Страница 3 из 19
Сколько он так просидел? Может быть, десять минут, а может четверть часа… Тишина была такой, что у Боба даже закралась мысль, что дакоиты отступили. Однако он слишком хорошо знал своего противника, и его худшие опасения не замедлили подтвердиться. Сначала в полной темноте раздался легкий шум. Даже скорее шуршание, которое производит голая или одетая в легкие туфли нога по кирпичу. Самое странное, что шуршание это доносилось не снаружи, а изнутри комнаты, иначе бы он его не расслышал. Было совершенно непонятно, как же мог кто-то проникнуть в запертую комнату, где кроме Боба Морана был только труп лорда Бардслея.
И тут француз вздрогнул. «Камин! — подумал он. — Камин!» Он прислушался и тут же понял, что не ошибся. Позади рабочего стола находился огромный зев камина, в котором можно было зажечь целый ствол дерева. Как и во всех старых домах, дымоход вполне мог служить лазом для человека нормального телосложения.
Вытянув в темноте руку, Моран на цыпочках двинулся к камину, пока не коснулся его каменной облицовки. Прислушавшись, он четко различил, что звуки идут из дымохода. Сомнений не было, кто-то спускался вниз, и это наверняка мог быть только дакоит… или несколько дакоитов.
«Ну что ж, в любом случае придется защищаться. У меня даже положение лучше, чем у противника. Я знаю, где они, а мое расположение им неизвестно». Боб притаился у камина, держа наготове палицу в правой руке, а в левой маленький электрический фонарь, готовый включить его в любой момент. Он внешне был спокоен, хотя каждый нерв напоминал туго натянутую струну.
Шум в камине с каждой секундой становился все отчетливее. Враги спускались медленно, но верно. Они, должно быть, находились уже в нескольких метрах от француза и вскоре должны были достигнуть очага. И вот, легкое скольжение и почти неслышный прыжок на пол. Морану показалось, что перед ним материализовалась тень. И тут он сработал, как машина с часовым механизмом. Левая рука включила фонарик, а правая взметнулась и опустилась с дубинкой, но удар пришелся вскользь. У человека подогнулись колени и он ткнулся в пол. Однако и дубинка выпала из рук француза. А дакоит тут же вскочил и в руке его сверкнуло лезвие ножа. Это был индиец, бедно одетый в европейское платье. Боб едва успел подставить левую руку, чтобы блокировать удар ножа. А кулак правой уже попал негодяю в солнечное сплетение. Противник согнулся, и Моран изо всех сил рубанул его по затылку. Дакоит рухнул и уже не шевелился. Сорвав шнур от занавеса, француз прочно связал пленника. Едва он закончил, как раздался новый шум из дымохода. На этот раз явно спускались несколько человек. Боб понял, что спасти его может только чудо.
Глава III
«Чудо! — подумал Моран. — Легко сказать… Как будто чудеса происходят по нашему желанию!..»
Связав дакоита, Боб оставил фонарик зажженным и вот, шаря лучом, он наткнулся на аккуратную кучку полешек, хорошо подсушенных и приготовленных для растопки камина. Они были сантиметров по пятьдесят и толщиной с руку человека. Он мгновенно осветил камин и увидел, что для растопки его не нужна лучина и бумага, а используется газовая подводка. Послушав, Боб понял, что у него ещё есть время выполнить свой план. Нападающие были достаточно высоко. Он быстренько наложил в камин поленья крест-накрест, затем схватил со стола огромную зажигалку, открыл кран и поджег газ. Произошла резкая вспышка и огонь лизнул дерево, которое мгновенно загорелось и стало чернеть. Вверх потянулся дым. Сухие поленья весело затрещали. По кабинету заходили красно-багровые блики, а дым, тянущийся в дымоход, становился все гуще и гуще. Сверху послышался крик, и Боб понял, что противник был ошеломлен этим его неожиданным действием. Послышалось шуршание, посыпались кусочки кирпича и цемента, падающие в пламя, а затем шум стал удаляться, свидетельствуя, что нежеланные посетители обратились в бегство, стремясь как можно скорее достичь крыши и выбраться на свежий воздух.
В полумраке Боб удовлетворенно усмехнулся.
