Страница 20 из 66
Ровена Мондрик, видимо, услышала их голоса. Она резко повернулась к ним — в ее движениях Бэрби почудилась еле сдерживаемая тревога. Бледное лицо за непрозрачными стеклами черных очков. Руки судорожно, почти панически, цеплялись за поводок Турка и его усеянный серебряными заклепками ошейник.
— Вилли Бэрби? — спросила она. — Это ты?
— Да, Ровена, — ответил он и замялся, подыскивая слова утешения, которые не прозвучали бы издевкой над постигшей ее утратой.
Но она не ждала утешения.
— Вилли, мне надо с тобой поговорить, — решительно заявила Ровена. — Надеюсь, еще не поздно, и я смогу тебе помочь. Ты не мог бы приехать ко мне… скажем, в четыре?
Бэрби заколебался. Он неуверенно глядел на суровую, решительную и словно позабывшую о своем горе Ровену. А еще он вспомнил вчерашний телефонный звонок и предостережение насчет Април Белл.
— Хорошо, — пообещал он. — В четыре. Я приеду, Ровена.
В пять минут пятого Бэрби остановил машину возле старенького дома из красного кирпича по Университетской улице. Дом выглядел обшарпанным и неухоженным — большую часть состояния Мондрика поглотил Фонд. Ставни нуждались в ремонте, и по лужайкам стоило бы пройтись граблями. Бэрби позвонил в звонок. Открыла ему сама Ровена.
— Спасибо, что приехал, Вилли, — она казалась совершенно спокойной.
Горе не сломило эту женщину. Двигаясь уверенно, словно зрячая, Ровена закрыла за Бэрби дверь и предложила ему сесть.
А он стоял, оглядываясь — полутемная старомодная комната, которую он так хорошо помнил еще с тех пор, как они с Сэмом жили в доме Мондриков. На пианино — большая ваза с розами. Рядом карточка — их прислали Нора и Сэм. В черной пещере камина синей звездочкой горит маленький газовый огонек. Перед ним на подстилке лежит Турок, пристально глядящий на Бэрби своими большими желтыми глазами.
— Садись, Вилли, — снова предложила Ровена. — Я послала мисс Улфорд за покупками… Нам надо поговорить наедине.
Чувствуя себя как-то неловко и удивляясь настойчивости Ровены, Бэрби сел в предложенное кресло.
— Я хотел сказать, — начал он, — что я разделяю ваше горе, Ровена. Какая горькая ирония — умереть в день возвращения, буквально на пороге своего величайшего триумфа…
— Марк не умер, — тихо сказала она. — Его убили.
Бэрби сглотнул. Он ни с кем не собирался обсуждать свои подозрения… во всяком случае, до тех пор, пока сам во всем не разберется.
— Я думал об этом, — признался Бэрби. — Я не уверен…
— Но ты виделся с Април Белл вчера вечером?
— Мы вместе поужинали, — ответил он. Со сбивающей с толку уверенностью она, облокотившись о пианино, встала напротив Бэрби. Высокая и стройная, в строгом черном платье. — Я знаю, Турку не понравилась Април Белл, — чувствуя внезапную обиду, сказал Бэрби. — Но мне эта девушка кажется какой-то особенной…
— Этого я и боялась, — голос Ровены звучал очень серьезно и печально.
— Я говорила с Норой Квейн. Ей эта девушка тоже не понравилась. Как и мне с Турком. И на то есть причина, Вилли…
Бэрби чувствовал себя крайне неуютно. Кто дал право жене Сэма Квейна и вдове Мондрика выбирать ему подруг? Но вслух Бэрби ничего не сказал. Беспокойно заворочался у очага Турок.
— Это плохая женщина, — прошептала Ровена. — И тебе самому придется плохо! — Она чуть наклонилась к нему. Холодный свет играл на ее старинном серебряном ожерелье и большой серебряной броши. — Я бы хотела, чтобы ты мне пообещал никогда больше с ней не встречаться.
— Почему, Ровена? — Бэрби попытался засмеяться… и постарался не вспоминать странное признание Април Белл. — Разве ты не знаешь, что я уже вырос?
Его наигранно веселый тон не вызвал ответной улыбки.
— Я слепая, — чуть наклонив голову, словно пытаясь получше разглядеть Бэрби, сказала Ровена, — но кое-что все-таки могу. Я много лет работала вместе с Марком. И я внесла свою, пусть и не большую лепту, в эту странную, страшную войну, которую он вел. А теперь он мертв… я не сомневаюсь, что его убили.
