Страница 84 из 114
Гарри Трумен стоял возле Дэйла, засунув руки в карманы брюк.
Он мало что понимал из нарисованного на доске. Дэйл уловил его растерянный взгляд и принялся объяснять:— Я думаю, эти буквы и подсказки великана связаны с портретом этого молодого человека.
Альберт Розенфельд, не проронив ни слова, продолжал сидеть, закинув ноги на стол. — Миссис Палмер, — продолжал Дэйл, позвонила мне сегодня и сказала, что дважды видела этого человека в своих видениях. И, Гарри, еще удивительно и то, что я тоже видел его во сне. — А Ронни? — спросил Гарри, указывая пальцем на имя Ронни Пуласки, написанное мелом на доске. — А Ронни видела его в физическом обличии, видела в вагоне. — Итак, — подытожил Гарри, обведя мелом все четыре имени, написанные на доске, — четверо из нас: миссис Палмер, Мэдлин, ты, Дэйл, и Ронни видели этого самого человека. — Он щелкнул ногтем по ксерокопии портрета. — И великан указывал на него, — добавил Дэйл. — Послушай, — начал Гарри, — как выглядит этот великан, как он говорил? Наверное, громовым басом? — Да нет, Гарри, в том-то все и дело, что он говорил тихо, но очень отчетливо. И знаешь, его голос чем-то напоминал мне старика Хилтона.
Но тут в разговор встрял эксперт Альберт Розенфельд, который, естественно,
Ни в какие потусторонние явления не верил. — И ты, конечно же, Дэйл, продал ему свою бессмертную душу за подсказки? — Ты Альберт, будешь смеяться, но я отдал ему не душу, а всего лишь перстень. — Хорошо, — проговорил Альберт Розенфельд, хорошо, что у тебя, Дэйл, хоть что-то осталось в запасе. Но свои выводы я ограничу пределами планеты Земля.
Он развернул пластиковую папочку и одним за другим стал бросать на стол документы, комментируя их:— Кокаин, который мы обнаружили в баке мотоцикла Джозефа точно такой же, как найденный в доме Лео Джонсона и в доме Жака Рено. И как вы понимаете, это, скорее всего, дело рук Лео Джонсона, который сейчас в госпитале. Картина ясна? — спросил Альберт. — Да, — ответил Дэйл, — осталось сделать для нее только рамку. — А теперь поговорим об обуви, — Альберт бросил взгляд на свои ботинки, нисколько не смутившись тем, что до сих пор не убрал ноги со стола. — Рабочие сапоги Лео вполне обыкновенные, а вот те, что мы нашли у него в доме, во-первых, — ни разу не одеванные, а во-вторых — очень редкой марки. А буква «в», найденная под ногтем у Ронни Пуласки, вырезана из журнала «Мир плоти», из того номера, который посвящен клубу любителей пуделей. От комментариев воздержусь. Но добавлю, что портрет твоего длинноволосого мы разослали по всем федеральным агентствам.
Альберт Розенфельд брезгливо отбросил журнал «Мир плоти», и тот проскользнул по столу почти к Дэйлу Куперу. — И что? — спросил Дэйл. — А ничего, — пожал плечами Альберт Розенфельд, — твоего типа нет ни в одной картотеке. — Но ведь четверо людей видели его. — Конечно, — ответил Альберт, — ты же еще, Дэйл, видел великана. Он тоже не числится ни в одной картотеке. А если быть ближе к земле, то я еще могу сказать тебе, что пистолет, из которого в тебя стреляли — Вальтер ППК, а это любимое оружие Джеймса Бонда. И кстати, Дэйл, ты сегодня великолепно выглядишь.
Альберт Розенфельд резко сбросил свои ноги со стола, поднялся и застегнул пиджак на все пуговицы. — Я просто чувствую себя сегодня намного лучше, — улыбнулся Дэйл.
Альберт Розенфельд отбросил крышку своего тяжелого кейса и вытащил пластиковый мешочек, приподнял его и посмотрел на свет. — Мы обнаружили возле твоего номера каике-то волокна, — Альберт вновь забросил пластиковый пакет в кейс и захлопнул крышку. — У меня уже есть обратный билет, так что, если я вам понадоблюсь, я пока что в лаборатории.
Поспешите с вопросами, пока я не уехал. — Так над чем нам стоит поработать особо до вашего отъезда, — осведомился Гарри Трумен.
Альберт Розенфельд забросил на руку свой белый плащ и пошел к шерифу. — Да, кстати, шериф, вам следует поучиться ходить, не опираясь на кулаки.