— Будь ты трижды дакоитом, а сквозь пламя тебе не пробраться. Что и требовалось доказать…
Но тут усмешка на его лице сменилась серьезным выражением, и он снова забормотал:
— Но, пожалуй, рано трубить победу. Эти зверюги так просто не расстаются со своей добычей. Истинные кровопийцы!.. Ну уж, а что до их хозяина, то они не виноваты, что он ещё не наложил на меня лапу… Они давненько пытаются расправиться со мной по его приказу. Так что…
Он посмотрел на лежащую на полу палицу и с горечью подумал, что это не то оружие, с которым можно противостоять куче вооруженных ножами убийц-профессионалов, которыми являются дакоиты.
«Кстати, человек вроде лорда Джона Бардслея, часто попадавший во всякие переделки, наверняка должен держать где-то в кабинете оружие, — подумал Моран. — Пожалуй, стоит поискать…»
Револьвер он нашел в ящике комода. Это был «Смит и Вессон» 38-го калибра с полным барабаном, а рядом хранилась целая коробка запасных патронов.
Боб сунул патроны в карман, а револьвер за пояс. Затем подошел к очнувшемуся дакоиту и направил на него фонарик. Под лучом света пленник зажмурился, н,о тут же открыл глаза. На его темном лице не было ни тени страха. Да, впрочем, человеческое лицо этого существа было только маской. По сути своей это был робот в человеческом обличьи, запрограммированный на убийство. По сравнению с дакоитами, убийцы Старого и Нового света были просто-напросто любителями.
— Я полагаю, — начал Моран, — собрав все свои не слишком большие познания в хинди, — что ты, парень, в состоянии оценить ситуацию. Могу подтвердить, что ты влип по горло. В этом комнате убит человек, а ты являешься сообщником убийцы. Тут сомнений нет никаких. Если поможешь мне избавиться от твоей шайки, то полиция тебе это зачтет.
Дакоит ухмыльнулся, обнажив острые, как у зверя, зубы, черные от жевания бетеля
.
— Собаки сгложут твои проклятые кости, — бросил он с презрением.
Моран пожал плечами.
— Ну, это твое дело. Люди из Скотланд-Ярда разберутся с тобой…
Однако Боб знал, что ни полиция, никто другой не вырвут у дакоита ни малейших сведений. Его можно поджаривать, пытать, угрожать смертью, но убийца не проговорится.
Снова раздался шум, но на этот раз не со стороны камина, где все ещё дымились поленья, а со стороны двери, которую Боб запер и подпер для предосторожности. Она, конечно, не поддалась. Однако раздавались глухие удары, как будто с той стороны кто-то пытался сорвать её с петель. Но солидной крепости дубовые створки, бронзовый замок и подпорка из скамьи были достаточной защитой. Здесь нужен был таран. Тем не менее, Боб понимал, что противник снаружи довольно многочисленен, а в огромном доме можно найти какой-нибудь подходящий предмет для тарана. Например, старую кулеврину
, стоящую у самой лестницы…
«Нужно заставить их прекратить суету за дверью! — подумал он. — А для этого уц меня только одно средство…»
Он вынул из-за пояса револьвер и шесть раз выпалил в дверь.
Пули выбили щепки из двери и, если никого и не задели, то шум за дверью свидетельствовал, что атакующие поспешно отступили. Дакоиты были, конечно, нахраписты и храбры, но подставлять себя под пули явно не желали.
— Эй вы там! — закричал Боб Моран. — Если только кто-нибудь попробует сунуться сюда, пусть пеняет на себя! На каждого хватит по пули…
Спрятавшись за массивным креслом на случай, если противник тоже вздумает стрелять, Моран перезарядил оружие. Сделав это, он внимательно прислушался, но никаких свидетельств того, что дакоиты снова решили атаковать дверь, не последовало.
Потянулись долгие минуты, враг не проявлял активности, и Боб решил, что убийцы отступили. Но он понимал, что это не надолго, дакоиты ни за что не расстанутся с жертвой. Если не придет помощь, они терпеливо будут ждать часы и дни, чтобы выполнить приказ того, кто их послал.
«Нужно бы предупредить полицию, — размышлял Боб, — но как?» Звать на помощь, но тогда нужно открыть жалюзи, распахнуть окно. Однако в этом случае он станет прекрасной мишенью для сидящих на соседней крыше. Тем более, нет никакой гарантии, что его призывы услышат сквозь вату смога.