Страница 45 из 48
Сев на стул, княжна тихо заплакала, трогая отпечаток украшений на бархате.
Еще шаг.
Эмма выглядела в этом воспоминании лет на одиннадцать. Девочка устроилась с книгой на террасе, наблюдая за тем, как Вира играет с дракончиками.
— Ты не хочешь повидать отца? — на миг оторвавшись от увлекательного занятия, уточнила старшая сестра. — Тетя Мардж мне писала, что он иногда жалуется…
— Вир, — оборвала киашьярину юная волшебница, — я бываю дома достаточно часто. Не нужно мне ничего говорить. Да и отец… Тетя преувеличивает! А папа сам упоминал как‑то, что давно готов к нашему исчезновению из дома. У него есть Ольма, есть внук и наследник. Что еще нужно?
— Я просто волнуюсь, что ты слишком много времени проводишь в Лессе, — призналась Вира. — Я не против, но переживаю.
— Не много, — отмахнулась Эмма, — только каникулы.
— Да, но и я тебя почти не вижу, — улыбнулась сестра. — Вечно в библиотеке или в компании Кланта.
— Он просто показывает мне то, что я не могу понять из книг, — напомнила Эмма, спокойно глядя сестре в глаза.
— Кстати о легарде, — как бы невзначай пробормотала киашьярина, кашлянула и осторожно спросила: — Эмма, ты же не питаешь каких‑то иллюзий на его счет?
— Каких? — моргнув, уточнила девочка.
— Помнишь, как ты…
— Да, помню, — кивнула Эмма, и как в детстве ее личико стало неожиданно взрослым. Выпятив подбородок, она хмуро пояснила, ни на секунду не сомневаясь в своих словах: — Я все прекрасно понимаю, сестричка. Я уже не та малышка, что заявляла о намеренье выйти за Кланта замуж. Это глупые детские мечты. Да, он красивый и мне до сих пор нравится, но я осознаю, что подобное невозможно.
Эмма смотрела Вире в глаза, но ее ладони чуть подрагивали поверх книжных страниц, выдавая истинное настроение.
— Жарко тут, — вымученно улыбнувшись, девушка встала и направилась прочь, с трудом удерживая прямую спину.
Еще шаг.
Бал в честь дня рождения Кирии. Девушка рада и легко принимает комплименты от гостей. Приглашенные кружат по залу, любуясь нарядами дам и обсуждая кавалеров.
— Видели платье княжны Эммы? — перешептываются легарды, с завистью поглядывая в сторону девушки. — Интересно, кто его шил. Такое чудесное…
Клант вздохнул, вспомнив, как он сопровождал Эмму в Барру, где девушка подняла на уши пару городков, разыскивая конкретный материал, образец которого видела в Заварэе.
Сама Эмма в придуманном и сшитом за один день платье счастливо сияет, прекрасно осознавая, что выглядит старше двенадцати. Неожиданно улыбка девушки меркнет. Прикусив губу, Эмма наблюдает за парой, медленно дрейфующей среди гостей.
Всмотревшись в высокую брюнетку с точеной фигурой, Клант с ужасом осознал, что не помнит ни ее саму, ни хотя бы имя. Ничего особенного, просто очередная пассия, не требующая излишнего внимания и готовая составить компанию на подобных мероприятиях, не напрягая слух излишне глупой беседой.
Эмма внимательно рассмотрела сначала лицо девушки, а после придирчиво оглядела стройную фигуру в фривольно открытом не только сзади, но и спереди платье, а после развернулась и скрылась за колонной, глухо твердя себе под нос:
— Еще одна. И где они только берутся? Одинаковые, как сестры! У! Так и хочется в клочья разорвать!
Еще шаг. Жесткая трава на равнине постепенно сменяется каменистыми проплешинами и редким темным кустарником. Горы приближаются, позволяя рассмотреть свои вершины. Тропу пересек ручей. Вода в нем странная, как будто темно — синяя с алыми искрами.
«Иди!» — напоминает драконесса, и Клант шагает дальше.
— Подари мне легала! — воскликнула Эмма.
Они сидят на вершине скалы и наблюдают за животными внизу. Табун дышит и живет как единый организм. То и дело взмывают крылья, как шерстинки на спине огромного сильного хищника, что несется вперед вместе с ветром. И с такой высоты табун похож на зверя.
— Легалы могут принадлежать только легардам, — напомнил киашьяр.
