Страница 65 из 140
– Если случится худшее, – тихим голосом спросил я, – неужели мы отправимся на Колесо врагами?
Маран начала было что-то говорить, но, умолкнув, глубоко вздохнула.
– Нет, Дамастес, – наконец сказала она. – Ты мой муж. Мы умрем вместе. – Помолчав, она закашлялась. Дым становился все гуще. – Быть может, в следующей жизни, когда мы вернемся...
Она осеклась, не договорив. Я подождал, но Маран, молча покачав головой, отвернулась к окну.
Амиэль намочила в воде носовые платки, и мы повязали ими лица.
– Камень не горит, – мой голос прозвучал приглушенно, – а магия колдуна не настолько сильна, чтобы делать огонь из воздуха Мы дождемся, пока прогорит дверь, и, когда негодяи поднимутся наверх, посмотрим, кто кого.
Надеюсь, мои слова показались остальным не такими пустыми, как мне самому.
Но тут мне пришла в голову другая мысль.
– Кто умеет плавать? – спросил я. Разъяснять мой замысел не было необходимости.
Маран плавала как рыба, а солдаты еще лучше, поскольку занятие плаванием входило в обязательную подготовку.
– Ну, я тоже кое-как умею, – сказала Амиэль.
– Не беспокойся, – заверила ее Маран, – я поплыву рядом с тобой.
– И я тоже, – подхватил Свальбард. – Все будет в полном порядке.
– Наверное, я тоже смогу, – сказала судомойка. – Все равно это лучше, чем жариться на огне.
Лакей молча кивнул.
– Отлично, – сказал я. – Маран, поройся в гардеробе, поищи что-нибудь темное. Всем надеть штаны и рубашки. Обувь снять. Как только мы будем готовы, прыгаем в воду. Если считаете, что у вас хватит сил держать оружие, возьмите нож. Но если он будет мешать, немедленно его выбрасывайте. Прыгайте ногами вниз, руки держите над головой. Река у стены замка глубокая, и в воде вы ни на что не наткнетесь.
Вынырнув, сразу же плывите к противоположному берегу. Я прыгну последним и, если что, помогу тому, у кого возникнут какие-то проблемы. Постарайтесь не поднимать много брызг и не привлекать внимания.
Мы торопливо переоделись, стараясь не думать о прыжке с большой высоты и том, что нас может ожидать внизу.
– Лично мне, – сказала Амиэль, – хочется прочесть молитву. Не желаете присоединиться ко мне?
Мы помолились, все, кроме Карьяна и судомойки. Я обращался не только к своим богам, но и к Варуму, богу Воды, и всем тем, кто, я надеялся, меня услышит.
Дым стал удушливым, на лестнице показались языки пламени. Мы кашляли, несмотря на мокрые платки у лица. Выглянув в окно, выходящее на реку, я не увидел внизу ничего подозрительного.
– Пошли! – приказал я.
Двое улан прыгнули первыми и чисто вошли в воду. Вынырнув, они поплыли к противоположному берегу, до которого было не больше ста футов.
Маран, взяв Амиэль за руку, подвела ее к окну.
– Готовы? – спросил я, целуя в губы сначала ее, затем Амиэль.
– Вперед! – отрывисто бросила моя жена, и женщины прыгнули в темноту.
Услышав негромкий крик, я поморщился. Но, по-видимому, кроме меня, его никто не услышал. Потом прыгнула судомойка, а затем Карьян со Свальбардом. В этот момент с лестницы донеслись торжествующие крики, послышался рев пламени. Должно быть, внешняя дверь рухнула, и поток воздуха раздул пожар.
Я сосчитал до трех, дав время всем, кто прыгнул передо мной, вынырнуть, и затем прыгнул сам. Я долго летел, затем погрузился в холодную темноту и поплыл прочь от башни. Зарево над Ирригоном превратило воду в черное зеркало, на поверхности которого качались точки, направляющиеся к противоположному берегу.
Я был уже на середине реки, когда увидел, что из воды на берег выбрался темный силуэт. Я догадался, что это один из солдат. Мы спасены! Но тут послышался крик, и все мои надежды испарились. Из темноты выбежали двое. Сверкнули мечи, и улан, вскрикнув, упал.
– Вниз по течению! – крикнул я.
