Соблазни меня

Среди прочего при обыске удалось выяснить, что Алекс обладает обувью буквально на каждый случай жизни. Здесь нашлись ковбойские сапожки, высокие тяжелые бутсы со шнуровкой и клепками, туфли от дизайнеров столь знаменитых, что даже ему приходилось слышать их имена, и кричащие сандалии местного производства.

Ее гардероба не постыдилась бы самая дорогая содержанка в мире, но он целиком оплачивался из жалованья, скорее всего в ущерб холодильнику. Особенно потрясал тот факт, что абсолютно всегда Алекс платила по счетам раньше, чем истекал их срок. Счет в банке у нее не представлял ничего особенного — так, небольшие накопления на черный день.

Ничего подозрительного за ней не числилось. Не нашлось ничего даже просто необычного, и Дункан отнес Александру Форрест в графу «вне подозрений», почти на все сто поверил, что она не замешана ни в чем неприглядном, а если и замешана, то сама того не ведая.

Тем не менее интуиция настаивала, что полотно где-то в городе, а на интуицию он привык полагаться.

Если Ван Гог не у нее, то у кого же он, черт возьми?

Глава 13

Том Перкинс не пришел в восторг от сведений насчет Джерси Плотника, убитого бог знает где и подброшенного в библиотеку Алекс. Что понадобилось такому типу в Свифт-каренте? Кто его прикончил и почему взял на себя труд перетащить в общественное место, делая себе дороже?

Стоя посреди комнаты отдыха, на время расследования отведенной под кабинет, Том в который раз скользил взглядом по фотографиям. Их было столько, что они с успехом заменяли обои, и с каждой из них взирали стеклянные глаза трупа. Его взгляд стоил Тому аппетита. Он чувствовал, что теряет в весе.

За десять лет работы в полиции Том успел насмотреться на мертвые тела, но они относились к жертвам аварий, а с убийством до перевода в Свифт-карент сталкиваться не приходилось.

По натуре не слишком амбициозный, он вполне довольствовался рутиной и не мечтал о большом деле, которое мог бы лихо раскрыть. Он и в полицию пошел, чтобы служить и защищать, а не ради карьеры, и меньше всего желал, чтобы вокруг крутились репортеры, а его физиономия красовалась на страницах газет. Мир и порядок в родном городе — вот ради чего он старался.

Однако и шарахаться от ответственности не в характере Тома. Раз уж убийство совершилось, его следует раскрыть, поэтому он принял назначение как должное. В объединенном межгородском подразделении, где он числился, кое у кого и опыт побольше, и образование повыше, зато Том хорошо знал город и жителей.

Забросанная бумагами, заваленная папками, комната давно утратила всякое подобие аккуратности. Здесь валялись рапорты, протоколы допросов, бюллетени и отчеты, в том числе отчет баллистической экспертизы, согласно которому орудием убийства признали девятимиллиметровый полуавтоматический пистолет, каких кругом полным-полно. Судмедэкспертиза утверждала, что тело, уже мертвое, тащили по асфальту и гравию, что тоже не сужало поле действия. Под ногтями не нашлось ни кожи, ни крови — ничего такого, что могло пролить свет на личность убийцы.

Полиция Лос-Анджелеса разыскивала и допрашивала всех, кто так или иначе имел дело с Джерси Плотником, но поскольку он считался криминальным элементом, как-то не верилось, что кто-то возгорится желанием помочь следствию. Подружка убитого не особенно огорчалась его смертью. По ее словам, Джерси сказал, что на пару дней уезжает по делу, и с тех пор как в воду канул. Ей в голову не пришло поинтересоваться, куда он направляется, а также один или с кем-то. В Мичигане у Джерси Плотника жила сестра, но они почти не общались, так что она знала и того меньше, а услышав о смерти брата, не моргнула и глазом.

Единственный неопровержимый факт — Плотника убили и уже после того перетащили в библиотеку.

Том присел к столу и выудил из-под горы бумаг план муниципального комплекса, без того известный ему наизусть. Убийца проник в библиотеку без труда: замки не взломаны, сигнализация не сработала. Казалось, он просто возник там с трупом на спине, свалил его за стеллажи и улетучился, не потревожив ни пылинки.

