Страница 99 из 148
– Можете оставить, – сказал Мэл, тяжело поднимаясь со стула – начинало сказываться действие виски. – Пусть себе стоит сколько угодно.
Дуг всё ещё медлил у двери.
– Может быть, я всё-таки могу для вас что-нибудь сделать? Куда-нибудь рекомендовать? Имейте в виду, я всерьез предлагаю купить ваши акции по тридцать долларов за штуку.
Мэл словно не заметил протянутой руки.
– Нет, благодарю. Постойте, у меня есть к вам просьба. Одна-единственная. Пожалуйста, никогда ничего для меня не делайте. Ни хорошего, ни плохого. Просто оставьте меня в покое. Раз и навсегда. Идет?
Впервые за всё время Дуг взглянул на него с некоторым смущением.
– Вы как будто боитесь меня, Мэл. И здорово боитесь.
– Пожалуй, да, – ответил человек, который хотел только одного: делать самолеты как можно лучше. – Я боюсь вас до смерти.
Послеполуденный зной, казалось, остановился и повис в воздухе перед самыми окнами дома Дуга Волрата, не решаясь проникнуть внутрь. Длинные занавеси то слегка надувались от легкого, еле заметного ветерка, то бессильно опадали снова. Кен и Дэви ещё никогда не бывали в этом доме; они сидели вместе с Дугом у огромного, облицованного гранитными плитами камина, в которых как бы скопилась вся оставшаяся в мире прохлада – прохлада нежилых домов. Сторож открыл окна только сегодня утром. Артур, который должен был навести в доме порядок, ещё не приехал – он перегонял сюда с побережья новый «дьюзенберг». Мебель стояла в чехлах, а ковры были свернуты.
Три молодых человека приехали сюда прямо с заводского аэродрома и сидели в ожидании вестей от Марго – долетев до Чикаго, она должна была позвонить или дать телеграмму, чтобы Дуг вылетел в Милуоки и встретил её на городском аэродроме. Несмотря на прохладу, в комнате стояла гнетущая атмосфера невысказанных вопросов и беспокойных мыслей, Дэви думал о том, что мог сказать Мэл Дугу, пока тот ждал их на заводе. Дуг то и дело погружался в угрюмое молчание, которое прерывал только, чтобы обратиться к Кену или Дэви с каким-нибудь не относящимся к делу вопросом. Ответов он, казалось, даже не слышал. Такое невнимание возмущало Кена, ибо, несмотря на вчерашнюю стычку с Дэви, он был не в состоянии скрыть свои истинные чувства к Волрату. В присутствии зятя он инстинктивно прикрывался своей защитной броней. Он с чопорным видом сидел в покрытом белым чехлом кресле, как бы считая ниже своего достоинства глазеть по сторонам то время как Дэви, внутренне более настороженный, чем Кен, даже не пытался скрыть удовольствие, оглядывая просторную и уютную комнату.
– Да, это славный дом, – сказал Дуг, обращаясь к Дэви. – Впрочем, на расстоянии мне казалось, что он хорош только по сравнению с другими домами в Уикершеме. – Легонько встряхивая бокал, где лежали кусочки льда, он обвел глазами комнату. – Но сейчас он оказался для меня приятным сюрпризом. Налить вам ещё?
– Нет, спасибо, – сказал Дэви и приподнял бокал, показывая, что он наполовину полон.
– А вам? – Дуг повернулся к Кену, и Дэви понял, что назвать Кена по имени ему так же трудно, как Кену произнести имя Дуга. Дуг нарочно выждал, пока Кен встретится с ним взглядом. – Налить вам ещё?
– Немножко, – ответил Кен.
– Ладно.
Дуг склонился над бутылками и, смешав коктейль, протянул бокал Кену.
– Вам, должно быть, интересно услышать об этих изобретателях на Западном побережье, о которых меня просила разузнать Марго, – сказал Дуг.
– Я навел самые подробные справки – кто они, откуда, какого рода делом занимались прежде. Внешне эта группа производит хорошее впечатление. Их финансируют солидные, консервативные в своих убеждениях люди. Юридическая сторона дела поставлена хорошо, так что заявка на патент, должно быть, солидно обоснована.
– Всё это нам уже известно, – категорическим тоном сказал Дэви, желая прекратить разговор, но Дуг ухватился за его слова:
– Значит, вы уже сталкивались с ними?
