Страница 64 из 148
Через некоторое время Вики, не выпуская руки Дэви и не глядя на него, потянула его за собой к двери. – Пойдемте к машине, – сказала она. Но её интонации, наклон её головы как бы раскрывали настоящий смысл этих слов, ибо на самом деле Вики хотела сказать: «Я жду, чтоб вы меня поцеловали».
Дэви пришел домой, мурлыкая про себя какой-то мотив.
– Чем это ты так доволен? – окликнул его Кен из своей уже темной комнаты.
– Ничем.
– Ты, кажется, был с Вики?
Дэви перестал напевать.
– Да, – спокойно ответил он.
Грубоватые нотки мгновенно исчезли из голоса Кена.
– Она… она что-нибудь говорила?
– О чём?
– Ну, обо мне, например.
– Я думал, у вас всё кончено.
– Что ж, разве я не могу спросить о ней?
Стоя в передней, Дэви обернулся лицом к темной двери Кена, но не вошел. Он стал рассматривать свои ногти.
– Так вот, насчет этого испытания в четверг у Волрата…
– Знаю, – сказал Кен. – Я приду.
– Я хотел сказать, что можешь не приходить. Я возьму кого-нибудь другого.
– Незачем. Я сказал, что сделаю это – значит, сделаю.
– Ладно, – громко произнес Дэви, но напевать перестал.
В голосе Кена Дэви почуял вновь вспыхнувший интерес к Вики, и у него было такое ощущение, словно кто-то ехидно шепнул ему на ухо простую разгадку головоломки; и снова у него мелькнула тоскливая мысль, что такие нотки в голосе Кена он уже слышал прежде.
Дэви прошел в ванную, где задумчиво и с особенной тщательностью принялся мыть лицо и руки, пока не смыл всего, что могло напомнить о Вики. Теперь он ясно понял, что она, сознательно или нет, старается использовать его любовь в своих целях. Дэви был недалек от истины, но именно поэтому совершенно неправ. На этот раз свойственная ему прозорливость ввела его в заблуждение, ибо он решил, что Вики пытается таким путем вернуть Кена. И ни разу ему не пришло в голову, что она использует его любовь в совершенно других целях – для того, чтобы спастись от Кена.
В четверг утром Дэви и Кен поехали на завод Волрата устанавливать оборудование. Утро было тихое, солнечное и знойное, насыщенное сочными зелено-золотыми июльскими красками; высоко над землей мягко сияла прозрачная лазурь. Когда братья подъехали к аэродрому, «Сокол», самолет, построенный специально для соревнований, только что приземлился после пробного полета; он казался совсем крохотным на просторном пустом поле аэродрома. Приподнятый кверху фюзеляж походил на злобно-тупое рыльце. Люди в рубашках с засученными рукавами лениво побежали навстречу самолету по полю, сквозь струящееся мерцающее марево. В воздухе пахло нагретой травой. Пилот отодвинул ярко блеснувший на солнце прозрачный фонарь кабины и неуклюже вылез из самолета. Это был Мал Торн. Дэви и Кен подоспели как раз в ту минуту, когда он докладывал о полете Волрату, стоявшему поблизости в белой шелковой рубашке и старых вытертых гольфах, которые он обычно носил на заводе.
– «Сокол» ваш шустрый, ловкий и смышленый, только летайте на нем сами! – сказал Мэл.
– Он тебе не нравится? – спросил Волрат.
– Я же терпеть не могу всего, что летает, особенно того, что летает быстро. Кажется, я побил рекорд?
– Да, на последнем этапе. Он всё время тебя слушался?
– Нет. Начал было барахлить, но я понял, в чём дело. – Мэл взглянул на Кена и Дэви. – Вашу установку мы поместим позади сиденья. Там помечено мелом, сколько вы можете занять места – пока что я положил там мешки с песком, на каждом написано «3 фунта». Это предельный вес, на который вы можете рассчитывать. Если у вас эта штука с собой, давайте её сейчас взвесим.
Установка радиопередатчика заняла полдня. Время от времени Дэви оглядывался на Вики, наблюдавшую за ним; из окна конторы, и махал ей рукой, но Кен, по-видимому, не замечал её присутствия, как не замечал и механиков, которые возились в самолете, исправляя что-то по указке Торна. Внутри фюзеляжа было жарко и тесно. В половине третьего установка была готова для испытания при включенном моторе. Дэви ушел в контору, где находилась наземная радиостанция, а Кен остался в самолете.
