Страница 14 из 86
— А почему ты решил, что она без вещей? — перебил приятеля Боцман.
— Да потому, что не могла она во время катастрофы еще и за сумку хвататься. Более того, у нее может не быть ни денег, ни документов. Вот ты, Митя, когда едешь в турпоездку, куда документы и деньги кладешь? В трусы?
Боцман весело рассмеялся и как следует отхлебнул из бокала.
— Скажешь тоже — в трусы! В карманы, конечно, во внутренние.
— А теперь представь себе, что ты девушка в платьице и карманов на этом платьице нет.
— Вряд ли я смогу себе такое представить, — улыбаясь, покачал головой Боцман.
— Естественно, что ты затыришь документы и деньги по чемоданам и сумкам. Когда случается катастрофа, человек думает только о том, как свою шкуру спасти. Вернее, не думает, а просто действует, сообразуясь с инстинктом, с подсознанием, и нет у него времени на глупости типа чемоданов и сумок с документами. Впрочем, речь сейчас о другом...
— О чем? О влиянии погодных условий на здоровье женщины?
— Веселишься? Деньги Николая Викентьевича оказали свое плодотворное воздействие на шишковидную железу?
— Да нет, просто никак не могу поверить, что наконец-то появилось настоящее дело.
— Настоящее! — передразнил Боцмана Муха. — Ты сначала выполни его, это настоящее... Девица в горах — все равно что иголка в стогу сена. Попробуй-ка, найди!
— А помнишь, как мы «отряд октябрят» нашли? — неожиданно спросил Боцман.
— А как не помнить-то! Да-а, ничего не скажешь, забавное было дело.
— Забавное! — покачал головой Муха. — Ты слова-то подбирай. Как говорит современная молодежь — фильтруй базар! Не забавное, а опасное...
5
Случилось это в самом начале первой чеченской кампании. Боевики захватили начальную школу в одном из русских сел на границе со Ставропольским краем. В школе этой было всего три учительницы и около сорока детей в возрасте от семи до десяти лет. Чеченские подонки, как водится, учительниц изнасиловали и убили, а детей угнали в плен, в горы.
У боевиков были далеко идущие планы. Во-первых, в случае окружения можно шантажировать «федералов» заложниками, во-вторых, из мальчиков в горных селах можно вырастить «воинов Аллаха», а девочек сделать наложницами, в-третьих, дети — неплохой товар, за который можно потребовать с несчастных родителей выкуп в несколько десятков тысяч долларов. «События могут разворачиваться по любому из сценариев, поэтому операция по освобождению детей и уничтожению боевиков должна быть проведена с нейрохирургической точностью» — до сих пор в памяти Боцмана и Мухи всплывали эти слова, произнесенные их тогдашним командиром, полковником Головиным. Хороший был дядька... В одной из операций его машина подорвалась на фугасе, так что потом два дня собирали, чтобы отправить домой в цинковом гробу «грузом двести»...
Нейрохирургическая точность в боевых действиях — вещь почти невозможная. И речь тут даже не об артиллеристах, которые порой «промахиваются» на пару километров и накрывают свои же подразделения, а о тех обстоятельствах, которые иногда возникают во время ближнего боя. Когда противник поблизости, ты находишься в крайне взведенном состоянии, у тебя нет времени на раздумья. Каждый миг может стать последним, если вовремя не нажмешь на спусковой крючок. Противник — он тоже боится, хоть все время и орет Аллах акбар! И в этой, прямо скажем, «нервозной» обстановке ошибиться и пальнуть в своего — проще простого.
В том, что бандиты будут прикрываться детьми, как живым щитом, они нисколько не сомневались. Для проведения операции в отряд взяли только «самых-самых», с большим боевым опытом. Одно из необходимых требований к бойцам — умение хорошо стрелять. Были, конечно, у них тогда и снайперы, но в условиях ближнего боя никакой, даже самый классный снайпер погоды не сделает.
Пастухов тогда выстроил своих бойцов и велел выложить из вещмешков весь сухпай. Неважно, сколько дней или недель продлится операция, его солдаты не будут таскать на себе лишние килограммы.
На войне главное — быть боеспособным, готовым в любую секунду отразить атаку противника, какой бы жестокой и мощной она ни была. А сытым или голодным умирать — это без разницы, да и потом бойцы такой спецгруппы, как их, просто обязаны уметь выживать в любых, даже самых жесточайших условиях...
Поскольку бандиты с детьми двигались медленней, чем обычно, группа Пастухова могла настичь их довольно быстро. Теперь надо было — обнаружить противника.
Для этой цели были задействованы специальная авиация и даже спутник-разведчик. Возможности современной разведывательной фотоаппаратуры таковы, что она может зафиксировать даже небольшое скопление людей, не то что легковой автомобиль или бронетехнику... В общем, благодаря авиа— и космической разведке Пастухов в течение суток узнал, где находится банда и в каком направлении она движется. Отряд сделал сорокакилометровый марш-бросок и обошел противника с тыла...
По предварительным данным, в банде было человек сорок, у Пастухова же — пятнадцать человек, включая связиста да авиа— и артнаводчиков. Но численное преимущество тут ни при чем. Еще Суворов говорил, что побеждать надо не числом, а умением. А умения в этой операции надо было ой как много! Основное — себя не обнаружить. Застать противника врасплох — уже полдела для успешного исхода такой операции. А в идеале надо стремиться к тому, чтобы просто не дать ему выстрелить ни разу!
Разведгруппа, высланная Пастуховым, обнаружила банду, которая двигалась под прикрытием «зеленки» по направлению к грузинской границе. До границы оставалось всего километров восемь, и отряду Пастухова нужно было преградить путь противнику до того, как он окажется на территории сопредельного и очень суверенного государства.
Пастухов сделал засаду в двух километрах от границы. Сначала его бойцы с помощью ножей бесшумно убрали бандитскую разведку и, пока командир их основной группы не вышел на связь, напали на боевиков. В течение трех минут банда просто перестала существовать...
Тогда Пастух посадил своих людей в канавы по обочине и сверху присыпал листвой, ветками, землей, так что боевики очумели, когда прямо у них из-под ног появились вооруженные до зубов русские солдаты и открыли шквальный огонь поверх детских голов.