Страница 11 из 31
— Успокойтесь, — сказал сыщик, — эта дама работает в Скотленд-Ярде и хочет поговорить с этим молодым человеком.
— Как не беспокоиться? Я целый день работаю, а мой бедный старик сидит в тюрьме, и он ни в чем не виноват!
В этот момент в дверях появился Питер Дейлиш.
— Я хочу поговорить с вами, Питер, — обратилась к нему Лесли. — Садитесь ко мне в автомобиль. Надеюсь, вы ничего не имеете против того, чтобы этот полицейский чиновник обыскал вашу комнату?
— Пожалуйста, — недоумевающе сказал Питер. — Но я не понимаю, зачем…
— Садитесь в автомобиль, мистер Дейлиш. Я боюсь, как бы вы не простудились, — мягко повторила Лесли.
Он нервно засмеялся.
— Ну, вот еще! На моем месте даже лед растаял бы от справедливого возмущения!
Он сел в автомобиль рядом с Лесли и захлопнул за собой дверцу.
— Чему могу служить, мисс Моген?
Она искоса посмотрела на него.
— Что вы делали сегодня вечером?
— Когда именно?
— С восьми часов?
— Я был дома. Видите ли, я получил работу — писать адреса на конвертах. Начал работу в семь вечера и окончил за несколько минут до вашего прихода. Две тысячи конвертов уже готовы. Но я не понимаю… Что произошло?
— Дрез убит.
— Убит?!
— Его труп был найден около полуночи вблизи Барнс-Коммон.
Дейлиш тихо присвистнул.
— То, что вы меня подозреваете — вполне понятно. После моих диких угроз… Но подымитесь, пожалуйста, ко мне в комнату и взгляните на конверты. Моя комната, кстати, — единственное приличное помещение в этом доме.
Миссис Инглеторн была поражена, увидев Питера и Лесли, поднимавшихся по лестнице.
— Я ничего не обнаружил в этой комнате, мисс Моген, — сообщил сыщик, — кроме разве вот этих вещей. — Он указал на связанные пачками конверты.
— Вы могли и не говорить мне, что работали весь вечер, мистер Дейлиш. Сюда входишь, как в курительную! — поморщилась Лесли.
Действительно, несмотря на открытые окна, комната была полна дыма. Коробка дорогих сигарет была наполовину пуста.
— Я был очень расточителен, — извинился Дейлиш, — но искушение было уж слишком велико…
Сыщик все еще стоял у дверей, не зная, уходить ему или оставаться.
— Спасибо, я через пару минут сойду вниз, — сказала, обращаясь к нему Лесли, и он вышел.
Потом Лесли присела на диван и пристально взглянула на Питера. Он был гладко выбрит и это ему очень шло. Он казался гораздо моложе своих тридцати лет.
Снизу послышался хриплый голос:
— Не выпьете ли чашку чая, мисс?
Питер Дейлиш с улыбкой посмотрел на Лесли.
— Она хорошо варит чай, — тихо произнес он.
— Охотно выпью, — отозвалась Лесли.
Тихо ступая по лестнице, он спустился к хозяйке и также тихо вернулся наверх.
— Вы очень устали, мисс Моген?
— Вы хотите сказать, что у меня ужасный вид? — слабо улыбнулась Лесли. — Но сейчас я не в состоянии обмениваться комплиментами. Иначе мне пришлось бы поздравить вашего парикмахера. Он поработал на славу. Итак — вы знали Дреза…
— Совсем немного…
— Расскажите все, что вы о нем знаете.
Питер наморщил лоб, стараясь вспомнить все.
— Он поступил к лорду Эвериду вскоре после того, как я стал секретарем лорда. Дреза рекомендовала моя тетка, принцесса Беллини…
— Принцесса Беллини? — быстро переспросила Лесли. — Он что — раньше служил у нее?
— Да, он много лет служил у моей тетки на Яве. Муж Аниты был небогатым человеком и работал управляющим на какой-то плантации. Жизнь там очень дешевая, и Анита Беллини могла себе позволить роскошь нанять лакея. После смерти мужа она возвратилась в Лондон, а Дрез сопровождал ее. Я называю Аниту тетей, хотя она — и не родная сестра моего отца. В сущности, между нами нет родства. Не знаю, сколько времени Дрез пробыл у лорда Эверида. Уже будучи в тюрьме, я, кажется, слышал, будто он перешел на службу к леди Райтем.
— Когда вас арестовали?
— Семь с половиной лет назад.
Лесли удивленно взглянула на него.
— И вы отбыли весь срок наказания?
— Да. Меня не освободили раньше времени за хорошее поведение. Я был не очень покладистым арестантом. Думаю, такими бывают все невинно осужденные!
— Мне кажется, принцесса думает, будто вы пробыли в тюрьме всего пять лет. Впрочем, — неважно. Рассказывайте дальше…
В тот момент на пороге появилась странная маленькая фигурка девочки. Ей можно было дать на вид лет шесть. Она была ужасно худа. Ручки, державшие чашку, просто светились. Но прозрачное личико поражало какой-то особенной красотой. Девочка подняла на Лесли свои большие темные глаза.
— Вот чай, — тихо сказала она.
Лесли осторожно взяла чашку из рук ребенка и поставила ее на стол.
— Как тебя зовут? — спросила она девочку. Она хотела погладить ее по голове, но та испуганно отшатнулась.
— Это Беллинда, — улыбаясь, объяснил Питер.
На ребенке было старое ветхое пальто, накинутое на линялую ночную сорочку.
— Я не Беллинда, а Елизавета, — возразила малышка.
Лесли мигом забыла свою усталость.
— Расскажи что-нибудь, детка.
— Мама ждет, — тихо ответила девочка.
— Поговори же с дамой! — послышался голос.
Очевидно, миссис Инглеторн, стоявшая внизу на лестнице, обладала хорошим слухом.
Девочка вздрогнула и робко подошла к Лесли.
— Ты уже ходишь в школу? — спросила гостья.
Елизавета кивнула и тихо произнесла:
— Я почти всегда думаю о моем папе. У меня есть его портрет в книжке… Он очень красивый, мой папа.
— В книжке? Что это за книга?
Голос за дверью ответил за ребенка. Чтобы лучше слышать, миссис Инглеторн поднялась по лестнице.
— Не обращайте внимания на ее слова, мисс. Она немножко ненормальная. Когда видит какой-нибудь красивый портрет, то уверяет, будто это — ее отец. А ее отец — невинный бедняга — сидит в тюрьме!
Ребенок испуганно молчал. Лесли с жалостью погладила Елизавету по волосам. Потом подвела ее к ожидавшей у двери миссис Инглеторн и спросила:
— Можно мне иногда заходить к вам — справляться о Елизавете?
Старуха состроила гримасу, выражавшую благодарность.
— Сколько у вас детей?
— Пять, мисс, — хозяйка с любопытством рассматривала даму — агента ненавистной полиции.