Страница 32 из 140
– Но... но почему? Мы здесь ни при чем! Чем, например, виновата я? – спросила Маран, пытаясь унять дрожь в голосе.
– Быть может, потому, что вы лучше, богаче, умнее их? Не знаю. Почему чернь ненавидит тех, кто стоит над ней?
– Вовсе не обязательно, – возразил я, вспоминая крестьян, рядом с которыми рос и трудился бок о бок еще мальчишкой.
– У моих родителей была торговая лавка, и я не помню, чтобы нас кто-нибудь ненавидел или мы сами кого-то ненавидели, – задумчиво произнес Кутулу. – Но это к делу не относится. Я счел своим долгом вас предупредить. Лично мне очень хотелось бы, Дамастес, чтобы император пересмотрел свое отношение к тебе и вернул Красных Уланов. Если что, оборонять этот дворец будет очень нелегко.
– У нас есть стража.
Кутулу начал было что-то говорить, но я покачал головой.
– Так или иначе, будьте осторожны – это относится к обоим, – сказал Кутулу, поднимаясь с кресла. Только теперь он вспомнил, что продолжает сжимать пакет. – Ах да, это подарок. Для вас двоих. Нет, пожалуйста, разверните его после моего ухода.
Казалось, маленький человечек торопится уйти. Мы проводили его до дверей. Как оказалось, Кутулу приехал в сопровождении лишь двух стражников.
– Кутулу, – заметил я, – наверное, мне тоже следует тебя предостеречь. Ты для этих безумцев еще более желанная цель, чем я.
– Естественно, – безмятежно согласился он. – Но кто знает, как я выгляжу? Кто помнит меня в лицо?
– Еще один вопрос, – сказал я. – Тебе когда-нибудь приходилось слышать о некоем домициусе Оббии Трошю?
И я описал своего вчерашнего гостя.
Кутулу наморщил лоб, погружаясь в раздумья.
– Нет, – наконец решительно заявил он. – Никогда. А я должен его знать?
– Нет, – сухо произнес я. – Не должен, если ты сам этого не хочешь.
Кутулу не стал спрашивать у меня разъяснений и забрался в экипаж.
– Мне у тебя очень понравилось, – сказал он на прощание. – Быть может, когда-нибудь, если император сочтет возможным...
Неоконченная фраза повисла в воздухе. Кучер тронул поводья, и экипаж загромыхал по извилистой улочке.
– Странный человечек, ты не находишь? – сказала Маран.
– Очень странный, – согласился я. – Ну что, давай посмотрим, что такой может преподнести в подарок?
Развернув бумагу, мы увидели дорогую резную деревянную шкатулку. В ней лежала дюжина кусков мыла, благоухающих разными ароматами.
– Вот это да! – воскликнула Маран. – Он что, совсем не знает правил приличия? Насколько мне известно, за подобные оскорбления вызывают на дуэль!
– Кто бросит вызов Змее, Которая Никогда Не Спит? – спросил я. – К тому же, как знать, быть может, он прав и нам давно стоит принять ванну.
Маран пристально посмотрела на меня.
– Сэр, подозреваю, вами движут какие-то корыстные цели.
Я сделал круглые глаза, притворяясь невинным младенцем.
В одном из самых уединенных закутков Водяного Дворца находится каскад водопадов, ручьев и запруд, пересекающий зеленые влажные лужайки. В одних прудах вода ледяная, над другими в прохладном вечернем воздухе висели клубы пара. Все они были подсвечены изнутри разноцветными лампами в стеклянных колпаках, опущенных под воду.
– Почему ты хочешь начать здесь, а не в тепле? – недовольно спросила Маран. – Тут же жуткий холод!
– Сибаритка! Ты всегда ищешь самый легкий путь?
– Естественно.
На Маран был тонкий хлопчатобумажный халат. Я обернул торс полотенцем.
– Ах, любимый, ты у меня такой аскет, – томно произнесла она. – У меня груди скоро льдом покроются, а у тебя нет ничего, кроме полотенца. – Маран распахнула халат, и я увидел, что ее темно-бурые соски действительно затвердели и торчат. – Вот видишь?
Быстро нагнувшись, я укусил ее за сосок. Вскрикнув, Маран достала из кармана халата один из кусков мыла, подаренных Кутулу. По ее приказу горничная проделала в нем отверстие и пропустила шелковый шнурок.
