Страница 45 из 114
Квини последовала приглашению и встала с правой стороны, позади незнакомца, который приветствовал суперинтендента с какой-то смесью бесцеремонности и служебного этикета.
— Вы располагаете временем? Можем мы вас отвлечь на минутку? — Эти слова сопровождались взглядом на кресла против письменного стола.
Суперинтендент, не вставая с места, широким жестом пригласил троих своих посетителей занять кресла, которые были не столь удобны, чтобы захотелось в них долго сидеть, но и не столь неудобны, чтобы в них не хотелось садиться.
Стоунхорн сел последним. Он сделал это так, как будто не придавал этому никакого значения.
— Так вот, Холи, — без приглашения начал одетый в серое, — мы доставили вам назад в резервацию свидетеля Джо Кинга. Он на вашем попечении. Вы несете за него ответственность, как за индейца резервации. Я уведомляю вас об этом.
— Извольте, — официальность формулировок, видимо, несколько разочаровала суперинтендента, но он сохранял спокойствие.
А тот продолжал:
— Да, было бы трудно утверждать, что он оказался нам чем-нибудь полезен, напротив, легко продемонстрировать, как время, усилия, проницательность могут быть употреблены совершенно без пользы.
Служебная мина суперинтендента омрачилась, он уставился на крышку письменного стола.
— Кинг — без совести и без нервов, вот что нам лучше всего удалось установить. Но его специфическую разновидность индейского цинизма и упрямства мы, без сомнения, недооценили. Возможно также, мы просто переоценили применяемую степень — вполне возможно. Но нападение банды и гангстеров, во всяком случае, исключено, совершенно исключено. Так ведь и по вашему мнению, Кинг?
— Да.
Это было первое слово, которое Квини услышала из уст своего мужа. В его голосе что-то изменилось.
— Остается обсудить несколько моментов в отношении вашей дальнейшей жизни в резервации, Кинг. У вас имеется ранчо, у вас — молодая жена. Вы, в сущности, счастливейший на свете человек. И заметьте, всем этим вы можете наслаждаться до глубокой старости. Вы трижды болели. Вы пользовались лучшим медицинским обслуживанием. Следите все время за собой. Холи, вам я рекомендую проверять службу здравоохранения резервации.
Суперинтендент взял это себе на заметку. При этом он взглянул на Джо Кинга, и в него закрался необъяснимый страх: глаза индейца как бы заволокло туманом и из этого тумана могло вдруг появиться что-нибудь опасное.
Квини посмотрела на сапоги Стоунхорна с отворотами. Стилет заткнут на своем обычном месте. Это не могло быть неизвестно «серому».
Незнакомый служащий, должности и имени которого Квини еще не знала, продолжал:
— И никаких больше глупостей, Кинг! Подумайте о своей семье.
Незнакомец резко повернулся к Квини. Он словно перешел от школьного наставления к непринужденной беседе:
— О чем же мечтают молодые жены индейцев, миссис Кинг?
— Так вы, оказывается, изучаете мечты? — ответила встречным вопросом Квини, ответила решительно, как и действовала в жизни; злоба бушевала в ней. — Мечтаю о таких вещах, как религия, наука, искусство.
— Ах да. Вы ведь учитесь в художественной школе, миссис Кинг. Там, я знаю, происходит много дискуссий. Нет, я имел в виду только вас, ваше короткое письмо. Нам пришлось воспользоваться услугами института языка, чтобы выяснить значение слов.
— Хорошо еще, что оно было недлинным. А то бы институт языка еще не справился бы с переводом. Но мой муж наверняка бы помог вам…
Незнакомец с легкой иронией представился:
— Джонсон, Лесли.
— Позвольте, — Квини перешла на этакий скромно-любезный тон, — раз уж вы интересуетесь мечтами жены Джо Кинга… позвольте узнать, о чем же мечтает ваша собственная жена, мистер Джонсон?
Сэр Холи наморщил лоб. Оборот, который принял разговор, очень ему не нравился.
Но Джонсон, широко растянув рот, рассмеялся, не разжимая зубов.
— Да, у меня есть супруга. Вы не считаете меня предметом, достойным мечтаний?
— Не столько вас, сколько ваш автомобиль.
— И это говорит индеанка! Ну, Квини Кинг, вы тут переиграли Сару Джонсон. Но вернемся к вашему первому вопросу. Да, мы исследуем явления сновидений, галлюцинаций. Строго научно. Не хотите ли произвести опыт, как человек и во сне может себя держать в рамках?
