Страница 64 из 101
Нож все быстрее и быстрее крошил ветчину. Хэнк со страхом смотрел на сверкающее лезвие в руках жены. — Знаешь, Норма, когда-то я ошибся, и теперь люди из моего прошлого очень хотят видеть мое поражение.
Хэнк вновь попытался обнять Норму за плечи. На сей раз она — не вырывалась. — Что дальше, Хэнк? — Понимаешь, я попытался бороться с ними, но запутался еще больше. Я хотел убежать, я хотел опередить их, но всегда находился кто-то…— Кто? — переспросила Норма. — Находился тот, кто бегал быстрее меня. — Конечно, конечно. — Понимаешь, Норма, человек не должен так жить, как живу я, — Хэнк уже поглаживал волосы Нормы, — не должен, я это понимаю. Но иногда лучше забиться в нору, ты согласна, Норма? — Не совсем. — Лучше спрятаться, переждать, пока пронесется буря. Согласись, лучше переждать. — Да, Хэнк, я это прекрасно понимаю. Да, Хэнк, невеселая история. — Какое уж тут веселье? — Да, — вновь повторила женщина. — Знаешь, Норма, я все-таки попытаюсь удержаться на плаву. Попытаюсь.
Норма, наконец, повернулась к Хэнку. Они улыбнулись друг другу. — Но в другой раз, когда ты будешь чувствовать, что тонешь, обратись ко мне за помощью. — К тебе? — изумился Хэнк. — Ну да, ко мне. — Хорошо, Норма, спасибо тебе.
В этот момент Хэнк увидел мать Нормы. Он широко развел руки, улыбнулся, как можно шире, и произнес: — Вивиан, ты прекрасно выглядишь! — Эта сцена напоминает мне библейскую притчу «Возвращение блудного сына», — с издевкой произнесла седовласая женщина. — Вивиан, вы просто прекрасно выглядите! — Хэнк опустился на колено и поцеловал руки женщины. — Послушай, Хэнк, мне кажется, тюрьма пошла тебе на пользу? — О, Вивиан, это такая неприятная история. — Но, в общем-то, я вижу, ты выглядишь прекрасно, дорогой Хэнк. — Да, я рад, — ответил мужчина. — Так ты говоришь, в тюрьме было неплохо? — пошутила женщина. — Я расскажу. — А я с большим удовольствием послушаю сегодня вечером твои истории. — Сегодня вечером? — Да, сегодня вечером я приглашаю вас на ужин к себе в отель.
Норма стала рядом с матерью. — Знаешь, я, навряд ли смогу. — Сможешь, сможешь, — сказал Хэнк и обнял жену, — Вивиан, мы обязательно придем, так что жди. — Не забудьте, — сказала мать Нормы, — в восемь сорок я жду вас в отеле, внизу в ресторане. — Хорошо, Вивиан, мы обязательно будем. — Но, мама, я точно тебе не обещаю. — Да что ты, Норма, мы обязательно будем. — Конечно, приходите, я очень хочу послушать длинные истории Хэнка.
Мужчина как можно более приветливо улыбнулся немолодой женщине, она ответила ему такой же радостной улыбкой.
В это время шериф Твин Пикса Гарри Трумен стоял у окна своего кабинета и сквозь планки жалюзи смотрел в бинокль на окрестные деревья. Он повернул голову, услышав в коридоре шаги.
Прямо к нему в кабинет неторопливо вошел Пит. Гарри опустил бинокль и посмотрел на него. Мартелл остановился на пороге кабинета, снял шляпу, пригладил всклокоченные седые волосы. — Гарри, здравствуй! — А-а, Пит!
Гарри пригласил Пита Мартелла войти в кабинет. Тот не заставил долго себя упрашивать, вошел и уже через несколько секунд тоже стоял у окна. — Что ты делаешь? — спросил Пит, увидев бинокль в руках шерифа. — Любуюсь на птицу. — Какую птицу? — поинтересовался Пит Мартелл. — На, посмотри, если хочешь.
Пит взял в руки бинокль, навел резкость и долго вглядывался в деревья. Наконец, он увидел то, за чем наблюдал Гарри. На стволе ели Добсона сидел небольшой пестрый дятел. — Да это же дятел. — Да, дятел, — А ты знаешь, как он называется, шериф? — Откуда же я могу это знать. Я не орнитолог. — Так вот я могу тебе сказать — это дятел-вертишейка. Один из самых красивых в наших лесах. — Да что ты говоришь? — Точно.
Шериф взял бинокль из рук Питера Мартелла. И несколько минут наблюдал за изящной птицей, которая пыталась достать жучка из-под коры старой ели. — Какой он красивый, Пит. — Да, этот дятел украшение наших лесов, жалко только что их последнее время становится все меньше и меньше в окрестностях Твин Пикса. — Серьезно? А я и не знал, — сказал шериф. — Да, их уже совсем мало. А вот во времена моего детства их было так много, что казалось, только ими и населен лес.