– Нам ничего не стоит одолеть их, – угрюмо сказал Кен, словно решив ради делового разговора побороть острую неприязнь к зятю.
Дуг, почувствовав это, заколебался, но счел за лучшее пока ни на что не обращать внимания.
– Скажите откровенно, стоящая это работа – с технической точки зрения?
– Очень стоящая, – ответил Кен. – Но наша ещё лучше.
– По крайней мере пока, – спокойно добавил Дэви.
Дуг перевел взгляд с одного на другого, ища признаков скрытого несогласия между ними, но ни Кен, ни Дэви не стали распространяться на эту тему.
– Кроме изобретателей из Сан-Франциско у вас нет других конкурентов? – спросил Дуг.
– Налейте мне ещё, – сказал Дэви. – Нам повезло, что эти бутылки не сперли в ваше отсутствие.
– Есть ещё одна группа, – ответил Кен, – и, пожалуй, самая сильная из всех – она работает в фирме «Вестингауз».
Дуг задумчиво нахмурился. Он словно и не замечал явных стараний Дэви перевести разговор на другое.
– Значит, есть уже три разные системы. Скажите мне вот что: могут ли все три развиваться самостоятельно или одна из них должна вытеснить остальные?
– Может, мы поговорим об этом в другой раз? – нетерпеливо приподнялся Дэви. – С минуты на минуту позвонит Марго, и, кроме того, слишком жарко, чтобы обсуждать деловые вопросы.
– Мы не обсуждаем никаких вопросов – мы просто выясняем обстановку, – возразил Кен и повернулся к Дугу – Хорошо, я отвечу на ваш вопрос о трех системах. Я убежден, что могут существовать все три, если договориться об общем типе передачи. Могу добавить, что, по мнению Дэви, какая-нибудь система рано или поздно вытеснит другие.
– В результате соревнования за качество или посредством финансового давления?
Дэви со злостью взглянул на брата. Ещё не так давно он беспрекословно признал бы главенство Кена, даже если бы ему пришлось подавить внутренний протест. Сейчас он вспыхнул от возмущения, чувствуя, что Кен его предал, но разговор зашел так далеко, что отмалчиваться было неловко.
– Дело вот в чём, – сказал он. В техническом отношении каждую из трех систем можно усовершенствовать, заимствуя кое-что у других. Но если судить по тому, что происходит в промышленности, то вряд ли можно себе представить, чтобы три разных синдиката дружески объединили свои силы и сообща добивались патента. Ведь всё это связано с очень большими затратами. В результате после длительной борьбы один синдикат поглощает другие. И трудно угадать заранее, который из них победит – тот ли, у кого больше прав на патент, или тот, у кого больше денег.
– Да, конечно, тут можно только получить всё или ничего, – согласился Дуг. – Но боже мой, ставки так велики, что стоит пойти на риск. Однако вы неправы, считая, что победа зависит только от патентов или денег. Есть ещё один фактор – участвующие в борьбе люди. В конце концов каждый синдикат или корпорация состоит из живых людей, и до какой-то степени фирма является отражением личности директора, его достоинства и недостатков. Взять хотя бы эту группу из Сан-Франциско. Я сказал – внешне они производят хорошее впечатление, но, по моим сведениям, у них идут трения – трения личные, и если их не зажмет в кулак суровая рука какого-нибудь энергичного директора, то дело непременно кончится плохо. Но мне кажется, никто их в кулак не зажмет и в конце концов эта группа распадется. Так мне подсказывает чутье.
– А у вас верное чутье? – спросил Дэви.
Дуг развел руками.
– Такое же, как всегда, – просто ответил он и взглянул на ручные часы, повернув их к себе циферблатом. – Марго должна уже приближаться к Чикаго. Осталось ждать минут пятнадцать. Хотите отложить разговор или будем продолжать, пока она не позвонит?
– Давайте продолжать, – сказал Кен.
– Ладно, тогда каковы же будут наши деловые взаимоотношения?
– Может, вы нам это скажете? – предложил Дэви.
– Всё зависит от ситуации, – пожал плечами Дуг, не совсем удачно пытаясь скрыть свою настороженность. – Скажу вам прямо: меня это очень интересует. Но давайте начнем с фактов. Кому сейчас принадлежит пай вашей компании?