырской силой.
Итак, я откладываю до другого раза объяснение, которое мне рано или поздно обязаны дать.
Я иду вдоль Улья в восточном направлении и невольно задумываюсь о Тома Роке. Удивительно, что я не видел его целый день. Не случился ли с ним новый припадок?
Это мало вероятно. Если бы Тома Рок заболел, граф д'Артигас тотчас вызвал бы к нему служителя Гэйдона — ведь он сам говорил мне об этом.
Не прошел я и ста шагов, как увидел инженера Серке.
Этот насмешник как всегда в прекрасном настроении и на этот раз весьма любезен. Завидев меня, он улыбается, вовсе не пытаясь избежать встречи. Если бы он знал, что я его коллега — впрочем, инженер ли он сам? — то, быть может, обходился бы со мной с большим уважением… Но я остерегусь сообщать ему свое имя и звание.
Инженер Серке остановился, глаза его блестят, губы складываются в ироническую усмешку, он здоровается со мной, сопровождая свои слова учтивым поклоном.
Я холодно отвечаю на его любезное приветствие, но он делает вид, что не замечает этого.
— Да благословит вас святой Ионатан, господин Гэйдон! — произносит он своим веселым звучным голосом. — Надеюсь, вы не жалеете о том, что счастливый случай привел вас в эту чудеснейшую… да, прекраснейшую из всех пещер, хоть она известна менее других на нашем сфероиде!..
Признаюсь, что ученое слово в разговоре с простым служителем меня несколько удивляет, но я кратко отвечаю:
— Я не стал бы ни о чем жалеть, господин Серке, если бы, осмотрев эту интересную пещеру, имел возможность выйти из нее.
— Как! Вы уже собираетесь нас покинуть, господин Гэйдон… и вернуться в этот унылый Хелтфул-Хаус?.. Вы даже не успели хорошенько осмотреть наши великолепные владения, полюбоваться бесподобными красотами, созданными природой без всякого участия человека…
— С меня вполне достаточно того, что я видел, — заявляю я, — и, если вы говорите со мной серьезно, то я так же серьезно отвечаю, что больше ничего не желаю здесь видеть.
— Полноте, господин Гэйдон, позвольте вам заметить, что вы не успели оценить всех преимуществ жизни в этом месте, которому нет равных на земле!.. Тихое, спокойное существование без всяких забот, обеспеченное будущее, материальные условия, каких нигде не найти, ровный здоровый климат: в пещере вы защищены от жестоких бурь, опустошающих острова Атлантического океана, от зимней стужи и от летнего зноя!.. Смена времен года почти не влияет здесь на погоду! Нам не приходится опасаться ни гнева Плутона, ни ярости Нептуна!
Эта ссылка на мифологию кажется мне более, чем неуместной. Ясно, что инженер Серке издевается надо мной. Разве смотритель Гэйдон слышал когда-нибудь о Плутоне или о Нептуне?
— Вполне возможно, сударь, — говорю я, — что здешний климат вам нравится, что вы оценили по достоинству все преимущества жизни в глубине острова…
Я чуть не проговорился, чуть было не произнес название Бэк-Кап… но вовремя спохватился. Какую беду навлек бы я на себя, если бы меня заподозрили в том, что мне известно название островка, а следовательно, и его местоположение на западе Бермудского архипелага?
Вместо этого я говорю:
— Но если здешний климат мне не нравится, ведь я имею право переменить его…
— Действительно, имеете право.
— Я требую, чтобы меня отпустили отсюда и дали возможность вернуться в Америку.
— Мне нечего вам возразить, господин Гэйдон, — отвечает инженер Серке, — ваше требование вполне резонно. Заметьте однако, что мы живем здесь в полной независимости, не подчиняемся ни одному иностранному государству, не покоряемся ничьей власти, не принадлежим ни к Старому, ни к Новому Свету… А эти преимущества ценит каждый человек с гордой душой и отважным сердцем… Кроме того, какие величественные образы прошлого возникают у всякого образованного человека при виде этих гротов, словно созданных рукою богов. В таких пещерах бессмертные небожители вещали некогда свои пророчества устами оракула Трофония…
Положительно инженер Серке питает слабость к мифологии! Сперва Плутон и Нептун, а теперь Трофоний! Черт возьми! Уж не воображает ли он, что больничный служитель знает, кто такой Трофоний?.. Ясно, этот насмешник продолжает издеваться надо мной, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не ответить ему в том же тоне.
— Я только что хотел войти в этот дом, — продолжаю я отрывисто, — он принадлежит, если не ошибаюсь, графу д'Артигасу, но меня не пропустили…
— Кто же, господин Гэйдон?..
— Какой-то человек, находящийся в услужении у графа.
— По всей вероятности, он получил строгий приказ, касающийся вашей особы.
— Желает или не желает граф, но ему придется меня выслушать…
— Боюсь, что добиться этого будет трудно, даже невозможно, — заявляет, улыбаясь, инженер Серке.
— Почему?
— Потому что графа д'Артигаса здесь нет.
— Вы смеетесь надо мной!.. Я только что видел его…
— Тот, кого вы видели, господин Гэйдон, вовсе не граф д'Артигас…
— Кто же он в таком случае?..
— Пират Кер Каррадже.
Это имя было произнесено резким голосом; инженер Серке тут же ушел, и мне даже в голову не пришло задерживать его.
Пират Кер Каррадже!
Да!.. Для меня имя Кера Каррадже — настоящее откровение!.. Это имя мне знакомо и вызывает целый рой воспоминаний!.. Оно сразу объясняет то, что казалось необъяснимым!.. Теперь я понимаю, в руки какого человека попал!..
Собрав воедино то, что я уже знал, и то, что мне сообщил в Бэк-Капе сам инженер Серке, я могу рассказать следующее о прошлом и о настоящем этого Кера Каррадже.