Страница 24 из 48
— Меня интересует, как много вы знаете, — неожиданно для себя отозвался Эллиот.
Мисс Силвер улыбнулась. Молодой человек выглядел решительным, смышленым и не таким напряженным, как мистер Марк Парадайн. Отличная память подсказала ей, что он — один из двух членов семейного круга, которым удалось обзавестись алиби на время убийства.
— Не так много, как хотела бы знать, мистер Рей. Возможно, вы сумеете снабдить меня дополнительной информацией. Я рада вашему приходу. Вы не будете возражать, если я задам вам несколько вопросов?
— Разумеется, не буду.
— Тогда скажите, мистер Рей, вы живете не в Берлтоне?
— Нет.
— И занимаетесь секретной работой, связанной с авиаконструкцией?
— Да.
— Это общеизвестно? Как и тот факт, что ваш визит в Берлтон был связан с работой но поручению правительства на предприятии «Парадайн-Моффат»?
— Я бы не сказал, что это общеизвестно.
Мисс Силвер кашлянула.
— Но об этом знали все, обедавшие здесь вчера вечером?
Он бросил на нее удивленный взгляд.
— С этим я должен согласиться — по крайней мере, они могли об этом знать. Правда, я не стал бы предполагать, что это может заинтересовать женщин.
Мисс Силвер кашлянула снова.
— Предположения не всегда надежны, мистер Рей. Кажется, вы провели здесь прошлую ночь, но не позапрошлую. Вы ожидали, что заночуете в этом доме?
Эллиот сдвинул брови.
— Нет.
— Тогда вы, возможно, расскажете мне, что изменило ваши планы?
— Мистер Парадайн позвонил мне в семь часов, — с притворной беспечностью отозвался Эллиот. — Он сказал, что хочет видеть меты по делу.
— И когда вы прибыли сюда, он настоял, чтобы вы остались обедать и заночевали здесь. Могу я спросить, как вы намеревались провести вчерашний вечер?
— Я собирался обедать с мистером Моффатом, партнером мистера Парадайна.
— И вы сообщили ему, что не придете?
— Мистер Парадайн сделал это за меня.
— Теперь я задам вам вопрос, на который вы можете не захотеть отвечать, — продолжала мисс Силвер. — Мисс Пеннингтон и мистер Марк Парадайн описали мне, что произошло за обеденным столом вчера вечером. Должно быть, это явилось серьезным испытанием — особенно для виновного. Насколько я понимаю, мистер Парадайн заявил, что кто-то предал семейные интересы, но не объяснил, в чем состояло это предательство. Полиция, конечно, будет это выяснять, но я не имею возможности узнать, какими сведениями они располагают. Скажите, во время этого визита вы принесли с собой какие-нибудь документы или чертежи?
— Естественно.
— И передали их мистеру Парадайну?
— Почему вы так думаете?
Мисс Силвер улыбнулась.
— Я в этом уверена. Я также уверена, что вчера вечером мистер Парадайн вызвал вас и сообщил, что эти бумаги или, по крайней мере, некоторые из них исчезли.
Эллиот вскочил на ноги.
— Кто вам рассказал? Марк?
Мисс Силвер с интересом посмотрела на него.
— Не думаю, что мистер Марк Парадайн об этом знает, — чопорно произнесла она.
Эллиот склонился к ней, стоя по другую сторону стола.
— Значит, Лидия!
Мисс Силвер покачала головой.
— Я абсолютно уверена, что мисс Пеннингтон тоже об этом не известно.
— Тогда, черт возьми, откуда это известно вам?
Взгляд мисс Силвер стал укоризненным, и Эллиот, к своему удивлению, почувствовал, что краснеет.
— Прошу прощения. Но не могли бы вы сообщить мне, кто вам об этом рассказал?
Мисс Силвер заговорила снисходительным тоном, и Эллиот ощутил себя отстающим учеником, которому учительница объясняет очевидное.
— Мне рассказали факты. Уже целый год вы практически не общались с семьей мистера Парадайна. То, что вы пообедали и провели ночь здесь могло означать одно из двух — примирение или настолько важное и серьезное дело, которое заставило отбросить все прочие соображения. Какие-либо доказательства примирения отсутствовали. Ваше появление в гостиной перед обедом удивило всех. Оставалась другая возможность — неожиданное и важное событие, побудившее мистера Парадайна лично отменить ваш обед с его партнером и убедить вас сотрудничать с ним в осуществлении плана, требовавшего вашего присутствия в доме за обедом и ночью. Вкупе с его замечанием о предательстве и заявлением, что он знает виновного, это привело меня к заключению, что мистер Парадайн лишился важной бумаги или бумаг, что ему было известно, кто их взял, и что он не сомневался в способности оказать достаточное давление на эту персону, дабы обеспечить их возвращение. При таком предположении ваше согласие и сцена за обедом выглядят вполне естественно. Это также создает веский мотив для убийства человека, обладающего такой опасной информацией.
