Страница 43 из 49
Губы Томазины сказали: «Нет». Разум сказал: «Она не стала бы так откровенничать, если бы собиралась меня отпустить».
Напрасно она шарила руками по стене, ручки не было, она была ближе к центру. Если она сдвинется с места, Анна ее убьет. Для этого даже не нужно быть метким стрелком, промахнуться с такого расстояния трудно. Томазине не оставалось ничего другого, как тянуть время.
Но это не поможет. Они с Анной одни в пустом доме, никто не знает, что она здесь. Она подумала о Питере, и ей показалось, что все это было где-то далеко и очень давно, Из-за какой-то ерунды они ссорились… Как глупо…
Анна сама заговорила:
— Раз не хочешь угадать, придется сказать. Кто-то, кого ты очень хорошо знаешь. Он говорил тебе, что отлично стреляет, или скрыл? Думаю, кое-чего ты о нем не знаешь. Ты считала, что он всегда к твоим услугам, как только пожелаешь? Он притворялся, что не любит меня? Первое, чего ты о нем не знаешь, — что он хороший актер, а второе — что он мой! Не твой, дорогая Томазина, а мой, мой, мой!
Томазина подумала: «Она безумная. Это ужасно, но она безумная, она не знает, что говорит». Она сказала:
— Анна, остановись, у меня голова идет кругом. Я не знаю, о чем ты говоришь, и не верю тебе. Уже поздно, я пойду спать.
Анна шагнула к ней. Если она сделает еще шаг, можно будет попробовать выбить пистолет у нее из рук.
Но Анна сделала только один шаг. Она угрожающе сказала:
— Нет, не пойдешь! Ты будешь делать то, что я тебе прикажу, и когда я с тобой покончу — совсем покончу, — ты заснешь надолго. — Она засмеялась и сменила тон. — Я ведь рассказывала тебе о мистере Сандроу, не так ли? Ты должна быть довольна, ведь ты же его искала. Полиция тоже! Вот бы они вылупили глаза, если б узнали то, что я тебе расскажу! Только ты не сможешь им передать. Мистер Сандроу умный человек, он хочет стать очень богатым. В любое время, когда захочет, он может получить несколько тысяч фунтов, для этого ему нужно только пойти в банк и попросить. Знаешь, ему никогда не отказывают, потому что он слишком быстро стреляет! И мы вместе уезжаем с деньгами. Ты не знала, что я вожу машину? Он садится, мы уезжаем, и у полиции нет ничего, ни единой улики. В первый раз в Эндерби-Грине я была смуглым, темноволосым мальчишкой, закутанным в шарф. А в Ледлингтоне я была ослепительной златокудрой блондинкой — ах, какой чудесный был парик! Какой-то молодой человек пожелал поближе со мной познакомиться. Я ждала возле банка. Я не дала ему посмотреть на мое лицо, закрылась рукой, как будто поправляла шляпу. И рука не дрожала, будь уверена, нервы у меня железные! Мистер Сандроу вышел из банка, и мы уехали! Неужели ты до сих пор не догадалась, кто это? Не ожидала я, что ты такая тупица. Это Питер, Питер Брэндон — а ты считала, что он у тебя в кармане? Вот уж мы посмеялись! Что ж, теперь твоя очередь смеяться. Скажешь, плохая шутка? Смейся, Томазина, ну же! Смейся, смейся!
Глава 36
Услышав, что открывается дверь, Питер Брэндон выпустил руку Крэддока и выпрямился. Он увидел мисс Силвер, одетую в голубой халат с белой вышивкой; ее волосы были аккуратно стянуты частой шелковой сеточкой, которую она всегда надевала на ночь. Когда он обернулся, она строго спросила:
— Что вы здесь делаете, мистер Брэндон?
У него были все основания задать ей тот же вопрос, но ему это и в голову не пришло. Он чувствовал себя восьми летним мальчишкой, который залез в буфет за вареньем и был пойман с поличным. Он сказал:
— Я искал Томазину.
— Она здесь?
— Не знаю; я боялся, что она здесь.
Мисс Силвер легонько кашлянула.
— Об этом мы поговорим позже. Мистер Крэддок мертв?
— Думаю, да. Когда я вошел, он был еще жив, но сейчас пульс не прощупывается.
Она подошла, опустилась на колени, положила пальцы на запястье — да, действительно, пульса не было.
