Страница 21 из 48
— Я не хочу вам помогать потому, что не желаю быть убитым, — ответил я. — Ну, теперь ему что-нибудь понятно?
— Если дело обстоит таким образом, значит, и вы нуждаетесь в нашей поддержке, — многозначительно заметил Н. — Мы нужны друг другу, мистер Рэксфорд. Честно говоря, мне думается, что шеф понимает это лучше, чем вы.
Я посмотрел на него, на его проклятого шефа, на Анджелу, на вентиляционную шахту, на свой левый башмак и мало-помалу смирился с мыслью о том, что деваться мне некуда. Я просто храбрился, говоря, что уеду из Нью-Йорка и отсижусь где-нибудь до лучших времен, и мои собеседники не хуже меня знали, что я вешаю им лапшу на уши. Я по горло в дерьме, причем не по своей вине. Неважно, насколько противен мне этот П и его воинство, неважно, насколько велика моя неприязнь к ним лично, к их службе и к проповедуемой ими идеологии. С ними у меня больше шансов на выживание, чем без них. Это истина.
Но я не собирался сдаваться без боя. И сказал:
— Вероятно, мы сможем договориться и заключить сделку.
П хрюкнул, но Н как ни в чем не бывало спросил:
— Какого рода сделку?
— Ваш шеф вроде говорил что-то насчет отзыва соглядатаев из ФБР, — напомнил я.
— Мы не ФБР, — быстро ответил П.
— Но вы можете это устроить, не так ли?
П и Н переглянулись, Н сказал:
— На каком основании? Подскажите нам какой-нибудь убедительный предлог.
— Вы потрете спину мне, а я — вам.
Н улыбнулся мимолетной ледяной улыбкой.
— Не самое подходящее выражение для докладной записки.
— Но если Джин поможет правительству, то докажет этим, что никакой он не подрывной элемент, ведь правда? — подала голос Анджела.
Н поразмыслил над ее доводом, улыбнулся чуть теплее, чем раньше, и сказал:
— Думаю, этого будет достаточно, а, шеф? Мы попали в трудное положение, и мистер Рэксфорд… простите, не знаю вашего христианского имени… и мистер Рэксфорд вызвался помочь нам, чем доказал свою…
— Юджин, — сказал я.
— Что? Ах, да! Юджин Рэксфорд развеял всякие сомнения в своей благонадежности, а посему мы советуем с сегодняшнего дня прекратить наблюдение за ним и другими членами его организации. Что вы об этом думаете, шеф?
П явно терзался сомнениями.
— Вы же знаете, какие они упрямцы…
— Они согласятся, шеф, — заверил его Н.
П сурово посмотрел на меня и сказал:
— Я ни за что не ручаюсь. Постараюсь сделать все, что в моих силах. Это все, что я могу обещать.
— Тогда по рукам, — ответил я. — Располагайте мной в меру ваших скудных сил.
Н просиял, похлопал меня по плечу и заявил:
— Вот и молодцом! Вы не пожалеете о своем решении.
— Вы так думаете? Я уже жалею, — ответил я и повернулся к П. — Ну-с, и чего вы от меня хотите?
— Коротко говоря, мы хотим, чтобы вы внедрились, — сказал он.
— Внедрился? Что это за слово? Как это — внедрился?
П подался вперед и навалился грудью на стол. У него был такой решительный вид, что я сразу понял: разговор они отрепетировали заранее, и придумал эту уловку сам шеф.
Он сказал:
— Вы вступите в Лигу новых начинаний и будете следить за ее членами, находясь в их стане, а потом сообщать нам обо всех их действиях.
Я ответил:
— Похоже, вы где-то обронили свои мозги.
Он тускло улыбнулся, и я снова подумал о том самом «высшем знании».
— Вам кажется, что это сопряжено с неразрешимыми трудностями, мистер Рэксфорд?
— Вот именно, — ответил я.
— Например?
— Например, они уже знают, что я не из их команды. Как же я теперь туда внедрюсь?
П покачал головой.
— А вот и неправда ваша, мистер Рэксфорд. Они не знают, что вы не из их команды. Они знают лишь, что мисс Тен Эйк не из их команды, и сейчас думают то же самое о вас.
— Прекрасное предположение, если вас интересует мое мнение.
— Ну а что, если, — П успокаивающим жестом вскинул руку и погрозил мне пальцем, — а что, если вы убьете мисс Тен Эйк?
