Страница 136 из 148
– Тише, детка, – спокойно сказал он. – Только не волнуйтесь, и всё будет в порядке.
Войдя в столовую, Дэви увидел Вики, сидевшую на другом конце стола между двумя мужчинами лет за сорок; она что-то оживленно говорила, выразительно приподнимая плечи или подчеркивая свои слова легким жестом. Мужчины слушали, склонив к ней головы, и смеялись; оба были явно очарованы ею. Дэви очутился возле тучной женщины с коротко подстриженными седыми волосами; по-видимому, она почти никого здесь не знала, так как разглядывала сидящих за столом с откровенным любопытством постороннего зрителя. Она улыбнулась Дэви сквозь дым зажатой в зубах сигареты.
– Вы – Дэви Мэллори, не так ли? Я Кора Стюарт, – спокойно сказала она. По другую сторону сидел Кен, болтавший с Джули Кендрик. – Я переложила карточки так, чтобы сидеть между вами. Бог знает, какое соседство мне могли навязать. Я хотела пересадить куда-нибудь поближе к нам и вашу жену, но не смогла найти её карточку. Она мне нравится.
– Вы её знаете? – удивился Дэви.
– Мы с ней разговаривали перед тем как идти в столовую, – сказала Кора Стюарт, словно в свою очередь удивляясь, как это ему до сих пор неизвестно, что она делает лишь то, что ей нравится, и знакомится только с теми людьми, которые, по её мнению, могут её заинтересовать. – Я заговорила с ней, ещё не зная, кто она. – Не выпуская из пальцев сигарету, Кора принялась за макрель в белом вине. – В этой девочке что-то есть, хотя она сама ещё не понимает, что именно. А вы понимаете? – вдруг спросила она, и её рука застыла в воздухе, не донеся вилку с куском рыбы до рта.
– Думаю, что да, – медленно сказал Дэви, не зная как отнестись к этой резковатой прямоте.
– Иными словами, ничего вы не понимаете. Посмотришь на неё и видишь – она так и светится изнутри веселой радостью; хочется узнать, что это за радость, и разделить её вместе с ней. Вот в чём её очарование. Она какая-то очень открытая. Ей всё интересно, и это отражается на её лице. Не то что вон тот экземпляр. – Кора кивком седой головы указала вбок. – Эта готова свернуться в – кольцо для вашего братца. – Она даже не дала себе труда понизить голос. – Когда доживете до моих лет, свежие маргаритки вам тоже будут нравиться больше, чем всякие украшения. А он недурен собой.
– Кен?
– Ну да, если кому нравятся прилизанные учтивые молодчики, которые смотрят на вас так, будто в душе смеются над вами. Я лично таких терпеть не могу. Расскажите о вашем зяте.
– Но…
– Ну, это, конечно, личность! – продолжала Кора, не дожидаясь ответа. Она повернула к Дэви свою сенаторскую голову и взглянула на него в упор. – Только вас я пока не могу раскусить. Вы – человек себе на уме, правда? Хотя, если ваша жена вышла за вас замуж… Сначала я подумала, что она замужем за вашим братом. Насколько мне известно, вы с братом намерены сделать нас очень богатыми.
– В самом деле? Откуда вы это взяли?
– Откуда я… – Кора уставилась на него в изумлении. – Но если это не так, то, скажите на милость, что же вы делаете на моем заводе?
Дэви невольно засмеялся.
– Нет, вы правы, – сказал он. – Наша работа принесет большие деньги.
– Но вы не слишком в них заинтересованы, – добавила Кора, осененная внезапной догадкой. Пожав плечами, она посмотрела на Дэви с гораздо большим любопытством. – Это уже как-то отличает вас от других.
– Нет, разумеется, я в них заинтересован. Но деньги не составляют для меня цели жизни. Когда ваш муж решил заняться радио, миссис Стюарт, разве он говорил вам только о том, что это принесет большие деньги, или у него на уме было и что-то другое? Я уверен, что было. Что он вам сказал, когда пришел домой, твердо решив с этих пор заняться радио?