Обычная процедура включала размещение в газете фотографии жертвы с просьбой обратиться в полицию, если имеется хоть какая-то информация. Все сделали уже на следующий день. Местное телевидение регулярно повторяло то же самое объявление.

Безрезультатно.

Отдел по расследованию прочесал округу: бакалейную лавку; кофейню; каждый ресторан, закусочную и бистро; каждую гостиницу, мотель и пансион; каждую бензозаправку.

Ничего.

Казалось бы, в маленьком городке, где люди только и делают, что сплетничают, незнакомцу просто не затеряться. А Джерси Плотник сумел. С тем же успехом он мог просто возникнуть в библиотеке уже мертвым.

Правда, говорили о вновь прибывшем профессоре, что пишет книгу по истории искусства.

Профессор явился в город за день до убийства. Интересное совпадение. Возможно, одно из тех, что в конечном счете не имеют с совпадением ничего общего. Однако это еще требовалось доказать.

Поначалу дело представлялось ясным: один гастролер прикончил другого. Когда Алекс позвонила насчет пятен крови на рубашке Дункана Форбса, такое сообщение порадовало. Из всех вариантов Том предпочитал тот, в котором замешаны люди пришлые.

Однако кровь оказалась краской, и список подозреваемых благополучно сошел на нет.

За неимением доказательств невозможно утверждать, в самом деле приезд двоих в Свифт-карент — чистой воды совпадение или нет. Том счел за лучшее отложить такой вопрос на потом. Сейчас важнее разрешить другую загадку: чего ради понадобилось тащить труп в библиотеку Алекс? Интуиция подсказывала, что ее решение приблизит главный ответ.

Библиотека Алекс.

Сообразив, что он всегда именно так и думал об этом месте, Том хмыкнул. Не он один. В маленьком городке каждый друг друга знает. К примеру, о заведениях говорят как о «кафе Ильды», «пончиковой Вэла», «пиццерии Эрла».

В любом случае именно Алекс наткнулась на труп. Не подозревать же в убийстве ее! Глупее ничего нельзя придумать.

Как человек скрупулезный, Том проверил, где находилась Алекс в предполагаемый момент убийства, то есть между полуночью и часом ночи. По ее словам, она безмятежно спала у себя в постели. Подтвердить подобный факт некому, так как жила она одна, но никто из соседей не видел, чтобы она входила или выходила в неподобающий час. Теоретически она могла прикончить Джерси Плотника, но такое предположение звучало столь нелепо, что Том не стал распылять полицейские силы, отряжая кого-то из своих людей для проверки подобной версии.

Допустим, произошла разборка. По какому поводу? Наркотики?

До сих пор в Свифт-каренте, штат Орегон, с данной проблемой особенно не сталкивались. Марихуаной время от времени торговали по подворотням, невзирая на жесткий контроль, так что некоторые щеголяли стеклянным взглядом чаще, чем хотелось бы, но они держались в тени. Спокойствия ради их не трогали.

Ход мыслей Тома по поводу наркотиков неминуемо приводил к Джиллиан.

Том хмуро прошагал к окну и встал, уперев руки в подоконник и глядя на стоянку в надежде, что его осенит новая блестящая идея.

Джиллиан. Она вернулась из Лос-Анджелеса тонкой, как прутик, и безнадежно «съехавшей». Когда она не «торчала», то пила запоем, так что одно время весь город стоял на ушах от ее выходок. С тех пор миновало много времени. Джиллиан повзрослела, повзрослел и сосунок, которого она с собой притащила. Фрэнклин Форрест спал и видел, чтобы непутевая внучка остепенилась, поэтому настоял на браке.

Эрик. Том невзлюбил его с первого взгляда, но судя по тому, как высоко пришлому удалось подняться, Том относился к меньшинству. Старик Форрест, тот прямо души не чаял в Эрике Мунне, да и Алекс приняла его без возражений (может, в надежде спихнуть с плеч обузу). Горожане быстро к нему привыкли. Почему бы и нет? Возмужав, он превратился в мужчину с лоском, и его привечали настолько, насколько отвергали Джиллиан. На последних выборах он прошел в городской совет.