Страница 15 из 65
В случае, если им придется остаться в этих местах, они найдут себе пропитание. В самом начале экскурсии Донифан это заметил, надеясь впоследствии вознаградить себя за вынужденную обстоятельствами сдержанность.
Деревья в лесу главным образом состояли из различных сортов берез и буков. Тут также были высокие и прямые кипарисы, очень густые мирты и чудные группы коричных лавров, кора которых распространяет такой же запах, как и корица.
В два часа они сделали вторую остановку в узкой прогалине, через которую протекала неглубокая река, скорее ручеек. Эта необыкновенно прозрачная река тихо текла по черноватым камням. По тихому, чистому течению незасоренной воды можно было судить, что ее источник недалеко. Перейти через нее было легко по камешкам, которыми она была усеяна. Даже в одном месте гладкие камни лежали симметрично и тем обратили на себя внимание мальчиков.
— Это странно! — сказал Донифан. Действительно, как будто было проложено шоссе от одного берега до другого.
— Совсем как плотина! — воскликнул Сервис, собираясь ее перейти.
— Подожди! — остановил его Бриан. — Надо рассмотреть, как лежат эти камни.
— Немыслимо, — прибавил Уилкокс, — чтобы эти камни легли сами по себе.
— Нет, — сказал Бриан, — мне кажется, в этой части реки хотели устроить переправу. Посмотрим поближе.
Мальчики тщательно осмотрели каждый камень этого узкого шоссе, выступающего из воды только на несколько дюймов.
Нельзя было наверно сказать, что эти камни были положены рукой человека, чтобы облегчить переход через реку. Вероятнее всего, что во время половодья они были подхвачены силой потока и образовали естественную запруду. Это был самый простой способ объяснить существование шоссе: к нему пришли Бриан и его товарищи после осмотра камней.
Ни на правом берегу, ни на левом не было видно человеческих следов.
Речка направлялась в противоположную сторону от бухты. Не впадала ли она в море, которое видел Бриан с мыса?
— Может быть, — сказал Донифан, — это приток более значительной реки.
— Увидим, — ответил Бриан, считавший бесполезным возобновлять разговоры по этому поводу. — Однако, пока она течет к востоку, нам следует идти по ее течению, если она не делает много извилин.
Мальчики отправились вперед, перейдя реку, чтобы потом не переходить ее, может быть при менее благоприятных условиях.
Было довольно легко идти по крутому берегу, исключая нескольких мест, где деревья пускали корни в воду, а ветви перекидывались с одного берега на другой. Речка иногда круто поворачивала, но ее общее направление было всегда к востоку. Устье ее еще должно было быть далеко, потому что течение не становилось быстрее и сама она не делалась шире.
В половине шестого Бриан и Донифан, к сожалению, должны были убедиться, что река переменила направление к северу. Если бы они продолжали идти по реке, то это их отдалило бы от цели путешествия. Они согласились не следовать по берегу, а направиться на восток через чащу берез и буков.
Дорога эта была очень трудная. В густой траве, которая иногда покрывала их с головой, чтобы не потерять друг друга, им приходилось перекликаться.
Они шли уже целый день, но вблизи не было видно полосы воды, и Бриан начал беспокоиться. Неужели это был обман зрения, когда он смотрел с мыса?
«Нет, нет! — повторял он про себя. — Я не ошибся. Этого не может быть. Нет!»
К семи часам вечера они еще не дошли до конца леса, но было уже так темно, что нельзя было отыскать дорогу.
Бриан и Донифан решили сделать остановку и провести ночь под деревьями. Они утолили голод хорошим куском говядины. Теплые одеяла защищали их от холода. Кроме того, можно бы было развести огонь из сухих веток; но эта хорошая защита от зверей могла привлечь какого-нибудь туземца.
— Лучше не рисковать, — заметил Донифан.