— Для чего?
— Ваш муж определенно может. У диких иногда еще наблюдается контакт между сознанием и вегетативной нервной системой. Интересный феномен.
Лесли Джонсон снова повернулся к Стоунхорну:
— Жаль, Кинг, что образование ваше школьное так недостаточно. Но зато ваша сообразительность, ассоциативность, а также быстрота реакции и память — намного выше средних. Не изображайте больше изгоя, работайте с нами! Мы вам об этом уже говорили. Если надумаете, можете к нам обратиться, это никогда не поздно.
Стоунхорн не подал и виду, что слышал это предложение. Джонсон поднялся, причем складки вокруг его рта создали такое выражение, что Квини испугалась его, как неожиданно выскакивающего хищника. Поднялись и Кинги.
— Кинг, вас ждет мистер Шоу. Идемте. — Это прозвучало как приказ.
Стоунхорн, ни с кем не попрощавшись, как марионетка пошел к двери. Квини хотела пойти за ним, но Джонсон кивнул ей: «Останьтесь». Когда обитая дверь закрылась за Джо Кингом, Джонсон сказал:
— Несколько слов, миссис Кинг, между нами. Вашему мужу, как я уже сказал, недостает школы. Он, в противоположность вам, при всех его гангстерских перипетиях, примитивный индеец. Своего рода военный вождь. Это его достоинство и его недостаток. У людей такого сорта после знакомства с новейшими методами следствия часто возникает психический переходный криз. У него нет наших цивилизованных защитных механизмов, он реагирует как ребенок или животное, скорее как дикарь: физически — на медикаменты, психически — на все, что кажется ему оскорблением. Сделайте все что можете, чтобы он из-за своих кризов не стал пьяницей или наркоманом… что касается последнего, то кое-что было замечено…
— …даже при вашем ответственном надзоре? — спросила Квини как бы с наивной непосредственностью.
— Миссис Кинг, вы играете дерзкую тинейджер даже лучше, чем я мог бы предположить. Вы, очевидно, не только талантливая, но и усердная ученица Джо! Тем не менее я дам вам еще один совет для вашей же пользы: позаботьтесь о том, чтобы он не укокошил Гарольда Бута. Мы сопоставляли показания обоих, и Бут все же остался при некоторых своих существенных утверждениях, которые, как нам теперь известно, были, мягко говоря, не совсем точными. И некоторые допросы дорого обошлись вашему мужу, и в положении, в котором находился ваш муж, люди становятся очень щепетильны. Позаботьтесь вы также и о том, чтобы ваш муж из чувства мести, по существу ни на чем не основанного, а потому и не поддающегося контролю, не заколол вдруг неожиданно лучшего врача больницы или служащего, чтобы покарать в его лице медицинский клан, так как того, конкретного, который ему был ненавистен, он настичь не в состоянии. В этом отношении комплекс у него очень силен. После всех его глупостей это стало бы главным идиотизмом его жизни!
Холи побледнел.
— Глаза у него всегда были странные, — сказал он, — один мой сотрудник уже предложил произвести проверку его психического состояния. Вам ведь известно, Джонсон, что мать Кинга уже совершила убийство, а сам Джо Кинг дважды подозревался в убийствах. Лишь из-за недостатка доказательств дела были прекращены. Не выяснилось и теперь что-нибудь?
Уголки рта Лесли Джонсона опустились.
— Это не разбиралось. Джо Кинг был лишь свидетелем, хотя бы даже и подозреваемым, но свидетелем, а мы вообще никакой не отдел по убийствам. Для нас имеют значение только развитые организованные формы гангстеризма, которые так невыносимо усложняют нашу работу.
— У Кинга, наверное, еще и дома есть оружие. И скажу вам откровенно, Джонсон, впервые в жизни индеец производит на меня жуткое впечатление.
— Возьмите себя в руки, Холи, это дело привычки. Я оставил Кингу даже его знаменитый стилет. — Джонсон беззвучно улыбнулся, и Квини поняла, что служащий его опасной профессии должен начисто подавлять собственное чувство страха; сэр Холи с явным удовольствием пришел в ужас. — Во всяком случае, — заключил Джонсон, — мы доставили вам ваш крепкий орешек. В полное распоряжение вашего управления. Разгрызайте его дальше. У вас есть время. Желаю успеха!