Страница 22 из 106
В этой войне противотанковые пушки успешно использовались, особенно в городе, для уничтожения укреплений, и показалось, что старые 76-миллиметровые пушки М 42 были более популярными в пехоте, чем ПТРК, чье использование для таких целей часто было не только неэффективно, но и нерентабельно.
Однако, самыми популярными в пехоте были все-таки минометы.
Так как обученных расчетов не хватало, то была организована срочная переподготовка, и минбатареи, в которых до 90% людей с минометами знакомы не были, за несколько дней становилась боеспособными. Конечно, несколько дней — срок далеко недостаточный, но другого выхода не было. Еще одним популярным средством огневой поддержки стали зенитные установки, прежде всего самоходные «Праги» (М 53) и БОВ-3(М55) Первые ЗСУ были чехословацкой разработки и имели две спаренные 30 миллиметровые автоматические пушки, установленные на двухосном бронеавтомобиле, тогда как последние имели три 20 миллиметровые автоматические пушки тоже на двухосной колесной основе, но в данном случае использовалась база советской БРДМ. Так как последние были куда более маневренны и компактны, то их чаще включали в штурмовые отряды для ближней борьбы, тогда как «Праги» больше использовались для обороны и для действий с больших дистанций. Эти средства показали свою большую эффективность при действии по пехоте, а также по легкобронированным и небронированным целям и по укрытиям, прежде всего земляным брустверам и дзотам.
В то же время подобное использование зенитной артиллерии было мерой вынужденной и далеко не оптимальной из-за уязвимости этих ЗСУ противотанковым средствам, прежде всего от ПТРК, что пытались возместить размещением ЗСУ несколько сзади наступающих или за первой линией обороны, по возможности на возвышениях, употребляя в таких случаях различные типы укрытий, в том числе и арматурные каркасы для защиты от ПТУРСов. Это однако вступало в определенное противоречие с возможностями ЗСУ по широкому и быстрому подавлению большого количества слабо защищенных целей, которые, естественно, появлялись в основном вблизи боевых порядков первой линии. Все это было результатом недостатков бронетехники ЮНА, характерных, впрочем, для всех современных армий. В ее развитие главное внимание было уделено танкам.
Так, югославский танк М-84 по своим характеристикам был вполне сопоставим с современными танками третьего поколения (как западного производства М-1 Abrams, Leopard-2, AMX-40, так и советского Т-80). М-84 был создан на основе Т-72, чью лицензию закупила Югославия, но в отличие от Т-72 он был оснащен более современной СУО, новым двигателем и была улучшена ходовая часть. В Ираке этот танк себя довольно хорошо показал. ЮНА до войны имела этих танков где-то около четырех сотен, но с началом войны их производство остановилось, так как сборка велась на фабрике в Славонском Броде (Хорватия). В то же время далеко не все танковые подразделения ЮНА были оснащены М-84, появившимися первый раз на военном параде в 1985 году. Имелось около сотни советских танков Т-72, столько же ПТ-76, полсотни американских М-47. Много было старых советских танков Т-55 (до тысячи), впрочем, обладавших вполне удовлетворительными характеристиками для этой войны (в которой использовались даже танки времен Второй Мировой войны Т-34-85 и М-4 «Sherman»). Но проблема была не в танках и не в отсутствии достаточного количества ПТРК, в особенности самоходных в ЮНА. Главной проблемой была незащищенность пехоты, в своем большинстве не имевшей вообще никакой бронезащиты. Помимо двух сотен устаревших гусеничных М-60 собственного производства, ЮНА имела на вооружении БМП М-80 (семь-восемь сотен) также собственного производства, но их было недостаточно, да и характеристики ее оказались неудовлетворительными. Сама концепция М-80, ставившая на первое место подвижность, затем огневую мощь, и лишь затем защиту, была противоестественна. БМП предназначена не для самостоятельных действий, а для поддержки танков и, следовательно, ей не было смысла иметь лучшую подвижность, чем у танков, так же, как и амфибийные свойства.Такая машина была бы нужна в разведке и в боевом охранении, но никак не при проведении атак. Четырнадцатитонная М-80 не могла обеспечить пехоте необходимую бронезащиту, и пехотинцы, даже имея ее, что было, как я уже упоминал, не часто, предпочитали действовать в пешем порядке, в особенности, действуя в городе и в горах. Эта же БМП использовалась больше для огневой поддержки, а броневую защиту обеспечивала, в основном от стрелкового огня. Тяжело было требовать от пехоты иного, когда лобовая бронезащита БМП М-80 даже по официальным данным, не выдерживала огня 20 миллиметровых снарядов, а боковая защита не выдерживала огня 7,9 миллиметровых пулеметов М-53 на расстояниях меньших 100 метров в теории, (а на практике это относилось и на 7,62 миллиметровые пулеметы М-84 и советские ручные пулеметы Калашникова).
