Горбун

Елисавета Андреевна. Однако ж любезный женишок заставляет себя ждать... Я на твоем месте отмстила бы ему после свадьбы.

Вера Павловна. На моем месте заговорила б другое. Может ли теперь придти что-нибудь злое на ум и сердце! чувствуешь только смутное блаженство, да и в том не можешь дать себе отчета. (Садится, около нее садятся ее подруги; Елисавета Андреевна шепчет что-то горничным; они поют):

Аполлон Павлович (про себя). Боюсь, чтоб она не веселилась над бездной!.. Надо спасти ее! Без жертвы не обойдется...

Кремонов (отводя сына в сторону). Для такого радостного дня, дай свободу бедному Каспару.

Аполлон Павлович. Дам... дам... я уж об этом и думал.

Кремонов. Ты так мрачно говоришь о таком добром деле.

Аполлон Павлович. Нельзя же!.. Надо взять предосторожности... не быть в дураках. Видите радость, счастье сестры!.. Ну, если все это рушится?

Кремонов. Если... все это рушится?!

Несколько голосов. Жених! Жених!..

Кремонов и Аполлон Павлович идут навстречу Радугину.

Те же и Радугин. За ним несколько молодых франтов, разодетых по бальному.

Радугин (поцеловав руку у невесты, обращается к хозяевам дома). Рекомендую вам моих добрых знакомых: все прекрасные молодые люди и танцоры до упаду.

Кремонов. Очень рад дорогим гостям, очень рад. (Молодые люди расшаркиваются и подают Кремонову руку.)

Радугин. Хотел бы сюда на крыльях ветра. Лошади мчали меня, а мне все казалось, что тащусь на клячах. Кричу кучеру: «Пошел! пошел!..» — он летит по камням и ухабам и вдруг хлоп — рессора пополам.

Кремонов (в сторону). Худое предвестие!

Вера Павловна. Не ушибся ли ты?

Радугин. Нет, слава Богу; кончилось только одною досадою на задержку. Теперь я с тобою, мой друг, и все забыл. Как хочешь, по обычаям сговора, мы здесь не расстанемся. (Садится рядом, за ним размещаются и другие.)

Вера Павловна (тихо пожимая ему руку). Ни здесь, ни там! (Показывает глазами на небо.)

Радугин. Да, я забыл вам сказать: в сенях стоит, пригорюнясь, бедный Мошнин, такой нарядный, сапоги со скрипом, и не смеет сюда войти, а говорит: «Хотелось бы полюбоваться на радость общую».

Кремонов. Почему ж не так? Он не помеха. У нас все попросту, без чинов и затей, по старине, как вы сами хотели.

Аполлон Павлович. Мы давно ведем с ним дела торговые... простой, но честный купец! (Слуге.) Попросить сюда Мошнина.

Те же и Мошнин

Мошнин. Честной беседе во компании многие лета желаем.

Кремонов. Вот мой будущий зять — прошу полюбить. (Радугин подает Мошнину руку.)

Мошнин (низко кланяясь). А нас прошу жаловать. (Всматривается в жениха и невесту.)

Вера Павловна. Что ты так на меня пристально смотришь, Гаврила Силаич?

Мошнин. Смотрю и думаю я: напрасно, матушка-сударыня, прошу не прогневаться, цветочек приколоть изволили — сами розанчик, да еще какой!.. только вот что развернулся. А твое красное солнышко при тебе: есть от чего расцветать.

Радугин. Благодарим за приветствие, благодарим.

Аполлон Павлович показывает возле себя место Мошнину, этот садится.

Хор:

Радугин (кладет ассигнации на поднос, который подносит девушка). Благодарю, милая!

Мужчины встают, один за другим, с места, для поздравления; им подносят бокалы шампанского. На приветствия их жених и невеста откланиваются; Кремонов хочет говорить, но от слез не может; Вера Павловна бросается к нему в объятия, потом в объятия брата.

Аполлон Павлович (взявши бокал). Вера, в счастье своем не забудь брата! (Выпивает.)

Вера Павловна. О никогда, никогда: счастьем своим я вам обязана!

Один из гостей (взяв бокал, обращается к жениху и невесте). Как искрится сие вино, так искрилось бы всегда ваше счастье. (Выпивает.)

Другой (с бокалом в руке, восторженно). Сколько упоительных капель в этом бокале, столько упоительных дней в вашей жизни!

Третий (расшаркавшись и откланявшись, молча выпивает вино).

Четвертый. Как... сколько... (Краснеет и не может выговорить слова.)

Мошнин. Э, батюшка, оставьте, дней много в году впереди, успеете сказать. (Взявши поднесенный бокал.) Матушка, сударыня, Вера Павловна, дорог у тебя на ожерельи окатный жемчуг: унизал бы тебя Господь такими дорогими дочками! Милостивец, Александр Андреевич, так и горят жаром золотые позументы на одежде твоей: такими золотыми сынками обложил бы тебя Господь!

Радугин. От души спасибо за желания, Гаврила Силаевич! (Обращаясь к Вере Павловне, тихо.) Этот, видно, не полезет в карман за словами. (Подносят вино девушкам; они, коснувшись губами бокала, поздравляют жениха и невесту, потом целуются с невестой.)

Елисавета Андреевна. Мне чего желать тебе, милый друг? Чтобы ты поскорей, так же весело, праздновала мою свадьбу.

Хор

(величает гостей)