— Меня посадят на электрический стул.
— Прошу вас, мистер Рэксфорд. Все очень серьезно.
— И не говорите.
— Послушайте меня. Завтрашние газеты сообщат об исчезновении мисс Тен Эйк, которую в последний раз видели живой в обществе известного террориста и смутьяна Юджина Рэксфорда из Союза борьбы за гражданскую независимость. Потом газеты в течение пяти дней будут рассказывать о тщательных поисках Тен Эйк и Рэксфорда, постоянно долдоня о вашем террористском прошлом, а кончат громким сообщением о том, что-де найден труп мисс Тен Эйк, погибшей насильственной смертью. Вскоре после этого вы свяжетесь с Юстэли, предва…
— Как это я с ним свяжусь?
— Через кого-нибудь из участников собрания. Например, с помощью Уэлпов или миссис Бодкин. Некоторые из этих людей ведут вполне открытую жизнь, и их очень легко разыскать.
— Хорошо, — сказал я. — Что дальше?
— Вы объясните Юстэли, что, убегая из зала собрания, вы вовсе не удирали от членов группы, а гнались за мисс Тен Эйк, в конце концов настигли ее и убили, поскольку вам стало ясно, что она шпионила за вашей организацией. После убийства вы скрывались, — П развел руками. — У Юстэли не будет выбора, и он поверит вам.
— Пусть заявит мне об этом письменно, — сказал я. — Эх, ладно. Я шучу. Ну а где же я буду эти пять дней на самом деле?
— На одной нашей явке, где вас подготовят к внедрению, — ответил он. — Поверьте, мистер Рэксфорд, мы желаем вам зла не больше, чем вы сами. Мы примем все меры предосторожности, в том числе обучим вас азам конспиративной работы, дабы вы были во всеоружии и могли действовать практически в любой обстановке.
Я повернулся к Анджеле.
— Видела? Я прыгаю с утеса с сетью в руках.
Она ободряюще улыбнулась мне, сжала мой локоть и ответила:
— Ты поступаешь правильно, Джин, я это чувствую.
— Замечательно, — я повернулся к П. — А что будет с Анджелой? Куда ей-то деваться?
— Мы укроем ее на одной из наших явок до лучших времен.
— Желательно на той же, где и меня.
П вскинул брови.
— Разве вы муж и жена?
— Не волнуйтесь, — заявил я. — Мы распишемся в книге постояльцев как мистер и миссис.
— Не уверен, что мы получим «добро» на это, — проговорил П.
Я повернулся к П, который, похоже, был наименее чокнутым из всех присутствовавших в комнате человеческих существ, и сказал:
— Объясните вы ему.
Н сразу же все понял. Он кивнул мне и пустился в объяснения:
— Шеф, я думаю, сейчас мы можем закрыть на это глаза. Если мы докажем мистеру Рэксфорду, что хотим помочь ему, я уверен, что и он будет рад оказать нам помощь.
П задумался, поджав губы и разглядывая крышку стола. Но рано или поздно всем нам приходится вступать в сделку с нашей нравственностью, убеждать себя, что цель оправдывает средства, допускать расхождения между сутью наших идеалов и способами их достижения. И П не был исключением.
— Ну что ж, — буркнул он, вперив в меня свой пронзительный взгляд. — Однако прошу вас вести себя сдержанно. Я бы не хотел, чтобы вы разложили моих сотрудников.
— Ничего себе! — вскричала Анджела.
— Он имел в виду нравственное разложение, — пояснил я. П довольно громко откашлялся и проговорил:
— Хорошо, пожалуй, это все. Сейчас вас отвезут на конспиративную квартиру, — он кивнул Л и Н, которые, в свою очередь, кивнули ему и встали. П тоже поднялся, придал своей физиономии добродушное выражение и добавил: — Позвольте выразить вам признательность за предложенную помощь, мистер Рэксфорд. Уверяю вас, мы сделаем все возможное для облегчения вашей задачи.
— Благодарю вас — ответил я, поскольку, очевидно, этого требовали обстоятельства. Я встал, и мы с П принялись разглядывать друг друга через стол. П протянул руку, и я торжественно пожал ее. Обычно такое рукопожатие сопутствует награждению медалью. Вероятно, П был опасно близок к тому, чтобы облобызать меня в обе щеки.
Но вместо лобзаний последовали наставления.