Страница 15 из 17
Джонни: Моя мамаша вовсе не лежит под лестницей. Просто я больше не могу выносить этого хрена занудного.
Билли: Ты нехорошо поступил, Джонни.
Джонни: А ты прямо, главный эксперт, знаешь, что хорошо, а что нет. Да, Калека Билли?
Билли: Наверно, нет.
Джонни: И потом, что тут плохого? Делай, что хочешь, и посылай всех на хрен, вот девиз Джонапатинмайкла.
Билли: Ты, когда под дверью подслушивал, слышал, что МакШерри говорил о моей маме?
Джонни: Кое-что слышал.
Билли: Он правду говорил?
ДЖОННИ пожимает плечами.
Билли: Про это из тебя слова не вытянешь, а про гусиную вражду или овечьи дефекты языком метешь — как метлой машешь.
Джонни: Кстати о гусиной вражде, слыхал последнюю новость?
БИЛЛИ вздыхает.
Джонни: Мы-то все думали, что Джек Эллери и Пэтти Бреннан готовы поубивать друг друга после гибели кошки и гуся, так можешь себе представить? Какой-то малец видел их сегодня утром на сеновале, целовались взасос. У меня это в голове не укладывается… Чтобы два парня целовались, да еще те, которые друг другу даже не нравятся.
Билли: (пауза) Ты сменил тему, Пустозвон.
Джонни: Это я мастер — темы менять. А какая была тема? Ах да, твои утопшие родители.
Билли: Они правда были такими жуткими, как МакШерри говорит?
Джонни: Совсем они не были жуткими.
Билли: Нет? Но ведь они бросили меня и решили уплыть.
ЭЙЛИН возвращается с чашкой чая.
Эйлин: Вот чай для доктора.
Билли: Доктор ушел.
Эйлин: Как, без чая?
Билли: Очевидно.
Эйлин: Ты опять умничаешь, Билли Клейвен?
Джонни: Давайте, я выпью докторский чай чтобы сохранить мир в семье.
Дает ему чай.
Джоннипатинмайк готов на любые жертвы, лишь бы помочь людям. А печенья у вас нет?
Билли: Ты снова меняешь тему?
Джонни: Не меняю. Я хочу печенья.
Эйлин: У нас нет печенья.
Джонни: Готов поспорить, у вас навалом печенья. А что вон там на полках, за банками с горошком?
Эйлин: Там тоже горошек.
Джонни: Вы заказываете слишком много горошка. А как человек может пить чай с горошком? Если он нормальный, конечно, а не придурок. (Поправляет баранью ногу под мышкой.) Вы же не можете сказать, что Джоннипатинмайк придурок. Ну уж нет.
Билли: Джоннипатинмайк. Так про моих родителей. Про их плавание.
Эйлин: Это новость столетней давности, Билли. Забудь про это…
Джонни: Если парень хочет услышать, пусть слушает. Ведь он теперь совсем большой и много путешествовал, так почему бы ему не послушать?
Эйлин: Ты ведь не расскажешь ему?
ДЖОННИ смотрит на нее несколько секунд.
Джонни: Той ночью я встретил их на берегу. Смотрели они в темноту, слушали рокот волн, и ничего такого я бы и не подумал, если бы не увидел вдруг, что к рукам у них привязан мешок с камнями, и садятся они с ним в лодку. Такой большой холщовый мешок, вот как один из этих. Отдали они мне тебя, а сами начали грести и поплыли на глубину.
Билли: Значит, они все-таки с собой покончили из-за меня?
Джонни: Да, покончили, но не поэтому. Ты думаешь, чтобы избавиться от тебя?
Билли: А почему же еще?
Джонни: Сказать ему?
ЭЙЛИН кивает.
Джонни: За неделю до этого они узнали, что ты умрешь, если не отправить тебя в окружную больницу и не начать лечение. Но лечение стоило сотню фунтов, а у них таких денег в помине не было. Так вот, это страховка, которую выплатили после их смерти, спасла тебе жизнь. И представляешь, именно в тот день, когда я встретил их на берегу, они завели страховой полис.
Билли: (пауза) Значит, они покончили с собой ради меня?
Джонни: Страховку выплатили через неделю, и тебя еще до конца месяца выписали.
Билли: Значит, они все же любили меня несмотря ни на что.
Эйлин: Они любили благодаря всему, Билли.
Джонни: Ну как тебе новость?
Билли: Отличная новость. Мне сегодня очень нужна была хорошая новость. Спасибо тебе, Пустозвон.
Они пожимают друг другу руки, и БИЛЛИ садится.
Джонни: Не за что, Калека Билли.
Билли: Билли.
Джонни: Билли. (Пауза.) Ладно, я пошел домой к мамаше. Надеюсь, она откинула копыта, когда доктор пришел, и у нас будет сегодня еще одна хорошая новость. (Пауза.) Скажите, хозяйка, вы можете чем-нибудь заплатить ДЖОННИПАТИНМАЙКу за новости, только не горошком?
Эйлин: Есть Чупа-Чупсы.
Джонни: (разглядывает пакетик) А что такое Чупа-Чупсы?
Эйлин: Это Чупсы, которые чупают.
Джонни: (пауза. Немного подумав) Это я не буду.
ДЖОННИ выходит. Долгая пауза.
Билли: Надо было раньше мне все рассказать.
Эйлин: Я не знала, как ты отнесешься к этой новости, Билли.
Билли: И все же надо было рассказать. Легче вынести правду, чем страх перед тем, какой она может быть.
Эйлин: Прости меня, Билли.
Пауза. БИЛЛИ позволяет ей слегка себя обнять.
Билли: Прости, что я сказал «очевидно».
Эйлин: То-то же.
Она похлопывает его по щеке. Входит ХЕЛЕН.
Привет, Хелен. Что тебе?
Хелен: Ничего. Просто пришла посмотреть на раны Калеки Билли. Говорят, они глубокие.
Билли: Привет, Хелен.
Хелен: Ты как идиот хренов во всех этих повязках, Калека Билли.
Билли: Наверное, да. Э-э… тетя там чайник не кипит?
Эйлин: Что? Да нет. А-а. (Цыкает) Да-да.
ЭЙЛИН выходит в заднюю комнату, ХЕЛЕН оттягивает бинты, чтобы заглянуть под них.
Билли: Хелен, мне же больно.
Хелен: Ты прям как девчонка, на хрен, Калека Билли. Ну, как там в Америке?
Билли: Да нормально.
Хелен: Ты видел там таких же красивых, как я?
Билли: Ни одной.
Хелен: А почти таких же красивых?
Билли: Ни одной.
Хелен: А в сто раз хуже, чем я?
Билли: Ну, может быть, пару раз и видел.
ХЕЛЕН больно тычет его в лицо.
Билли: (кричит от боли) А-а! Я хотел сказать, ни одной.
Хелен: Думай, что говоришь, Калека Билли.
Билли: Почему ты такая жестокая, Хелен?
Хелен: Мне приходится быть жестокой, и вообще, не хочу, чтобы меня использовали, поэтому мне приходится быть жестокой.
Билли: На тебя, небось, лет с семи никто не покушался, Хелен.
Хелен: Скорее уж с шести. В шесть я врезала по яйцам священнику.
Билли: Может быть, тебе немножко поубавить жестокости и стать просто милой девушкой?
Хелен: Ага, конечно. Да я скорее себе спицу гнутую в задницу вставлю. (Пауза.) Меня только что уволил торговец яйцами.
Билли: А почему он тебя уволил, Хелен?