Все с ним согласились и стали ужинать. Нельзя было пожаловаться на отсутствие аппетита. Уничтожив значительное количество провизии, они расположились под огромной березой, когда Сервис показал им на густую чащу в нескольких шагах от них. Из этой чащи, насколько они могли разобрать в темноте, выступало дерево средней величины, низкие ветви которого свисали до земли. Под этим деревом все четверо улеглись на груду сухих листьев, завернувшись в одеяла. Они сразу заснули, и Фанн, который должен был сторожить их, тоже последовал примеру своих молодых хозяев.
Раз или два собака ворчала. Очевидно, какие-то дикие животные бродили по лесу, но не подошли близко.
Около семи часов утра Бриан и его товарищи встали. Косые лучи солнца ярко освещали место их ночевки. Сервис встал первым и закричал от удивления.
— Бриан! Донифан! Уилкокс! Идите… идите сюда!
— Что такое? — спросил Бриан.
— Да в чем дело? — спросил Уилкокс. — У Сервиса привычка кричать, и он нас только пугает.
— Хорошо, хорошо! — ответил Сервис. — Посмотрите, где мы лежали.
Это была не чаща, а шалаш из листьев, так называемая у индейцев «ажупа». Этот шалаш был построен давно, потому что крыша и стены его держались только благодаря тому, что шалаш был прислонен к дереву, ветви которого покрывали эту хижину, похожую на те, в которых живут туземцы в Южной Америке.
— Значит, здесь есть жители, — сказал Донифан, быстро оглядываясь крутом.
— Или по крайней мере были, — ответил Бриан, — эта хижина не могла сама выстроиться.
— Теперь делается понятным существование переправы через реку, — заметил Уилкокс.
— Тем лучше! — воскликнул Сервис. — Если есть жители, то это хорошие люди, потому что они выстроили эту хижину для нас, чтобы мы провели в ней ночь.
Никакого основания не было предполагать, что туземцы хорошие люди, как их называл Сервис, но не видно было, что туземцы посещают или посещали эту часть леса. Это были, вероятно, индейцы, если эта страна примыкала к Новому материку, или полинезийцы и даже людоеды, если это был какой-нибудь из островов Океании. В последнем случае детям грозила опасность, и важно было это выяснить.
Бриан предложил продолжить путь, но Донифан выказал желание осмотреть хижину, в которой, по-видимому, давно не живут.
Может быть, в ней найдутся какие-нибудь вещи, орудия или инструменты, по которым можно будет что-либо узнать об их хозяевах.
Они тщательно перерыли сухие листья, лежавшие на полу хижины. Сервис нашел в углу глиняный черепок от чашки или бутылки; это доказывало, что здесь жил человек, ко других указаний они не нашли. Оставалось только продолжать путь.
В половине восьмого мальчики с компасом в руке направились на восток по небольшой впадине. Они шли очень медленно, в течение двух часов пробираясь через густую траву и кустарники; два или три раза им приходилось прокладывать себе дорогу топорами…
К десяти часам горизонт изменился. За лесом тянулась широкая долина, усеянная мастиковыми деревьями, тимьяном, вереском. Восточнее шла полоса песка, омываемая волнами моря, которое видел Бриан.
Донифан молчал. Этому тщеславному юноше тяжело было сознаться, что его товарищ прав.
Бриан, однако, не хотел торжествовать и рассматривал море в подзорную трубу.
На севере берег, ярко освещенный лучами солнца, немного загибал налево.
На юге изгиб был больше заметен.
Сомневаться теперь было нечего: они были не на материке, а на острове, и надо было оставить всякую надежду вернуться домой, если не придет помощь со стороны.
Кроме того, нигде не видно было земли.
Этот уединенный остров казался как бы затерянным в необъятных водах Тихого океана.
Бриан, Донифан, Уилкокс и Сервис пересекли долину, тянувшуюся до берега, и остановились у песчаного холма.
Они хотели позавтракать, а затем идти обратно через лес.
Может быть, если они поторопятся, им удастся к вечеру вернуться на яхту.
Завтрак прошел довольно грустно, они едва обменялись несколькими словами.
Наконец Донифан, подняв свой мешок и ружье, встал и сказал одно только слово:
— Пойдемте.