Мужчины несколько минут помолчали. — Слушай, Гарри, — начал Мартелл. — Я слушаю. — Джози уехала. — Да, я знаю, — шериф оторвался от окуляров бинокля и бросил на Пита быстрый взгляд.
Пит стоял, отвернувшись, спиной к окну, и теребил в руках свою старую фетровую шляпу. — Я вернулся домой вечером и увидел записку на кухонном столе. — Записку? — переспросил шериф. — Да, Гарри, на столе была записка. Простой листок бумаги, сложенный вдвое. — И что там было написано? — Да ничего особенного, Гарри. Никаких извинений, самая обыкновенная записка.
Шериф с досады покивал головой. — Знаешь, она продала лесопилку Бену Хорну. — Знаю, Пит, знаю. — И я знаю, Гарри. — Пит, да ты ничего мне не обязан объяснять. — Нет, Гарри, — Пит тяжело вздохнул, казалось, поперхнулся, закашлялся, но просто таким нехитрым способом он хотел скрыть свои чувства. — Я все знаю, знаю…— Гарри, но ведь я ее любил… — дрогнувшим голосом сказал Пит, — я очень ее любил.
Шериф вновь опустил бинокль. — Я ведь, Пит, тоже ее любил. — Да, Гарри, я это знаю. Давно… Не обижайся, пожалуйста, Гарри. — Да ну, Пит, — Гарри пожал плечами,-я ведь тоже любил ее, ну что тут поделаешь. — Единственное, что я хочу тебе сказать, здесь очень много непонятного. — Знаешь, Пит, я стоял и смотрел,-Гарри развел руками,-как ее помощник выносит чемоданы. — Помощник? — быстро переспросил Пит. — Ну да, помощник, только я никогда его раньше не видел. — Раньше не видел, — Пит тоже пожал плечами, — а как он выглядел? — Обыкновенно, — начал объяснять Гарри, — средний такой, среднего телосложения. Обыкновенно, в общем, выглядел… китаец. — О, так это никакой не помощник. Это ее брат, Джонатан. — Брат? — переспросил теперь шериф. — Ее брат. — Мне она сказала, что это ее помощник, мистер Ли.
Лицо Пита стало напряженным, кожа на лбу собрались в складки. Пит задумался, сведя брови к переносице. — Ты говоришь, помощник, а я думал, что это ее брат Джонатан Ли,-задумчиво произнес Пит, глядя в стену. — Да, Пит, обыкновенный такой. — Мистер Ли, мистер Ли, — повторил Пит, — Знаешь, Гарри, скажу тебе честно…— Скажи, Пит. — У меня какое-то нехорошее предчувствие, — Пит поднял голову и посмотрел прямо в глаза шерифу.
На лице Трумена была растерянность. — Я его разделяю, разделяю твое предчувствие. — Вот видишь, Гарри, значит, действительно, не все так хорошо. — Думаю, что да, Пит.
Договорить мужчинам не дал специальный агент ФБР Дэйл Купер. Он буквально вбежал в кабинет. Полы его светлого плаща развевались. — Привет, Пит, — на ходу бросил Дэйл Купер, — Гарри, ты знаешь? — Что? — Продавец обуви исчез, а перед этим убил твоего полицейского. — Извини, Пит, — Гарри сразу же напрягся, хлопнул Пита Мартелла по плечу, — извини. — Да что, Гарри, какие тут могут быть извинения, — Пит с изумлением смотрел, как Трумен быстро натянул на голову шляпу, набросил свой пиджак со звездой шерифа на лацкане и заспешил следом за специальным агентом ФБР Дэйлом Купером. — Мне кажется, далеко ему не уйти. — Думаешь? — спросил специальный агент ФБР. — Я уверен, Дэйл, никуда он не уйдет, очень уж он приметный, и все его здесь знают. — Хорошо бы его задержать, как можно быстрее. — Задержим, не волнуйся, мои ребята постараются. — Давай, давай, Гарри.
Они заспешили к выходу из полицейского участка. В дверях они столкнулись с офицером Энди Брендоном. — Привет, Гарри, — громко сказал Энди. — Привет, Энди. — Добрый день, мистер Купер. — Привет, Энди.
Помощник шерифа офицер Энди Брендон решительно распахнул дверь полицейского участка и вошел в вестибюль. Первой, кого он увидел, была секретарша шерифа Люси. Она поливала цветы из ярко зеленой лейки. У нее на руках, завернутый в бледно-зеленое одеяльце, спал младенец. Брендон буквально застыл в двери. Он окаменел как соляной столб. Его брови медленно поползли вверх, глаза округлились, уголки рта опустились вниз. — Люси? — едва шевеля губами, промолвил Энди. Ребенок, завернутый в голубое одеяльце, едва слышно вскрикнул и высунул розовую ручонку, зашевелил пальцами, потянувшись к ярко-красным губам Люси. — Люси? — еще раз прошептал Брендон и сделал неверный шаг навстречу девушке.