Страница 72 из 88
Все бы ничего, но для реализации нового плана ему нужно было подставиться под удар... конкретно так подставиться, под конкретный такой удар. Пройти на грани и уклониться, параллельно проведя бросок.
"Вот только, если я не уклонюсь, второй раз могу уже и не встать. Он вон барельефы на стенах кроссовками выбивает, что ему моя тушка?" - на такой "оптимистичной" ноте школьник начал свой маневр. Вначале споткнулся (то есть, поначалу он хотел только изобразить свою неловкость, но притворство неожиданным для него самого образом переросло в реальность), руки дернулись в сторону для восстановления равновесия, тем самым открыв голову.
Берсерк, нисколько не сомневаясь в игре оппонента (ну, еще бы), совершил стремительный подшаг и последующий мощный удар по лицу главаря "Белой гвардии", вложив в него как бы ни всю свою силу с намереньем поставить на этом жирную красную точку размером аккурат с лицо...
Убрать голову с траектории движения правого кулака неприятеля, в общем-то, не потребовало от Сирахамы сверхбольших стараний. Да, пришлось немножко напрячься, но эти затраты были несопоставимы с теми усилиями, что он приложил, дабы занять исходную позицию для проведения броска, особенно сложно пришлось рукам парня, которые все еще пытались удержать равновесие своего беспечного хозяина. В итоге все трудности по покорению силы тяжести были преодолены, и тело Берсерка оторвалось от земли...
Отступление.
Увидь подобное исполнение своего приема, несомненно, даже Коэтсуджи расщедрился бы на похвалу, но к несчастью ученика (или к счастью) из его мастеров в округе - на ближайшей крыше - присутствовал только Ма Кенсей. Мастера-китайца сама драка интересовала постольку-поскольку, в отличии от появившегося в руках зуда, который прямо свидетельствовал о том, что вскорости ему представится возможность запечатлеть для истории очередной отличный снимок.
Блондин, пролетев метров семь не меньше, рухнул на землю и покатился по ней, так и не встретив препятствий: кинуть его головой об стену согласно первоначальному замыслу у Сирахамы, увы, не получилось, и вместо прочистки мозгов рагнарековец отделался незначительными ушибами.
С земли Берсерк поднялся с покерфейсом, недалеко отстоящим по качеству от аналога мастера Косаки. Интуиция Кеничи тут же начала подавать панические сигналы, намекая на то, что подобная невозмутимость не более, чем маска, и на самом деле Берсерк уже не просто разозлен, а взбешен донельзя.
- Сейчас ты сдохнешь! - предупредил крепыш своего визави перед тем, как кинуться к нему.
- Да-а-а, это ты зря его разозлил, - из-за спины донесся негромкий, но вполне различимый комментарий, произнесенный девичьим голосом.
"Спасибо, а то я не догадался!" - мысленно съязвил Сирахама: на больший ответ ему не хватило времени.
На этот раз ученику Редзанпаку понадобилось принять на блок всего два удара и пропустить один, прежде чем он повторил мысленный вопль: "Какого черта! Одними уклонениями, и правда, драки не выиграть!"
После того, как Сирахама пришел-таки к этому очевидному выводу, ситуация на поле боя изменилась. Нет, Берсерк как и прежде теснил ученика Редзанпаку, но теперь плюхи получали оба парня. Атаки Кеничи были для блондина, что слону дробинка, но на одно попадание рагнарековца приходилось десять-пятнадцать попаданий Сирахамы. И пусть даже при таком соотношении Кеничи все равно оставался в проигрыше, но, по крайней мере, теперь он чувствовал моральное удовлетворение: уже не его одного бьют!
Как это обычно и бывает, развязка наступила внезапно. Вроде еще недавно они своими кулаками (и ногами) доносили друг до друга всю степень неправоты соперника, а в следующий момент Берсерк отлетает в сторону от еще одного "Понкена" в стиле Сирахамы...