Эллиот медленно опустился на стул, все еще цепляясь руками за край стола.
— Вы пробыли в доме всего четверть часа и хотите сказать, что сами это выяснили? Простите, но я этому не верю. Я хочу знать, что вам рассказали Марк и Лидия. Только три человека знали об исчезновении чертежей — тот, кто их взял, мистер Парадайн и я. Если об этом известно Марку или Лидии…
Мисс Силвер кашлянула.
— Отлично сказано, мистер Рей. Приятно иметь дело с человеком, который так быстро добирается до сути. Однако могу вас заверить, что ни мистер Марк, ни мисс Лидия даже не намекали на возможность, что обвинение мистера Пеннингтона как-то связано с вашими бумагами. Мисс Лидия всего лишь сообщила мне о том, что имела место серьезная ссора между вами и семьей Парадайн, но что это не затронуло ваши деловые отношения. Мистер Марк добавил, что ваш теперешний визит связан с секретным государственным делом. На основании этих и еще нескольких мелких фактов я смогла прийти к определенным выводам. Из ваших слов я понимаю, что они правильные.
Эллиот отпустил стол и откинулся на спинку стула.
— Да, абсолютно правильные.
Мисс Силвер открыла зеленую тетрадь и сделала запись.
— Мистер Парадайн говорил вам, что знает, кто взял бумаги? — спросила она.
— Да.
— И он дал вам какие-нибудь указания на то, кто был этот человек?
— Нет.
Она посмотрела на него, держа в руке карандаш.
— Тут вы можете помочь мне, мистер Рей. Я хочу знать, какое на вас впечатление произвели тогда его голос и поведение. До какой степени они обнаруживали испытываемые им эмоции?
Эллиот коротко усмехнулся.
— Обнаруживать свои чувства было не в духе мистера Парадайна.
— Все же у вас могло сложиться определенное впечатление. Должно быть, обнаружение потери явилось шоком для мистера Парадайна. Вам показалось, что этот шок имеет личный характер?
Эллиот внимательно посмотрел на нее.
— Мистер Парадайн был в весьма бодром настроении. Он сказал, что мне придется заночевать здесь и что я получу назад мои бумаги утром. Раз уж вы знаете так много, могу вам сообщить, что он оказался прав — я получил их. Они были здесь — на его столе. — Эллиот указал на угол слева от мисс Силвер. — Я взял их, но не собирался ничего об этом рассказывать. Мне казалось, что смерть мистера Парадайна — несчастный случай. Когда пошли разговоры об убийстве, я должен был обдумать заново мою позицию и решил, что теперь не вправе держать язык за зубами. После прибытия главного констебля я рассказал ему то, что вы рассказали мне. — И он криво улыбнулся.
— Благодарю вас, мистер Рей, — сказала мисс Силвер. — Вы поступили абсолютно правильно. Давайте вернемся к мистеру Парадайну. Как по-вашему, осведомленность о личности вора не подействовала на его эмоции?
— У мистера Парадайна вообще не было эмоций, — ответил Эллиот.
Мисс Силвер показалось, что он уклоняется от темы.
— Попробую задать вопрос иначе, — сказала она. — Вчера вечером за обеденным столом, кроме мистера Парадайна, сидели десять человек. К кому из них он, по-вашему, испытывал особую привязанность?
— Я вижу, куда вы клоните, — отозвался Эллиот. — Вы хотите знать, любил ли мистер Парадайн человека, взявшего бумаги, и был ли он из-за этого расстроен. Ну, по-моему, не был. Думаю, он предвкушал удовольствие, которое будет испытывать, унижая похитителя. Впрочем, это могло быть притворством. Я так не считаю, но кто знает. Я был знаком с человеком, который мог казаться воплощением любезности, кипя при этом от злобы. Вряд ли мистер Парадайн стал бы обнаруживать свои истинные чувства. Он всегда держался отчужденно и относился к окружающим с сарказмом. Но если вас интересуют мои личные впечатления о его отношении к родственникам, то, по-моему, мистер Парадайн любил мою жену. Наверное, он был привязан и к сестре, хотя это скорее предположение, чем впечатление. Полагаю, он хорошо относился к Марку. Марк сейчас работает в департаменте исследований, но раньше хотел поступить в авиацию, и мистера Парадайна чуть удар не хватил. Меня тогда здесь не было, но я слышал, что скандал был жуткий. Не знаю, как он относился к Дику Парадайну. Впрочем, Дика любят все в семье, так что мистер Парадайн вряд ли составлял исключение. Фрэнк и Бренда Эмброуз — дети его жены от первого брака. Он очень ее любил и, очевидно, перенес это чувство и на них. Мистер Парадайн назначил обоим доход по достижении ими совершеннолетия. Фрэнк участвует в бизнесе — он солидный и надежный парень. Бренда немного со странностями. — Его усмешка дала понять мисс Силвер, что это преуменьшение.