– Итак, грязное создание, тебе придется потрудиться, чтобы принять ванну.
С этими словами она прыгнула в пруд и тотчас же вынырнула на поверхность.
– Черт, да здесь еще холоднее, чем на берегу, – жалобно вскрикнула Маран.
Я нырнул к ней. Вода оказалась холодной, просто ледяной, такой, какая течет в горных ручьях Юрея. Вынырнув, я отфыркался и стал равномерными гребками приближаться к Маран.
– Ага, я разгадала твой предательский замысел! – воскликнула она и скрылась под водой.
Я нырнул и последовал за ней, ориентируясь на пену и пузыри, поднятые ее ногами. Но когда я уже приготовился поймать Маран за щиколотку, до меня дошло, что она заманила меня к водопаду. Сильное течение увлекло меня, и, пролетев вниз футов пять, я упал в другой пруд, вода в котором была теплой.
Опустившись до самого дна, я лениво поплыл к поверхности. Маран лежала на спине, глядя на ночное небо, усыпанное холодными бриллиантами звезд. Над горячей водой белыми извивающимися змейками поднимался пар.
– Мне кажется... по большому счету... наш мир не так уж и плох, – тихо произнесла Маран.
– Могло быть и хуже, – согласился я.
– Как ты думаешь, мы правильно поступаем? – спросила она.
– Нет, но сейчас мы займемся тем, чем нужно.
– Я серьезно. Быть может, мы напрасно безвылазно торчим тут с тех пор, как вернулись из Каллио, и дуемся на весь свет?
– В том же самом меня обвинил Йонг. У тебя есть какие-нибудь предложения?
– На следующей неделе начинается Сезон Бурь. Не устроить ли нам грандиозный бал? Пригласить всех и вся – в том числе и императора?
Я задумался.
– Не знаю. Но это единственный способ перенести боевые действия на территорию противника.
– В таком случае, давай попробуем. Какие же все-таки глупые эти военные, – добавила Маран. – Не могут найти других сравнений, кроме того как лучше протыкать друг друга мечами.
– Неправда. У меня для этого есть кое-что поинтереснее меча.
– О?
Маран подплыла ко мне, и мы начали целоваться, сначала по-дружески, но вскоре наши языки переплелись. Наконец я оторвался от нее и, подплыв к торчащей из пруда скале, взобрался на нее так, чтобы вода доходила до середины груди. Маран лениво приблизилась и положила голову мне на плечо, качаясь на волнах.
– Порой мы обращаем слишком много внимания на окружающий мир, – прошептал я.
– Знаю. Я тебя люблю, Дамастес.
– Я тебя люблю, Маран.
Эти слова, повторявшиеся бесчисленное количество раз, все равно звучали по-новому.
– Ну же, давай, – подзадорила она меня. – А то мы будем торчать здесь до посинения и ты меня так и не возьмешь.
Я поплыл следом за ней. Мы скользнули по узкой протоке в небольшую лагуну с мягким мшистым дном, вода в которой была нагрета до температуры человеческого тела. Маран протянула мне подарок Кутулу, и я стал ее намыливать, сначала спину, потом ноги. Затем она повернулась, и я принялся медленно растирать ей живот, грудь. Учащенно дыша, Маран улеглась на дно, призывно раздвигая ноги.
Перевернув жену на бок, я поставил ее правую пятку себе на правое плечо. Намылив свой член, я проник в ее чрево. Маран вздохнула, и я начал двигаться, не спеша, доставая далеко вглубь, а руки мои тем временем ласкали ее скользкие от мыла груди и спину. Маран выгнулась дугой, ногами увлекая меня на себя.
Она перевернулась на живот, положив лицо на руки, а я склонился над ней, ощущая движение ее нежных ягодиц. Закинув ноги на берег, Маран приподнялась, и мы слились в едином ритме, все убыстрявшемся до тех пор, пока разноцветные фонарики по краям лагуны не расцвели в мириады ярких солнц.
Глава 7
ЖЕЛТЫЙ ШЕЛКОВЫЙ ШНУРОК
На карточке было написано:
Уважаемые барон Дамастес и графиня Аграмонте!
Благодарю вас за столь любезное приглашение. Увы, неотложные дела первостепенной важности лишают меня возможности посетить ваш праздник. Приношу свои самые искренние извинения.
Т.