Гарри в ярости схватил Альберта Розенфельда за галстук, казалось, что он собрался его придушить. — Эй, Альберт, давай-ка поговорим о кулаках. Я отправил тебя в нокаут, и, честно говоря, почувствовал себя неловко, но в следующий раз, Альберт, я сделаю это с удовольствием
Альберт Розенфельд выпустил свой кейс и схватил шерифа за отвороты рубашки. Шериф явно не ожидал этого. — А теперь послушай меня, — ледяным голосом проговорил Альберт Розенфельд, — я хоть и не лишен доли цинизма, но я являюсь противником всякого насилия. Я горжусь шериф, что стерпел твой удар. Запомни — я предпочитаю жить в компании Ганди и Кинга, меня интересуют глобальные явления. Я отвергаю месть, агрессию и возмездие. — Альберт с недоумением посмотрел на свои руки, которые сжимали ворот рубашки шерифа. — И в основе моего метода лежит любовь. — Он разжал пальцы и разгладил воротник рубашки Гарри Трумена.
Шериф, немного поколебавшись, отпустил галстук Альберта Розенфельда. Эксперт надел темные очки и негромко проговорил:— Я люблю тебя, шериф, веришь ты в это или нет.
Альберт резко покинул комнату для совещаний.
Гарри Трумен с недоумением смотрел ему вслед.
Дэйл Купер подошел к Гари, положил ему руку на плечо и, глядя в глаза шерифу, сказал: — Знаешь что, Гарри, по-моему Альберт Розенфельд выбрал для себя необычный и трудный путь. По-моему он достоин уважения. — Конечно, — кивнул головой Гарри.
В коридоре, в нескольких шагах от двери в комнату для совещаний, стоял помощник шерифа Хогг и Джозеф. Они мирно о чем-то разговаривали.
Открылась дверь комнаты, и в коридор вышел специальный агент ФБР Дэйл Купер. Он кивнул Хоггу и сказал: — Ну что, ты можешь идти, а с ним я поговорю.
Дэйл Купер остановился напротив Джозефа. — Знаешь, парень, кокаин, который мы нашли в бензобаке твоего мотоцикла, тебе кто-то подкинул. — Так я же с самого начала пытался вам это сказать…— Знаешь, Джозеф, я тебя больше не желаю здесь видеть. И знаешь что, не надо пытаться самостоятельно в чем-то разобраться. Лучше найди кого-нибудь, с ем можно посоветоваться, и все расскажи… Например, меня… — Дэйл Купер показал большим пальцем правой руки на свою грудь. — Хорошо, сэр. — Ну, вот и договорились. А теперь отправляйся домой.
За всей этой сценой наблюдала Люси.
Казалось, что она составляет какой-то огромный бесконечный кроссворд. — Как дела, Люси? — склонился над перегородкой Дэйл Купер. — Спокойно, спокойно, — девушка подняла указательный палец, — уже, специальный агент, у меня семьдесят пять слов. Подождите, подождите, не семьдесят пять, а семьдесят шесть, семьдесят семь, — весело проговорила девушка. — Ты молодец, Люси, — специальный агент развернулся и зашагал по коридору.
К Люси подошел помощник шерифа Хогг. Он тоже перегнулся через барьер, за которым сидела девушка. — Уже семьдесят восемь, специальный агент, — крикнула девушка вдогонку Куперу. — Знаешь, Хогг, — обратилась Люси к помощнику шерифа, — Дэйл Купер попросил меня найти как можно больше слов с этими буквами: R,B,T.
Хогг недоуменно потряс головой с длинными черными волосами. — Покажи, — он протянул руку к девушке, — когда-то это у меня неплохо получалось.
Пока Хогг читал список слов, в полицейский участок вошел молодой человек в светом пальто, наброшенном на плечи. Он остановился около таблички «Не курить», взглянул на портрет предполагаемого преступника, который был наклеен на стеклянной перегородке и, увидев в ней свое отражение, принялся поправлять прическу. Потом пальцем прикоснулся к бровям. Его движения были похожи на движения девушки, прихорашивающейся перед зеркалом. — А это, — заговорщицким голосом сообщила Люси, — пришел человек, который пригласил меня пообедать.
Хогг с удивлением посмотрел на молодого хлыща, который с первого же взгляда ему не понравился. — Ты знаешь, Люси, что Энди заболел?
Наконец, молодой человек в пальто, наброшенном на плечи, покончил со своей прической, повернулся к секретарше шерифа и деланно-веселым голосом воскликнул: — Привет, Люси! — кончики его губ растянулись в неискренней улыбке чуть ли не до ушей. — Привет Дик, — манерно улыбаясь, воскликнула Люси.