– Если хотите знать правду, он мне ничего не сказал, – ответила Кора. – Он молчал, пока не наладил дело и не набрал у морского министерства заказов, которые должны были принести нам кучу денег. Честно говоря, если бы он сначала посоветовался со мной, я была бы против. Видите ли, молодой человек, я женщина крестьянского склада. Я всяких тонкостей не понимаю. Мне нужно такое, что можно посмотреть да пощупать. А до будущего ведь рукой не дотянешься. Склонность к спекуляциям бывает только у мужчин. Может быть, теперь и у женщин тоже, но у меня её нет. Я говорю не о спекуляциях на бирже. Для большинства людей это просто азартная игра. Они покупают по подсказке. Нет, я говорю о тех, кто делает ставку на идею, рискуя всем, что у них есть. Женщины иногда делают такие ставки на мужчин, но мужчины – это нечто реальное. Мужчину можно потрогать рукой, оценить как личность, наконец, выйти за него замуж. Мой муж хорошо знал меня. Как бы он ни был захвачен своей идеей, он ничего не сказал мне о радио, пока не заработал на нем столько, что смог купить мне славненький блестящий зеленый автомобильчик, а этот зеленый «пирлес» и был самым убедительным доводом в его пользу. Что можно было возразить против этого? Вообще Док, принимая решения, никогда не советовался со мной, – с гордостью добавила Кора. – Он шел своим путем, делал что хотел и что находил нужным. Конечно, он мог бы быть и повыше и постройнее, но зато он был настоящим мужчиной, если вы понимаете, что я имею в виду; все эти шестифутовые красавчики, которых полно вокруг, ему и в подметки не годятся. Я люблю, когда мужчина уверен в себе. – Вдруг она устремила на Дэви проницательный взгляд, и голос её сразу утратил мягкие задумчивые нотки. – А почему вы спросили об этом? Хотели найти верный способ навязать мне что-то?
Дэви неловко усмехнулся и пожал плечами.
– Если даже и так, сейчас я постыдился бы признаться в этом.
После обеда Дуг незаметно отвел в сторону Кена и Дэви.
– Пройдемте ко мне в кабинет и поговорим, – сказал он. – Гости пока могут обойтись и без нас.
Он провел их в небольшую, обшитую деревянными панелями угловую комнату, где между окнами стоял его письменный стол. Дуг уселся в кожаное вертящееся кресло я, выдвинув нижний ящик стола, поставил на него ногу.
Кен и Дэви не стали садиться. Дуг, улыбаясь, смотрел на них, чуть запрокинув голову.
– Итак, согласно нашему уговору… – начал он и засмеялся. – Ну ладно, вы видели людей, которых нужно завоевать. Прав я был, предлагая отложить демонстрацию прибора, или не прав?
– Мы поговорим об этом завтра, – сказал Дэви.
– Завтра мне будет некогда. Биржевой рынок ведет себя, как темпераментная потаскуха, и я всё утро просижу у своего маклера, где у меня будет под рукой телетайп, а днем я поеду на матч Чикаго – Мичиган.
– С каких это пор вы стали интересоваться университетским футболом? – спросил Кен.
– А я вовсе и не интересуюсь, – ответил Дуг. – Но меня пригласили, и я решил пойти за компанию. Я так давно не был среди людей.
– Поэтому вы и пригласили сегодня сорок человек вместо трех или четырех, непосредственно связанных с делом? – спросил Дэви. – Довольно странная затея, если учесть, что вы так настаивали, чтобы мы поговорили с теми, кто нас финансирует. Да в такой толчее к ним и подойти-то невозможно!
Дуг бросил на него быстрый испытующий взгляд.
– У меня было немало причин, чтобы позвать столько народу, – сказал он.
– И вот вам одна из них: я хотел, чтобы вы хорошенько присмотрелись к людям, с которыми вам придется выдержать бой.
– Да я на них уже насмотрелся, благодарю вас.
– Я это сделал вовсе не для вашего удовольствия, – возразил Дуг, – а ради вашего образования, что гораздо важнее. И запомните навсегда: они ничего о вас не знают и не пожелают знать, пока вы не добьетесь успеха – в их понимании. А пока вы для них мелочь, Дэви, такой же ничтожный пустяк, как покупка коробки спичек… И ещё была у меня одна причина – личного характера, – задумчиво сказал он. – Мне вдруг захотелось, чтобы вокруг было как можно больше людей. Чтобы всюду громко и много разговаривали. Чтобы меня теребили со всех сторон. Чтобы всюду были улыбки, красивые женщины в красивых платьях, преуспевающие мужчины. Что-то всё время не дает мне покоя. Может быть, на людях мне будет легче справиться с собой. Во всяком случае, мне захотелось сделать именно так. Одно только никак не входило в мои расчеты, – обратился он к Кену. – Я не желал бы, чтобы вы связывались с Джули Кендрик.