Страница 41 из 89
Рейлис посмотрел на своих солдат, застывших, как манекены, и покачал головой:
— Вовсе нет. Навряд ли кто-либо на Побережье смог бы хорошо подготовиться к подобному разговору. Но у меня не было выбора.
— Не было выбора? — удивился Валентин. — А просто промолчать?
— Использовать вас втемную? — переспросил Рейлис. — Слишком большой риск, Фалер. Большинство из тех, кто этим занимался, давно мертвы.
А остальным не позавидуешь, добавил про себя Валентин. Наконец-то хоть что-то проясняется: я зачем-то понадобился еще и Рейлису. Ну что ж, нанимателем больше, нанимателем меньше…
— Герхард, — напрямую спросил Валентин. — Зачем я вам нужен?
Он прикрыл глаза, чтобы поточнее уловить отрывочные образы, замелькавшие в голове у Рейлиса. Королевский палач Эльсана; мрачное, раздраженное лицо Тардена; висящий в подземном зале космический корабль, одной из систем которого и являлась пресловутая Смотрелка; безумные, фанатичные глаза Альгинуса Кроче. Рейлис чего-то не поделил с Тарденом, понял Валентин, и бегство — не вариант: Смотрелка-то останется в Эльсане!
Рейлис повернул голову в сторону и нервно забарабанил пальцами по столу. Валентин хотел было подсказать ответ — настроить Смотрелку — но вовремя догадался промолчать.
— Полчаса назад, — тихо сказал Рейлис, — я надеялся предложить вам свои услуги. Сейчас… боюсь, что сейчас мне придется просто просить вас о помощи.
Ни фига себе, только и подумал Валентин. Главный борец с тальменами нанимается в услужение одному из них. А потом еще и просит его о помощи!
А впрочем, почему бы и нет? Если вспомнить, что этот главный борец стал таковым всего месяц назад, да и до того зачастую позволял себе иметь собственное мнение. Если добавить сюда любовь Рейлиса к земному оружию…
— Ну вот что, фар Рейлис, — сказал Валентин, усаживаясь поудобнее. — Я так понял, что положение у вас хуже королевского. Выкладывайте, что тут у вас стряслось, и не бойтесь Великого Фалера. В отличие от вашего предыдущего нанимателя, я не кусаюсь!
Валентин намеренно выделил интонацией слово «предыдущего». Рейлис отлично понял намек.
— Я буду краток, Фалер, — сказал он, снова поворачиваясь к Валентину. — Став рабом Тардена, Кроче рассказал ему о Смотрелке. Тарден вызвал меня к себе и предложил выбор: перейти вместе с Незримыми к нему на службу либо убираться ко всем чертям. Я попросил отсрочки до дня коронации; он нехотя согласился, но затаил неприязнь. — Валентин цокнул языком. Вот вам и предатель! — Коронация состоялась, и вы знаете, чем она закончилась. Спасаться бегством значило подтвердить все подозрения; я остался, и уже через полчаса Тарден распорядился не выпускать меня из замка. К счастью, он перерезал себе горло…
— Кстати, — полюбопытствовал Валентин, — а как именно это произошло?
Рейлис поморщился:
— Обычная пьяная удаль. Ударять кружку о кружку все сильнее, пока одна из них не треснет. Кружка Тардена треснула, но развалилась не сразу; он задел локтем стоявшего рядом Робба и полоснул острым краем себе по горлу. Фонтан крови, паника, ни одного целителя в зале. Потом вмешался ваш друг Розенблюм, послали за эль Катнаном, словом, все обошлось. Но как только Тарден окончательно придет в себя, первым же его приказом будет найти и доставить к нему предателя Герхарда Рейлиса.
— Понятно, — кивнул Валентин. — Значит, я в какой-то степени спас вас, вытащив из Гвентарра?
Рейлис пожал плечами:
— Возможно. Я был вооружен, но в бою всякое может случиться.
Его я спас, а себя подставил, продолжил Валентин свои рассуждения. Интересно, как это понравится Тардену. Одно дело — объявлять предателем беззащитного с виду Рейлиса, а совсем другое — Великого Фалера. В последнем случае недолго и трона лишиться.
— Вот, собственно, и все, — сказал Рейлис. — Фактически, я уже вне закона, и не сегодня, так завтра Сансан будет объявлен собственностью короны, Смотрелка перейдет во владение Тардена, а мне придется спасаться бегством.