— И тайный враг, убивший моего Марка — почти наверняка не кто иной, как твоя очаровательная подружка Април Белл…
Бэрби хотел было запротестовать… и понял, что ему нечего сказать. Что-то упорно подталкивало его защищать Април. Но потом Бэрби вспомнил задыхающегося доктора Мондрика и задушенного котенка с иглой в сердце. И признание самой Април Белл.
— Я не могу поверить, что она это сделала, — неуверенно прошептал он.
— Эта женщина убила моего мужа, — резко сказала Ровена, и у нее за спиной встревоженный Турок вскочил со своей подстилки. — Но Марк мертв. И тут ничего не поделаешь. Теперь опасность грозит тебе.
Вытянув перед собой руки, она медленно подошла к Бэрби. Он встал и взял ее руки в свои. Ее ладони были холодны, как лед.
— Пожалуйста, Вилли, — умоляюще прошептала Ровена. — Прислушайся к моим словам!
— Право же, Ровена, — опять попытался рассмеяться Бэрби. — Април очень милая девушка, а я никогда не страдал аллергией.
Он почувствовал, как она вздрогнула.
— Април Белл не будет тебя убивать, — тихо сказала Ровена. — Опасность, которая тебе грозит — это нечто другое… нечто куда более страшное, чем смерть. Она постарается изменить тебя… попробует пробудить в тебе то, что лучше навсегда оставить спящим.
Огромный пес навострил уши и, настороженно оглядываясь по сторонам, встал рядом со своей хозяйкой.
— Она плохая, Вилли, — тревожно смотрели на него черные стекла очков.
— Я вижу в ней зло, и я знаю, что она хочет привлечь тебя на свою сторону. Чтобы ты стал заодно с их мерзким отродьем. Уж лучше умереть, как бедняга Марк, чем пойти по пути, предназначенному для тебя Април Белл. Поверь мне, Вилли!
Бэрби отпустил ее руки.
— Нет, Ровена, — запротестовал он. — Извините, но я просто не могу вам поверить. Я думаю, что в смерти вашего мужа виноваты прежде всего излишнее возбуждение и усталость. Все-таки ему было под семьдесят, да и здоровье не очень… Мне кажется, вы просто на ней зациклились…
Он с надеждой подошел к пианино.
— Может, сыграете что-нибудь для меня?
— Сейчас у меня нет времени на музыку, — Ровена нервно потрепала по голове своего пса. — Я присоединюсь к Сэму, Нику и Рексу. Мы продолжим борьбу, которую не закончил Марк. Прислушайся к моему предостережению. Держись подальше от Април Белл.
— Я не могу этого сделать, — против его воли в голосе Бэрби зазвучало раздражение. — Она очень приятная девушка, и я просто не верю, что она может быть замешана в каких-либо грязных делишках.
— Но мне искренне жаль вас, Ровена. Мне кажется, что смерть доктора Мондрика оказалась для вас слишком сильным ударом. Боюсь, сам я ничем не смогу вам помочь… как-то не получается у нас разговор. Но поверьте моему слову, помощь вам необходима. Почему бы вам не обратиться к доктору Глену?
Ровена отшатнулась, как будто он ее ударил.
— Нет, Вилли, — прошептала она. — Я совершенно нормальна. — Ее пальцы вцепились в ошейник Турка. — Мне не требуется помощь психиатра. Но вот тебе… тебе, возможно, и придется вскоре к нему обратиться…
— Извините, Ровена, — решительно прервал ее Бэрби. — Мне пора.
— Подожди, — попросила она. — Не доверяй…
Но Бэрби уже закрыл за собой дверь.
Он вернулся в город и никак не мог сосредоточиться на своих репортерских делах. Бэрби не придавал никакого значения предостережениям Ровены. Он все время собирался позвонить Април Белл и все время почему-то откладывал этот звонок. Ему хотелось ее увидеть, но свет ясного дня не рассеял вчерашних ночных сомнений. Под конец Бэрби не без облегчения решил, что звонить уже поздно, и пошел пропустить стаканчик в маленький бар на другой стороне улицы.
Бэрби пропустил стаканчик, и не один. А потом, взяв с собой бутылку, вернулся в свою неуютную холостяцкую квартиру. Горячая ванна и выпивка, — решил Бэрби, — тут и не захочешь, а расслабишься. Он начал раздеваться, и тут обнаружил в кармане белого агатового волка. Бэрби долго стоял и глядел на маленькую заколку. Глядел на нее…