Отлетает аж на целых полметра! Повторное применение секретной техники китайского кэмпо было загодя заблокировано противником. Второй кулак Рагнарека не долго оставался в долгу: буквально всего долю секунды. Замешкавшийся Сирахама (не ожидал он такого слабого эффекта после отличного результата от предыдущего применения) получил сильный удар ногой с разворота, исполненный в стиле Кисары. Скрещенные в последний момент перед лицом руки никак не помешали ноге противника вступить в плотное взаимодействие с грудью русоволосого школьника.
Тушка Сирахамы впечаталась в стену неподалеку от Валькирии, и рухнула на землю, скрючившись в попытке восстановить работу легких, отказавшихся поставлять кислород в организм из-за такого сильного "нервного" потрясения.
"Что ж, вполне ожидаемый конец", - вздохнула Валькирия, проводив взглядом полет своего незадачливого напарника, и посмотрела на блондина. - "Впрочем, возможно, что не конец: если я проиграю, Берсерк ему еще наваляет".
Берсерк, словно почувствовав мысленное упоминание о себе, поманил ее рукой. Кисара, как и Кеничи, не обманулась покерфейсом Берсерка - он явно находился практически на пике своей формы...
Освободив руки от поклажи, девушка направилась к своему бывшему семпаю: в составе Рагнарека она себя уже не числила.
Новая схватка началась без взаимных прощупываний, и уже ее первые полминуты показали наличие схожести с предыдущей дракой. Кисара, демонстрируя девичью грацию уклонялась от большинства выпадов оппонента, порхая бабочкой вокруг него. Ее же удары ногами, хоть и были не в пример сильнее сирахамовских, но легко отражались парнем без видимых для него последствий. Однако были и отличия: девушке в силу своей природы не легко было защищаться от атак, пропущенных от этого бугая. Чем Берсерк и воспользовался.
Парень, заблокировав очередной удар ногой, ухитрился схватить противницу за лодыжку и дернуть на себя. Кулак, устремившийся к зеленоглазому лицу, был встречен скрещенными руками - почитай тем же способ, что использовал Сирахама, вот только он в отличие от девушки защищал не ту часть, которую следовало.
Девичьи руки не лучшая защита от прямых атак (особенно при неравно прочих условиях), что и подтвердилось, когда они хоть и спасли хозяйку от фронтальных повреждений лица, но оказались бессильны защитить ее от второго удара, будучи отброшенными в сторону.
В голове школьницы словно щелкнули переключателем, и все движения в поле зрения замедлились. "Да, чтоб вас всех черти драли!" - подумала Кисара, завороженно наблюдая за медленно приближающимся к ее лицу кулаком, даже не делая попыток увернуться, понимая, что это уже бесполезно. Медленно приближающийся и никак не могущий приблизиться объект вдруг стал снижать свою итак невеликую скорость, а вскоре и вовсе остановился, после чего столь же медленно полетел назад, будто включился режим отмотки кадра.
Переключатель вновь щелкнул, и скорость восприятия Кисары вернулась на прежний уровень, и сразу же все закружилось и завертелось. Майка внезапно натянулась, сдавив ей грудь, а ее вырез врезался в горло, послышался треск ткани, и Нандзе резко потянуло назад, подальше от кулака Берсерка, не доставшего до ее носа каких-то считанных сантиметров. Практически сразу натяжение исчезло, сменившись кратковременным "скользящим чувством потери" - именно так интерпретировалось последнее возникшее ощущение перед ее погружением в короткий свободный полет, окончившийся удачным приземлением на ноги в трех метрах от блондина.
Девушкой она была не глупой, а потому сразу поняла, что случилось.
"Да сколько можно таскать меня за шкирку как котенка!" - возмутилась она и только потом заметила, что стоит посреди переулка в одном лифчике, а майка болтается на паре ниток где-то за спиной. Ее возмущение мгновенно переросло в злость. - "Ах, он... убью!" - действия девушки опередили ее мысли, и прежде, чем Кисара смогла подумать о возможных последствиях да и вообще о необходимости данного действия, она врезала со всей дури по проносящейся мимо спине. Когда же мысли все-таки дошли до места назначения, все на что ее хватило, было девичье: "Ой!"