Мой маленький отряд, услышав меня, повернул от берега назад к стремнине. Оба берега реки озарились пятнами факелов. Я старался плыть так, чтобы над водой была видна только голова. Быстрое течение увлекло меня.
Не знаю, что подумали крестьяне, но по свету факелов можно было догадаться, что они оставались на одном месте, не предпринимая попыток бежать ни вверх, ни вниз по течению реки. Вскоре свет факелов слился с заревом пожара, бушевавшего над Ирригоном. Какое-то время нам вслед летели стрелы, дротики, камни, поднимавшие безобидные всплески.
Приблизительно в полумиле ниже по течению река сузилась. В этом месте был брод. Выбравшись на берег, мы могли бы пойти на восток, держась густых зарослей, и дня через четыре оказаться в безопасности, покинув владения Аграмонте. Я умел хорошо ориентироваться в лесу и смог бы уйти от любых преследователей, в том числе даже от охотников и лесорубов. К тому же с ними можно будет разобраться с помощью ловушек.
Я подумал, что, быть может, сегодня не всем из нас суждено вернуться на Колесо. Делая уверенные гребки, я оглядывался вокруг, ища глазами остальных. Я держался середины реки и наконец увидел два кирпичных островка, построенные у противоположных берегов. Дно между ними было углублено, чтобы дать возможность проходить к этим причалам небольшим судам. Если же кому-то было нужно переправиться через реку, с обеих сторон виднелись штабеля прочных досок, из которых можно было соорудить временные мостки.
По мере того как река сужалась, течение становилось все более быстрым. Повернув к берегу и нащупав дно, я направился к отмели и, когда вода стала доходить только до пояса, всмотрелся в ночную темноту. Увидев качающуюся на волнах голову, я поспешил туда и вытащил на берег судомойку. Бедная женщина совсем обессилела; еще немного – и она пошла бы ко дну. Служанка сказала, что пыталась помочь лакею, но тот, вскрикнув, вдруг начал барахтаться и скрылся под водой, и больше она его не видела. С трудом выбравшись на берег, судомойка рухнула на гальку. Затем подплыли Карьян и Свальбард. Они больше никого не видели.
Услышав всплески и слабые призывы о помощи, я поплыл на звуки.
– Помогите! Помогите!
Это была Маран. Вода накрывала ее с головой, но мне в том месте она не доходила до подбородка. Маран держала обмякшую Амиэль.
– Хвала Танису, – задыхаясь, выдавил я. Ко мне уже спешили Карьян и Свальбард.
Я поискал взглядом второго улана, но никого не увидел. Не знаю, погиб он вместе со своим товарищем или утонул.
Взяв Амиэль на руки, я побрел к берегу следом за своей женой.
– Осторожнее, – сказала Маран. – С ней что-то случилось.
Я обхватил Амиэль рукой, и она сдавленно вскрикнула от боли. Мои пальцы нащупали у нее справа в груди сломанный наконечник стрелы. Мы вынесли Амиэль на берег и уложили в кусты, на покрытую густым слоем мха землю. Расстегнув рубашку, я даже в тусклых сумерках увидел рану с торчащим обломком, из которой медленно сочилась кровь.
– Дамастес, – прошептала Амиэль, – мне больно.
– Все будет хорошо, – постарался я успокоить ее.
– Дамастес, я не хочу умирать.
– Ты будешь жить.
Однако в моем голосе не было уверенности.
– Я не хочу, чтобы мой ребенок умер. Пожалуйста, помоги мне.
– Сэр, я сейчас же тронусь в путь, – предложил Свальбард. – Если повезет, я доберусь до границы ваших земель за два дня. И вернусь с подмогой. А вы двигайтесь не спеша, в основном ночью, и все будет в порядке.
Ничего лучше я предложить все равно не мог.
– Будьте осторожны, сэр, – продолжал он. – Берегите себя.
Впервые за много лет, что я знал Свальбарда, я слышал от него такие слова. Затем, не теряя времени, он скрылся в темноте.
– Амиэль, – прошептала Маран, – я вспомнила, здесь неподалеку живет одна колдунья. В одной из окрестных деревень. Уверена, она не присоединится к этим ублюдкам. Как только рассветет, я пойду за ней.
– Хорошо, – одобрительно произнес я. – Тебя будет сопровождать Карьян.
– А я останусь с несчастной госпожой, – заверила Маран судомойка. – Мы с господином трибуном позаботимся о ней.
У Амиэль задрожали губы.