— Вам нечего противопоставить Тардену? — спросил Валентин.
Рейлис покачал головой:
— Тридцать автоматов, шесть гранатометов и две боевые машины? Хороши для атаки, но ничего не стоят в обороне. Маги Тардена уничтожат нас раньше, чем мы расстреляем боекомплект.
— А что, если ликвидировать Тардена? — полюбопытствовал Валентин.
— Ни в коем случае! — воскликнул Рейлис, меняясь в лице. — Если Тарден умрет, Кроче станет свободен! Сначала он отомстит за своего хозяина, а потом снова возглавит Незримых и попытается захватить власть в Эльсане. Ведь он уже не различает себя и Тардена, вы понимаете?
Валентин присвистнул. Вампир во главе королевства — такого даже на Побережье еще не видали!
— Может быть, нам заодно уничтожить и Кроче? — предложил Валентин. Он вошел во вкус этого типично пангийского разговора, и наслаждался разворачивающейся интригой, словно хитро закрученной шахматной партией. Распутывать проблемы злополучного вице-магистра было куда интереснее, чем гоняться по всему Побережью за свихнувшимися талисманами.
Валентин с интересом посмотрел на Рейлиса, который задумчиво склонил голову набок.
— Вы что, — спросил Рейлис, — меня проверяете?
Валентин захлопал глазами:
— Проверяю?
— Вы предлагаете то, чего никогда бы не сделали сами, — пояснил Рейлис. — Если я соглашусь на убийства, что вы обо мне подумаете?
— Ну-у, — протянул Валентин и неожиданно улыбнулся. — Я подумаю, что это уже вы меня проверяете.
— Послушайте, — сказал Рейлис, опустив взгляд. — Вы сидите здесь и тратите на меня свое время. Видимо, я вам зачем-то нужен. Мне тоже нужна ваша помощь. Так давайте же договариваться, Фалер. Назовите ваши условия!
Договариваться, повторил про себя Валентин. Ай да Рейлис; по происхождению — коренной пангиец, а рассуждает, как самый настоящий землянин. И оружие тоже земное использует; что это, совпадение? Или на Панге появились анклавы земной культуры?!
Валентин сконцентрировал все свое внимание на сознании Рейлиса и, придав своему голосу вопросительную интонацию, тихо произнес:
— Какое-то время назад земляне сыграли в вашей жизни особую роль?
Сам Рейлис наверняка даже не осознал, какое количество информации перелопатил его мозг в поисках ответа на этот нехитрый вопрос. Но Обруч развернул перед Валентином все воспоминания, ожившие в сознании Рейлиса при словах «земляне» и «особую роль». Заброшенная каменная башня, окруженная мрачным, наверняка заколдованным лесом; темные подвалы, заполненные деревянными ящиками с буквенно-цифровой маркировкой; электрические лампы, светившиеся вполнакала на белом, в желтых разводах потолке; люди в комбинезонах, стоящие у высоких, окрашенных в яркие цвета металлических шкафов; книжные полки, уставленные томами в одинаковых белых переплетах; разобранный на части автомат, лежащий на дощатом столе. И сразу же — покосившийся остов башни, окруженный огненным озером; языки пламени, взлетающие до самого неба; сжимающий сердце страх и сохнущие на щеках слезы.
Валентин сжал губы. Похоже, подумал он, земляне действительно сыграли в жизни Рейлиса особую роль. Причем до самого конца.
— Ты прав, Фалер, — сказал Рейлис, сцепляя руки в замок. — Я должен рассказать тебе все.
— Может быть, только самое главное? — возразил Валентин. Раз уж Рейлис перешел на «ты» — а делал он это лишь в исключительных случаях, таких, например, как Эльсимское побоище, — значит, его воспоминания и впрямь оказались не самыми приятными. Рассказ о братьях-землянах, уничтоженных каким-нибудь злобным магом, мог затянуться на несколько часов. — Что это были за земляне, где они теперь и откуда у тебя столько оружия?
Рейлис сделал не слишком удачную попытку улыбнуться.
— Мы с тобой очень похожи, Фалер, — заметил он. — Мы оба скрываем свое истинное лицо. Я считал тебя обычным великим магом; ты же знал меня как функционера Незримых.
Обычным великим магом, подумал Валентин. Как, оказывается, плохо он обо мне думал.