Страница 21 из 86
— Не было дождя, — сказал Олег.
— Твои предположения, сыщик.
— А что тут предполагать? Либо ранена наша подопечная, либо тот, кто ее преследует.
— Скорей всего, первое. Сомневаюсь, чтобы безоружная девушка, выпускница мехмата МГУ, могла даже муху обидеть, — Боцман рассмеялся над случайным каламбуром и оглянулся на Геру и его людей, которые терпеливо ожидали их. — Мужики, увеличиваем шаг. На кордон!
В голове у Мухи сложилась некая версия развития событий, которую он, однако, не торопился высказывать, оттачивая ее в уме. Девушка стала нечаянной свидетельницей того, как бандиты сбили вертолет, поэтому стала для них опасна. Преследуя, они ее ранили. Вопрос только в том, серьезной была рана или нет. От этого зависит, далеко ли она могла уйти. Ирина, Ирина, где ты, отзовись!
Через сорок минут отряд вышел к кордону. В пятидесяти — шестидесяти метрах от дома земля была густо усыпана стреляными гильзами, из чего было нетрудно заключить, что бандиты пытались взять дом штурмом.
Муха подобрал несколько гильз, продемонстрировал их Боцману.
— Пять сорок пять — автоматные. Семь шестьдесят две — от пулемета. С восьми разных точек стреляли. Значит, не меньше восьми стволов.
— Ого, — покачал головой Боцман. — И это все на нашу бедную Ирину?
— Не знаю пока. Может, штурм кордона по другому поводу состоялся?
Муха с Боцманом устремились к дому лесника.
Все окна были выбиты, в каменной стене виднелись щербинки от пуль. Входная дверь была нараспашку, и они вошли внутрь. По тому, как все было разворочено внутри, можно было сделать предположение, что в комнате взорвалось несколько гранат. На полу они обнаружили засохшую лужу крови и гильзы от охотничьего ружья.
— Дмитрий, Олег, — позвал их с улицы Гера. — Здесь могила.
Действительно, в десяти метрах к востоку от дома была свежая могила со сбитым на скорую руку крестом. На кресте была табличка с корявой надписью: «Нодия Лариса Георгиевна, 15 мая 1970 — 29 августа 2001».
— Угу, — задумчиво произнес Муха, глядя на могильный крест. — Значит, здесь лежит не та девушка, которую мы ищем.
— Надо посмотреть — та, не та. Чтоб наверняка, — сказал Гера. — За лопатами, быстро, — скомандовал он одному из своих.
— Нет, не посмотрим, — возразил Муха. — Не хватало еще нам могилы рыть!
— Я должен доложить Николаю Викентьевичу, — Гера достал из кармана куртки сотовый телефон.
— Докладывай не докладывай, могилу мы осквернять не будем! — жестко сказал Боцман.
Гера уже набрал номер шефа.
— Тут такая ситуация, Николай Викентьевич, могила есть, на ней другая фамилия, другое имя, другие даты, но бог его знает, кто там лежит. Насколько я понимаю, у Ирины после катастрофы документов не осталось...
— Выройте и посмотрите, — раздался в трубке голос Николая Викентьевича.
— Есть вырыть и посмотреть! — отчеканил Гера.
— А ну дай сюда трубку! — Муха вырвал телефон из руки Геры. — Николай Викентьевич, не она это! Задницей чувствую, не она! Не хватало еще спецназовцам могилы рыть!
— Можете не рыть. Это сделают мои люди. — Голос Николая Викентьевича был жестким.
— Вы, посылая нас сюда, дали широкие полномочия, в том числе командовать вашими людьми. Я им запрещаю рыть.
— На рытье могил ваши полномочия не распространяются.
В трубке раздались короткие гудки, и Муха вернул телефон Гере.
— Делайте, что хотите. Пошли, Боцман.
Муха с Боцманом двинулись в гору, а подчиненные Геры взялись за лопаты.
В четыре штыка могила была разрыта через семь минут. Гера спрыгнул вниз, подцепил ножом крышку самодельного гроба, послышался скрежет гвоздей. Ногой Гера сдвинул крышку в сторону. Лицо Ларисы было синюшного цвета, кое-где на коже уже проступили черные пятна. Гера напялил на руки прорезиненные перчатки и стал тщательно ощупывать труп.
Через три минуты он снял перчатки, выбрался из могилы, кивнул своим: «Закапывайте!» — и опять вынул из кармана трубку сотового телефона.
— Во-первых, не она, во-вторых — пусто, — произнес он в трубку тихо. — Есть! Зарывайте, — приказал он своим людям.
В открытый гроб полетели большие комья земли...
Через полчаса люди Николая Викентьевича нагнали Боцмана и Муху, а еще через полтора поисковый отряд вышел к поселку Чистые Ключи. На окраине стоял бронетранспортер с наведенными на лес пулеметами, рядом с ним суетились двое чумазых солдатиков. Они готовили на костре кашу в закопченном котле.
Завидев отряд, вышедший из леса, солдатики запоздало схватились за оружие и в голос закричали: «Стой!» Из командирского люка показалась голова в шлемофоне. Судя по всему, это был командир машины, на полевых погонах были едва заметны две маленькие лейтенантские звездочки.
— Стоять сказано! — повторил он громко. — Кто такие?
— Поисковики. По поводу вертолета. У нас бумага есть от краснодарского ФСБ, — отозвался Гера.
— Один ко мне, остальные на месте, — скомандовал командир. — Эй, чижи, каша горит. А ну следить!
Один из солдатиков присел у котла и, держа автомат на коленях, начал перемешивать кашу ложкой с длинной ручкой.
Гера подошел к бронетранспортеру, протянул командиру бумагу. Тот ее внимательно изучил, удовлетворенно хмыкнул и вернул документ:
— Народищу здесь сейчас копошится — хрен поймешь, кто есть кто. Ключи всегда тихим местечком считались.
— А что случилось-то? — т поинтересовался Гера, сделав своим людям знак рукой — можно.
— А вы не в курсе? — Командир вылез из люка и спрыгнул на землю, подняв густую серую пыль. — Здрасте, здрасте, — поздоровался он за руку со всеми. — Три дня назад на Ключи банда вышла. Семь человек убили. Охотились они за кем-то.
— Кого убили? — спросил Муха.
— Участкового местного, на почте всех перебили. Столб взорвали. Телефонной связи нет. Пока до нас дошло, они уже дальше ушли.
— Кого искали, за кем охотились — известно? — поинтересовался Боцман.
— Откуда? Как стрельба началась, все попрятались. До сих пор носу не высовывают.
— Среди убитых есть неместные?
— Не знаю, — пожал плечами лейтенант. — По-моему, нету. Сейчас наш батальон на охране поселка стоит, а второй местность прочесывает. Все прям один к одному: и вертолет сковырнули, и кордон побили, и на Ключи напали. Говорят, Басаев с рейдом по Краснодарскому краю идет.