Мотор заработал тотчас же, и даже издали, из окна конторы, Дэви было видно, как дрожит от вибрации металлический корпус маленького самолета – казалось, на нем искрятся крупные дождевые капли, гонимые сильным ветром. Сначала прием никак не налаживался, но через некоторое время удалось отфильтровать мешающий фон. К четырем часам оставалось только проверить передачу во время полета.
– Скажи Торну, пусть возьмет с собой Кена, – вполголоса сказал Дэви Марго.
Но Дуг Волрат пожелал лететь сам. Он был в веселом настроении, с лица его не сходила улыбка, и Дэви знал – это ещё больше будет злить Кена. Торн, пожав плечами, знаками показал Марго, что бессилен что-либо сделать. Дэви из окна видел, как Кен – крохотная фигурка в белой рубашке – неуклюже вскарабкался на заднее сиденье; неуверенность его движений как бы подчеркивалась ловкостью, с какой взобрался в самолет Волрат. Дэви искоса взглянул на Вики – ему было любопытно, о чём она думает, молчаливо наблюдая за Кеном из окна.
Мотор внезапно издал густой рев, от которого воздух сразу показался плотным, как бетон. Самолет немного пробежал вперёд, затем развернулся по ветру. Кузов его на длинных, тонких, как лапки насекомого, шасси, был приподнят кверху, и весь он напоминал готовую ужалить пчелу. Голос Кена, глухой и дрожащий от треска электрических разрядов и вибрации металла, заскрипел от установленного в конторе громкоговорителя.
– Начинаю передачу, малыш, – говорил он. – Мы бежим по аэродрому, и из меня вытряхивает все внутренности. – В голос его незаметно вкралась насмешка, придававшая словам издевательский оттенок. – Если это век воздухоплавания, то дайте мне лучше лошадь и тележку. Ты меня слышишь?
– Я тебя слышу, – ответил Дэви и снова переключился на прием. – А Волрат тоже слышит? – обернулся он к Торну.
Торн кивнул.
Рокоча на малой скорости, то и дело выкашливая пламя, маленький самолет добежал до конца стартовой дорожки и повернул назад. Сделав поворот, он остановился и зарокотал ещё настойчивее и громче. Казалось, самолет трепещет от нетерпения, стремясь поскорее взлететь вверх. Иронический голос Кена непрерывной струйкой тек из репродуктора, расплываясь по конторе.
– Напружиниваем мускулы для гигантского прыжка в Будущее, – говорил он.
– Современная наука ещё не видела чуда, подобного этой летающей маслобойке. Слышен ли вам Голос Будущего?
– Я тебя слышу, – невозмутимо отозвался Дэви.
– Велите ему заткнуться, – прошептал Карл.
– …тоже мог бы вас слышать, будь мои уши на месте, но они у меня прыгают вверх и вниз… Ага, вот мы и начали двигаться… всё быстрей и быстрей летит крылатая колесница, не минуя ни одного камешка по пути…
Оконные стекла задребезжали, пол затрясся – самолет набирал скорость, вздымая за собой длинный плюмаж пыли. Заднее колесо приподнялось над землей – самолет, казалось, вот-вот уткнется носом в землю. Он пронесся мимо здания, чуть не касаясь передними колесами травы, а через секунду порыв вихря забарабанил по стеклам мелкими камешками и комьями земли. Самолет летел низко, ровно и быстро и вскоре скрылся из виду, однако голос Кена продолжал звучать в конторе, такой же насмешливый, но более твердый – казалось, Кен прищурил глаза и сжал зубы. На мгновение голос захлебнулся, словно от неожиданного толчка, потом тем же ровным издевательским тоном Кен стал описывать мертвую петлю, затем штопор, снова петлю и снова штопор.
– И мы не спеша падаем в пространство… круче и круче… вниз, на столицу штата… Вот сукин сын… Погоди минутку, малыш. – Голос вдруг стал слабым и усталым. – У меня кружится голова. Ты меня слышишь?
– Слышимость хорошая, – сказал Дэви. Переключив приемник, он порывисто обернулся к Торну. – Что этот болван вытворяет с моим братом? Ведь Кен ещё никогда не летал…
Конец его гневной фразы был подхвачен, унесен и разорван в клочья волной оглушительных звуков – самолет пронесся над самым аэродромом, меньше чем в двадцати футах от земли. Присутствующие молча проводили его глазами.