Страница 8 из 13
— Мне очень жаль, Ваша Гениальность, — ответила напряженная девушка, но Внешняя Станция не отвечает.
Вольное ошеломленное лицо Маркарда все еще было в другом экране. Келлон попытался улыбнуться ему.
— Значит Херд и Келлон в одной кровати? — пробормотал он. — Как по-твоему, кто кого из нее выбросит?
— Не будет иметь значения, если станция сдастся, — послышался хриплый шепот Начальника Охраны. Он прислушался. — Извините, Ваша Гениальность. Меня вызывает комитет мятежников. Помните — будьте осторожны.
Его изображение исчезло. Келлон бесцельно прошелся туда-сюда по бледному светящемуся полу длинной Луной Комнаты. Что же теперь? Новости с Внешней Станции потрясли его больше, чем взрыв под террасой. Он чувствовал себя бессильным и больным. Станция все так же не отвечала и он не мог придумать что же можно сделать полезного.
Офицер его личной охраны сказал ему, что в Комнате Нептуна по-прежнему продолжался бал. Даже репортеры еще не почувствовали реальной серьезности ситуации. Одетые в яркие одежды танцоры не знали, что их мир стоит на грани катастрофы.
Наверное, в этом-то все и дело. Если бы класс инженеров поменьше танцевал, если бы они больше учились и больше делали для остальных девяти десятых населения — дела обстояли бы по-другому. Но Мелкарт сказал, что уже три поколения как поздно думать об этом.
— Босс! — закричал охранник. — Осторожно!
Выстрелы эхом отразились от высоких светящихся фресок. Где-то закричала женщина. Вооруженные люди ввалились через широкую арку из Комнаты Нептуна. Светящиеся панели погасли. В темноте застучало автоматическое оружие.
Широкий, связывающий комнаты дверной проход был закрыт только звукопоглощающим воздушным экраном. До Келлона донеслось приглушенное Ву-у-уш! Поднялась бронированная панель, но было слишком поздно. Атакующие находились уже в Луной Комнате.
При слабом свете, поступавшем через проход на террасу, он разглядел присевшие, приготовившиеся к броску фигуры. Рука бросила что-то над сражающимися охранниками. Оно упало возле него. Он с отчаяньем бросился к этой штуке, швырнул ее в дальний конец комнаты, растянулся на полу за столом телефора.
В ушах зазвенело, огромная темная комната наполнилась скрежетом металла. Он поднялся на ноги, выхватив из-под кресла спрятанный автомат. Но стрельба прекратилась. Свет снова наполнил высокие панели.
Три человека неподвижно лежали в перекрытом проходе. Одни издал слабый рыдающий звук, и испуганный охранник выстрелил ему в голову. Офицер быстро подбежал к Келлону.
— С Вашей Гениальностью все в порядке?
Келлону удалось улыбнуться.
— Попытка номер семнадцать, — он был рад, что его лицо было нарумянено. Ни одна другая попытка никогда не заходила так далеко, или заставляла его почувствовать такую слабость внутри. Он отвел глаза от развалин в конце комнаты, там, где бомба превратила неровный лунных пик в кучу пыли. — Кто это был?
Охранники уже осматривали убитых. Их отпечатки были быстро идентифицированы по телефору. Один из них оказался наследным инженером, провалившимся на экзаменах на практическую милитехническую степень. Два других были представителями вспомогательного класса белых воротников.
— Инженер, должно быть, пришел вместе с гостями, — сообщил офицер охраны. — Остальные были среди музыкантов. Они спрятали автоматы и бомбу в футлярах для инструментов. — Он перевел дыхание. — Я ужасно об этом сожалею, Ваша Гениальность. Но позвольте мне отметить ваше личное мужество.
Мужество! Келлон пожал плечами и быстро отвернулся от неподвижных фигур в веселых запятнанных кровью костюмах. Он уже почувствовал запах. От присутствия смерти у него кружилась голова. Если бы он был на мгновение не так быстр — отчаянье это не мужество. Его голос прозвучал резко и громко:
— Вытащите их отсюда и вымойте пол, — затем он подумал о Селен дю Марс. От тревоги его тон стал еще резче. — В бальном зале произошло столкновение? Кто-нибудь пострадал? Выясните, не пострадала ли Мисс Капитан дю Марс.
Бронированная дверь снова опустилась. Беспокойство заставило его последовать за охранниками. В огромной сияющей зеленым светом Комнате Нептуна его встретила зловещая истерическая напряженность. Офицеры с холодными глазами допрашивали испуганных музыкантов. Половина гостей исчезла. Оставшиеся собрались группами и нервно шептались.
Он не мог найти Селен. Охранники у главного входа и на террасе для глайдеров не видели ее среди уходящих гостей. Но она исчезла в начале вечера.
Его охватила тревога. Несмотря на всю ее амбицию — а может именно благодаря ей — он любил Селен. Он знал, что последователи проповедника яростно ненавидели ее, как символ всего того, в чем им было отказано. Ее могли похитить, вероятно, даже убить.
Он поспешил назад к телефору в изуродованную взрывом Лунную Комнату и вызвал ее апартаменты этажом ниже. Смуглый азиатского вида мажордом сказал, что она не возвращалась. Но рыжеволосая девушка-оператор сообщила ему:
— Ваша Гениальность, вам послание от Мисс Капитан дю Марс. Его оставили два часа назад, чтобы вручить вам, его, когда вы станете вызывать ее. Вы выслушаете?
Келлон кивнул, неожиданно лишившись голоса.
В кристалле появилось лицо Селен. В ее платиновых волосах горели огненные бриллианты. Их меняющее цвет сияние то становилось таким же синим как ее глаза, то таким же красным как ее губы. Она заговорила, холодным, строгим, совершенным голосом.
— Гарвей, я покидаю тебя сегодня вечером. Мы не встретимся снова. Я хочу поблагодарить тебя за все, что ты мне дал, и объяснить почему я ухожу. Не потому что ты стареешь и не потому что я думаю, будто силы покидают тебя, поверь мне, я бы не ушла из-за этого. Но я люблю Адмирала Херда. К тому времени, как ты это услышишь, мы будем в космосе вместе. Извини меня, Гарвей.
Келлон долго сидел у стола телефора. Ему было холодно, тело его онемело. Хриплым голосом он приказал оператору прокрутить все еще раз. Селен снова улыбнулась, снова смахнула единственную блестящую как алмаз слезу, снова произнесла те же тяжелые, как камень, слова.