— Бука, — просопела девушка и дернула себя за длинную золотисто — медовую прядь.
Кланту не хочется, но он все равно смотрит на ее волосы. Красивые и длинные… Да и сама девочка. Растет.
Глядя на это воспоминание, киашьяр не удержался от грустного смешка.
— Как же все глупо, — произнес он вслух и сбился, заметив какое‑то движение сбоку.
Волчица. Сильная, молодая. Она появилась из ниоткуда и теперь стремительно рвалась прочь, будто желая обогнать ветер.
— Уарра? — узнал легард и дернулся ей наперерез забыв обо всем.
«Стой! Нельзя! — закричала в его голове Т'а. — Вернись».
Клант остановился и оглянулся. Тропа исчезла, горы оказались далеко, а А — са прямо у него на глазах распадалась цветным дымом, довольно растягивая губы в усмешке.
«Я же сказала не сходить с тропы!» — зарычала драконесса и тяжелой тушкой упала блондину на плечо.
— И что теперь? — спросил Клант, видя, как все вокруг стремительно меняется.
Куда делась трава, камни, сама земля? Всюду выжженное поле, где не видно ни единого признака жизни.
«Не знаю…» — тяжело вздохнула драконесса.
Клант пожал плечами и пошел вперед, сам не зная на что надеясь.
Ничего вокруг не менялось. Даже когда диск солнца над головой начал ощутимо припекать в макушку, а ноги заболели от необходимости то лезть в гору, то спускаться по не самым пологим склонам, ничего не изменилось.
— Странное место… — пробормотал киашьяр, не позволяя себе думать о плохом.
Т'а ему не ответила. Драконесса обвила одним крылом шею Кланта и коротким горячим плащом повисла на его спине. Блондин был ей благодарен хотя бы за то, что голубенькая не смела вцепиться в него когтями.
— Солнце… — простонал киашьяр. — Оно выжигает все живое здесь, да? — Онтвета не последовало, да он ему и не был нужен. — Не самая приятная ситуация. Похоже обычным путем отсюда не выбраться. Только если кто‑то выведет… Но кто? Богини сами сюда заманили…
Ему хотелось остановиться, сесть на выжженную землю и посидеть какое‑то время, переводя дух.
Сколько он так идет? Час? Два? Может и больше. Странно, раньше киашьяру удавалось несколько дней легко преодолевать самые сложные переходы и не испытывать из‑за этого усталости, а тут…
«Это место высасывает магию, — сообщила драконесса вяло. — Постепенно, но неотвратимо. Если не можешь идти, то хотя бы не садись. Как только ты опустишься на эту землю, то встать уже не сможешь».
— А ты? — уточнил Клант.
«И я… — отозвалась Т'а на удивление спокойно и тихо квакнула. — Все плохо. Богини и правда не помогут. Будут просто наблюдать».
— А кто‑то может помочь? — вычленил из слов голубенькой искру важного Клант.
«Теоретически, — не очень уверенно отозвалась драконесса. — Должен быть кто‑то родной. Кто‑то близкий по крови».
Легард хмыкнул и пошел дальше, рассуждая вслух:
— Ну позвать же я могу. Хотя бы просто так.
Т'а ничего не ответила, лишь вяло дернула когтем на свободном крыле.
— Эй! Кто‑нибудь! — крикнул киашьяр. — Тут грустно и не очень хорошо… Да воняет вообще‑то! Есть кто живой?! Ау!
Он шел и кричал, а когда устал потешаться над собой и ситуацией, то тихо запел, вспоминая те песни, что слышал в прошлом. А напевая, стал вспоминать и другое…
— Стоит попасть в такую передрягу, чтобы понять, как же раньше все… — он вздохнул, — было хорошо. Лесс. Брат. Вира. Эмма. Отец… Ох, как бы хотел все вернуть и разыграть иначе. И знать бы…
— Знать бы что? — раздался рядом звонкий голос.
Глава 12
«Студент должен соблюдать дисциплину как на занятиях, так и в конспектах»
Справочник в помощь студенту магической академии
«Гениальность стихийна!»
Приписка на полях
Клант обернулся и не сразу поверил, рассматривая тонкую излишне серьезную для ее лет девочку. Сколько ей? Пять? Шесть? Волосы — медовые кудри, а глаза знакомые, ярко — голубые.
— Так чтобы знать? — повторила девочка и прищурилась. Знакомо так. Как любила щуриться Эмма. Неосознанно.