Страница 68 из 164
Спуск и вовсе не составил для них труда. Несколько суток спустя они стояли по колено в пронизанных солнцем бирюзовых волнах моря Луан и смотрели, как несется к ним небольшая ладья под красным парусом.
* * *
Капитан Джой Красная Борода стал контрабандистом из принципа. Не то чтобы он сильно не любил императора или был чрезмерно обижен правящим домом — вовсе нет. Просто младший отпрыск знатного княжеского рода ан–Ноэллин, прибывший в Роан из Эмдена, не желал поступать на сударственную службу. Его манили авантюры, опасности, приключения — и никакой зависимости, никакой ответственности. Он желал абсолютной свободы.
Семнадцати лет от роду молодой князь пристал к шайке морских разбойников, грабивших альворанское побережье моря Луан. Поднимался он вместе с дикими тетумами по Саргону до самого Аммелорда, насмотрелся всякого, поучаствовал в сражениях и пришел к выводу, что убийства — это не его призвание. Слишком уж грязное и кровавое дело. А ему, Джою, по душе что–то иное.
Молодой человек успел хорошо зарекомендовать себя в среде убийц, грабителей и воров, особенно же он прославился как талантливый лучник, способный попасть за сто шагов в мелкую монету, и как любитель кулачного боя, в котором равных ему не находилось по обоим берегам Саргона, от Альворана до Эмдена.
Когда старый тетумский контрабандист предложил ему долю в своем деле, княжич было засомневался, но как раз получил с оказией письмо от любимой маменьки, которой постоянно отсылал подарки и короткие записки. Княгиня ан–Ноэллин писала, что после смерти отца старшие братья и сестры поделили наследство и ее любимому Джою досталось три или четыре полудохлых овцы, разрушенная ладья и… больше ничего. Сплюнув с досады, Джой навсегда забыл о честной жизни, ведущей к нищете, и занялся контрабандой.
Тетумец, взявший его компаньоном, протянул после этого недолго и прозаически скончался от старости, сделав Джоя своим единственным наследником. После пышных похорон, сидя в конторе, бывший князь ан–Ноэллин просмотрел многочисленные документы и чуть не последовал за усопшим в лучший мир — контрабандист оставил ему наследство, на которое он мог скупить если не половину, то добрую четверть Эмдена.
С тех пор одиннадцать месяцев в году Джой Красная Борода занимался контрабандой, приумножая свое и без того огромное состояние, а двенадцатый проводил в праздниках и увеселениях. Теперь он собирался выполнить последнее задание: провезти каких–то двух варваров, за которых ему заплатили вполне приличную сумму, а после как следует отдохнуть в Роане.
Увидев тех, кого нужно было доставить в устье Алоя, Джой поморщился. Он давно уже вырос и хорошо разбирался и в людях, и в их секретах. Убийцы Терея редко посещали эти места, но контрабандисты знали и о них, и об их суровом и жестоком братстве. Была бы на то его воля, Джой не стал бы связываться с йеттами, но "давши слово, держись", и он приказал спустить веревочный трап, чтобы подобрать пассажиров. В отличие от команды бангалорского судна, контрабандисты с "Летучей мыши" от йеттов не шарахались и не глазели на них с суеверным ужасом. Они и не то успели повидать на своем веку.
Когда один из убийц протянул Джою золотой стержень с шелковыми шнурами, капитан потемнел лицом. Это было больше чем приказ — приказ недвусмысленный; этот стержень являлся залогом того, что он должен был выполнить абсолютно все, что у него только ни попросят йетты, даже если их просьба будет идти вразрез с его убеждениями. Скорее всего, так оно и должно было случиться, ибо убийцы Терея никогда еще не являлись с благими намерениями ни в какую землю. К тому же, их никогда не посылали с заданиями простыми, с которыми мог бы справиться обычный человек, так что можно было смело предполагать, что йеттами моментально заинтересуются люди императора. Джою вовсе не хотелось причинять зла никому из Агилольфингов и их слуг либо косвенно быть причастным к преступлению, направленному против правящего дома или самой империи.
Конечно, с некоторыми людьми Ортона I, например с подчиненными Сиварда Ру, сражаться было сложно, но и интересно. Более того, не видевшие друг друга в глаза начальник Тайной службы и контрабандист испытывали друг к другу уважение, смешанное с симпатией.
Джой любил эту солнечную, светлую, приветливую страну; ее богатых граждан, легко расстающихся с деньгами; справедливые законы — особенно же ему нравилось то, что в Великом Роане были запрещены пытки, а этим не баловали своих граждан государи Альворана, Аммелорда, Лотэра, Эмдена и Самааны.
Как и подавляющее большинство тех, кто стоит по другую сторону закона, Джой знал многие секреты, недоступные честным гражданам: это было частью его работы. И он уже хорошо представлял себе, куда и зачем должен отвезти двух йеттов. Джой почувствовал, как у него мороз пробежал по коже, и на какой–то миг ему показалось, что солнце потускнело и затянулось тучами — но нет, это было всего лишь минутное впечатление.
Он бы отказался от этого предложения, если бы не данное им слово. Впрочем, он бы и слово свое не побоялся нарушить, но золотой стерженек менял все в корне. Правда, послание было каким–то странным и весьма непривычным, но проигнорировать его Джой Красная Борода не мог. Не мог, и все тут. Хоть вешайся на мачте!
"Летучая мышь" славилась своей быстроходностью. Утром йетты поднялись на ее палубу, и уже через два дня, ближе к полуночи, ладья, стремительно рассекая волны, подошла к устью Алоя.