Спрашивается, какой смысл было называть М-80 БМП, когда практически никаких боевых действий в атаке пехота с ней без большого риска для себя выполнять не могла, тем более против неприятеля, оснащенного современными ПТ средствами. М-80 была все тем же бронетранспортером, чья оснащенность 20 миллиметровой пушкой и ПТРК «Фагот», должна была лишь в теории изменить тактику боя, но на практике это, понятно, не произошло. А ведь М-80 многим по своим характеристикам была схожа советским БМП-1 и БМП-2, французской БМП АМХ-10П, американскому БТР М 113А1 (являвшемуся по сути БМП). Новая версия М80-М80АК, с учетом боевого опыта, оснащенная лучшей бронезащитой, более мощным двигателем и 30 миллиметровой пушкой, могла сравниться не только с вышеупомянутыми машинами, но и в некоторых отношениях с куда лучше защищенными американскими М2 Bradly (М3 — обозначение для БРМ), немецкими Marder, британскими MCV-80 Warrior. Однако имея в 1,5-2 раза больший вес от М-80, М-80АК все равно не давала бы нужную пехоте бронезащиту, особенно в условиях современного боя с массовым применением не только ПТ—средств, но и кассетных боеприпасов. Дело, таким образом, не в качестве М-80, а в концепции ее создателей, точнее заказчиков. Конструкторы М-80 АК попытались вытянуть максимум из этой концепции, но, естественно, это не меняло общей ситуации. Подобная концепция наилучшим образом представлена на советской БМП-3, вооруженной 100 миллиметровой и 30 миллиметровой пушками, ПТРК, оснащенной броней, дающей защиту от 20-30 миллиметровых снарядов и имеющей высокие маневренные, в том числе амфибийные свойства. Без сомнения, в югославской войне такая БМП была бы незаменима, но прежде всего самостоятельно обеспечивая действия хорошо подготовленных ударных пехотных подразделений в условиях горной и городской войны и при захвате плацдармов. Нужна была такая БМП и в разведке, да и как основа для иных вариантов боемашин. Так, М-80АК служила основой для разработок М-80АЛТ (самоходный ПТРК). М-80АСПА (30 миллиметровая ЗСУ), М-80АСН (санитарная машина), М-80АКВ (командно-штабная машина батальона) и М-80АКЧ (КШМ роты). Подобные машины, без сомнения, нужны, и следовало бы пополнить это семейство бронетранспортерами и самоходными минометами купольной установки типа советской НОНА, а также разведывательным вариантом с РЛС и приборами связи, и легким танком. Однако эти машины должны обеспечивать действия такой БМП, которой должны быть оснащены пехотные подразделения, предназначенные для самостоятельных действий без поддержки танков в маневренных действиях на труднопроходимой местности и при проведении десантов. Как мне видится, они должны играть роль легких бронетанковых сил, которым следует иметь на вооружении и легкую колесную технику.