— Пульса нет. Он мертв. И сколько времени вы здесь находились?
— Я пришел искать Томазину. Днем она что-то сказала насчет того, что Анна Бол здесь и заперта в подвале. Я сказал, что это полная чушь, и мы поругались. Я хотел, чтобы она уехала отсюда. Я думал…
— Мистер Брэндон, я спросила, как давно вы здесь.
— Я пришел ее искать, дверь была отперта. Как только я вошел в холл, раздался выстрел. Я не понял откуда. Я ткнулся в два коридора, прежде чем напоролся на ту фальшивую руку. Я ее разглядывал, и тут раздался второй выстрел. Я очутился здесь не позже чем через минуту, но никого уже не было, только мистер Крэддок. Пришлось проверить, нельзя ли ему помочь. Я пытался остановить кровь своим платком.
Мисс Силвер уже заметила платок. Певерил Крэддок был одет в одну из своих любимых просторных рубах, темно-синюю. Она была разорвана сверху донизу, и под нее подсунут платок, поверх нижней рубашки. Он пропитался кровью, а значит, его не только что подложили. Она сказала:
— Он был в сознании? Он что-нибудь сказал?
Питер помотал головой.
— Нет, у него еле-еле бился пульс. Он еще не был мертв, но почти, никакой разницы.
При втором выстреле мисс Силвер взглянула на часы, а войдя в комнату, посмотрела еще раз. Согласно показаниям Питера Брэндона, он был наедине с мертвецом или умирающим не более трех минут, и все это время был занят разумными и гуманными попытками остановить кровь. Согласно его собственным показаниям…
Может быть, он говорит правду, а может, нет. Выстрелов было два. Он мог находиться здесь и во время первого выстрела, и некоторое время до него. Выводы она сделает потом. Пока надо осмотреть место действия.
По тому, как упал стул, можно было заключить, что Певерил Крэддок сидел за столом. Напротив, несколько боком к столу, стоял другой стул. Похоже, что кто-то сидел и разговаривал с мистером Крэддоком. Они разговаривали, а потом было сказано или сделано что-то такое, после чего два мирно беседующих человека превратились в убийцу и жертву. Оба вскочили, причем Певерил с таким жаром, что опрокинул стул. И собеседник в него выстрелил. Если после первого выстрела он упал, убийца должен был обойти вокруг стола, чтобы убедиться, что он мертв.
Она попробовала определить время между первым и вторым выстрелами. Вот она вздрогнула. Прислушалась. Встала с кресла, опустила в карман фонарик, подошла к двери и постояла, прислушиваясь. Что происходило в этой комнате, когда она все это проделывала? Певерил Крэддок упал. Убийце нужно было убедиться, что он мертв, он обошел вокруг стола. Но жизнь еще теплилась, он сделал какое-то движение, и убийца выстрелил во второй раз. Да, так и было. Если убийца — мистер Брэндон, оружие в этой комнате. Но если он убийца, то почему он замешкался на месте преступления и почему предпринял попытку остановить кровотечение? Эти соображения промелькнули так быстро, что она без малейшей заминки произнесла:
— Я вижу на столе телефон. Нужно немедленно сообщить в полицию.
Она набрала номер Фрэнка Эбботта в гостинице. Он крепко спал и с трудом проснулся от трезвона надрывающегося телефона, который стоял рядом на тумбочке. Сонно сказал: «Алло?» В полудреме голос мисс Силвер подействовал на него как ушат холодной воды:
— Это инспектор Эбботт?
Он мгновенно проснулся.
— Мисс Силвер! В чем дело?
— Убит Певерил Крэддок в своем кабинете в Дип-хаусе, в главном блоке дома. Парадная дверь открыта; когда войдешь в холл, увидишь освещенный коридор, отходящий вправо. Кабинет в самом конце. Со мной мистер Питер Брэндон. Требуются срочные действия. Инспектор Джексон должен получить ордер на обыск всех домов жилых помещений в Колонии. Искать гладкую трость с набалдашником и замшевую левую перчатку с небольшим треугольным разрывом между первым и вторым пальцами. Но кто-то должен немедленно приехать сюда. Я кладу трубку.
Положив трубку, почувствовала на себе пристальный взгляд Питера.
— Зачем вы сказали, что я здесь?
— Потому что вы здесь, мистер Брэндон, и я думаю, полиция захочет узнать почему.