Страница 25 из 86
— Да-да, я знаю, что нет. Не знаешь, в какую сторону он ушел?
В ответ Гуля пожала плечами.
Муха нахмурился. Он надеялся, что лесник окажется дома или по крайней мере где-нибудь недалеко от поселка. Наверняка он знает эти места как свои пять пальцев и мог бы стать неплохим проводником.
— Ладно, спасибо, Гуля. Если дядя вернется, скажи ему, не он один бандитов ищет. Мы на север пойдем их искать, в горы. И еще скажи, что проводник нам нужен. Мы хорошие деньги заплатим. Так и скажи — хорошие. Ничего не забудешь?
— Нет, у меня школа много пятерки, — девочка показала растопыренную пятерню.
Муха вернулся к своим людям.
— Ну вот что, мужики, некогда нам по моргам бегать. Уверен, что дочь Николая Викентьевича жива и уходит от банды. Нам надо немедленно вооружаться. И не какими-нибудь там пээмами или «маргошками», а нормальными стволами высокой убойности. Ты, Гера, можешь это организовать? Или придется обращаться к шефу?
— Я все могу, — хвастливо сказал Гера. — Через два часа оружие будет любое.
— В таком случае пиши: АКМС с подствольным гранатометом — три штуки, АКС-74 — три, четыре гранатомета «Муха», — Олег невольно улыбнулся, — огнемет переносной с четырьмя зарядами...
— А огнемет зачем? — спросил Гера.
— На тот случай, если придется наших друзей из пещер выкуривать. Ящик РГД, ящик эфок. По цинку патронов на брата, сигнальные мины — десять штук, ракеты разных цветов и дымы. Что еще? Ножи десантные, все остальное вроде есть. Короче, вооружение, Гера.
— Сделаем! — И Гера достал из кармана рубахи сотовый телефон...
Раннее утро. Ущелье было погружено в туман. Вэн щелчком отправил недокуренную сигару в густой кустарник и обернулся к своим бойцам. За несколько дней рейда по горным тропам костюм на нем здорово пообтрепался, но сам Вэн выглядел довольно бодро, щеки и подбородок были тщательно выбриты.
— Вечер перестал быть томным, — произнес он. — Мы третий день носимся по горам за какой-то сопливкой, вместо того чтобы заниматься нашим настоящим делом. А все из-за того, что девка стала нечаянным свидетелем. Предложение мое такое — разделиться на две группы. Одна выходит к цели и заканчивает операцию, другая убирает девку. Так как первая задача приоритетная и, можно сказать, жизненно важная, я возглавляю первую группу. Бурыга вторую. После завершения операции обе группы складируют оружие в тайниках, переодеваются и выходят в город. Место встречи вы знаете, там и будет произведен окончательный расчет за операцию. Вопросы есть?
— А если мы до завершения операции девку не найдем? — поинтересовался Бурыга.
— Значит, мы найдем ее в другом месте. Она видела нас всех. Она может нас описать, дать наводку. В общем, за девку каждому башляю еще по пять кусков.
— Хоп, Вэн, будет тебе девка, — кивнул Бурыга.
Банда разделилась на две группы. В одной, которую возглавлял Бурыга, было семь человек, в другой — Вэна — восемь.
Обе группы уже собрались разойтись, когда воздух вспороли громкие выстрелы. Один из охранников Вэна охнул и согнулся, схватившись за живот. Сверху на головы бандитов посыпались срубленные очередью ветки.
Все бросились врассыпную. Защелкали беспорядочные выстрелы.
— Не стрелять! Не стрелять! — закричал Вэн, стараясь перекрыть грохот стрельбы.
Выстрелы смолкли.
— Кто просил, а? Вспугнули ублюдка!
— А с чего ты решил, что он один? — поинтересовался Бурыга.
— Да потому, что, если в их было много, они открыли бы шквальный огонь и перебили нас как кур. Один он, один. Родственничек той бабы. Всем в поиск! Найти и уничтожить!
Бойцы с автоматами наперевес исчезли в тумане, а Вэн подошел к лежащему на земле охраннику, приставил пальцы к его шее. Охранник был мертв. Вэн перевернул его на спину, разорвал рубаху защитного цвета на груди. Вся грудь была в крови, которая сочилась из маленьких дырочек.
— Дробь, — констатировал Вэн. — Неужели то же самое ружье?
Он достал из кобуры пистолет и зарядил его, после чего крадучись исчез в дымке тумана.
9. ПАСТУХОВ
Мы с Голубковым сидели в его машине. По стеклам стучал мелкий дождь.
— Ну и лето нынче, — произнес Голубков, задумчиво глядя в окно на проносящиеся по трассе автомобили.
— Да, ни к черту, — согласился я.
— Ездил куда-нибудь в отпуск?
— Да какой у меня отпуск? Сколько наплотничаю, с того и живу...
— Ну ладно, хватит прибедняться! Сколько уже заданий для отдела выполнил.
— Это вы мои деньги посчитать хотите? — поинтересовался я, взглянув на Голубкова.
— Не собираюсь я твои деньги считать. Совет — отправь своих, Олю с Настенькой, куда-нибудь отдохнуть в спокойную страну, чтобы за них во время выполнения задания не волноваться.
Значит, Голубков знает обо всем, что случилось в Затопине. Знает и о том, что я боюсь за своих женщин.
— А где она находится, эта спокойная страна, интересно знать? По-моему, весь мир уже сошел с ума! В Израиле палестинцы, в Испании баски, в Югославии албанцы, в Японии «Красная армия».
— Ладно тебе прикалываться, Пастухов! — улыбнулся полковник. — В мире огромное количество тихих мест, где можно прекрасно отдохнуть.
— За ваш счет?
— Почему же за наш? За твой. Мы тебе платим неплохие гонорары, чтобы ты в том числе мог бы отправить семью за границу...
— У меня встречное предложение, товарищ полковник. Раз уж вы хотите, чтобы я выполнил ваше очередное задание, обеспечьте безопасность моей семьи в Затопине. Тогда я буду чувствовать себя уверенно. Да и вообще... Как говорится, дома стены помогают. Я думаю, двух ваших человек вполне хватит.
— Ну, если тебе так спокойней...
— Спокойней, спокойней, — кивнул я.
— Что только не сделаешь ради спокойствия своего лучшего оперативного работника, — усмехнулся Голубков.
По документам, которые я прочитал, выходило, что готовятся крупные преступления, направленные против членов правительства, лоббирующих инвестиционные проекты. Схема довольно проста и разработана веками: одного, непримиримого, убрать, второго, трусливого, запугать, третьего, жадного, подкупить. Главное — списать все совершенные преступления на чеченских боевиков, вызвать гнев высшего руководства, направить следствие по ложному следу. Делается все это довольно просто: отрабатывается чеченский почерк, на месте преступления «нечаянно» оставляются следы, одна или несколько террористических организаций берут на себя ответственность за совершение преступления. Пока следствие отрабатывает подброшенную версию, исполнители акции убираются снайперами, или погибают в автокатастрофах, или кончают жизнь самоубийством — выбирай что хочешь, — и теперь уже при всем желании никаких следов преступников не найти.