Страница 52 из 82
— Молчать!! — закричала Татьяна. — Освободи Григория! — приказала дальше. — Развязать, я сказала!! — еще сильнее гаркнула она, заметив, что Давид медлит и посматривает на входную дверь. — Твой нукер больше не появится, не надейся. Он сдох!!
Давид поверил сказанному и побледнел. Выполняя приказ, медленно подошел к Григорию и начал развязывать его с дрожью в руках. Но скоро он поборол первый страх и немного отошел от внезапного ошеломления.
— Ничего вы мне не сделаете. Здесь есть мое имущество, поэтому я имею право прийти в этот дом, — начал он объяснять свои козыри хозяевам. — За это не убивают.
— А холодное оружие с твоими отпечатками? — напомнила Татьяна. — А продырявленный твоим ножом бок Григория?
— Мало что я имел при себе, едучи в глухое село, да еще и в темное время. Кто это? — заканчивая развязывать узлы, при этом бестолково помогая себе зубами, спросил Давид у Григория, будто Татьяна была безжизненным предметом. — Не обижайся, Гриша. Но я имею право просить денег за эксплуатацию своей машины. Не так ли?
— Ты же подарил мне ее, — насмешливо напомнил Григорий, разминая затекшие от тугих веревок руки. — Сейчас я тебе сделаю алаверды, гадюка, окажу взаимную любезность — раскрою башку о стол и ткну шилом под ребра. И потом тоже посоветую не обижаться. Согласен?
Давид недовольно засопел.
— А это моя жена, — объяснил дальше Григорий. — Конечно, ты ее видел и слышал, так как она была на моей свадьбе с Кариной. Пела здесь с девушками. Ты еще рот на нее разевал, помню.
— Сейчас ты сядешь к столу и напишешь расписку, что получил свою машину целой-целехонькой и никаких — ни материальных, ни моральных — претензий к Летюку Григорию Викторовичу не имеешь, — не опуская пистолет, приказала Татьяна, и Давид покорился. Татьяна подошла ближе и нависла над ним, с отвращением осматривая его наклоненные костлявые плечи. — Внизу поставишь подпись и напишешь свою фамилию. Затем выйдешь отсюда, сядешь в свою машину, где в багажнике лежит связанным твой пособник (да не дрожи — он живой), и уедешь отсюда как можно дальше. Гриша, подай своему бывшему родственнику бумагу и ручку.
Григорий выполнил то, что сказала жена. Вскоре он получил из рук Давида расписку, прочитал ее и осторожно отнес в гостиную, где положил в ящик рядом с другими документами.
— Вы были правы, что защищались, — смирно изрек Давид, искоса посматривая то на Григория, то на его жену. — Я выбрал не наилучший метод решения своих проблем.
— Главное, что несвойственный тебе, бездари, — бросила Татьяна. — Вижу, что ты и на настоящего негодяя не тянешь. Так, недобитый подонок, не больше. Ты не альфонсом ли часом подзарабатываешь?
— Вы теперь считаете меня уродом, — мужественно держал удар Давид, стараясь уладить конфликт так, чтобы за ним вслед не погналась милиция. — А мне позарез нужны деньги. Я просто хотел продать вам свою машину или как-то по-иному заработать на ней. Это же не преступление.
— Мы не позволили тебе совершить преступление, идиоту. Благодари Татьяну, — сказал Григорий, снова появившись в прихожей, при этом он скомкал салфетку и намочил остатками водки, чтобы ею обработать пораненные места.
Давид пристально посмотрел на женщину, на дуло пистолета, которое все еще было нацелено на него, и выбежал из помещения.
Татьяна и Григорий переглянулись и подались следом. Во дворе гараж оказался открытым и в дверной проем хорошо было видно вымытую и ухоженную машину. Давид с кислой миной начал ее рассматривать, будто колебался, садиться за руль или нет.
— Ты еще нам должен приплатить за пользование гаражом и за охрану твоего имущества. Как я промазала? — сказала Татьяна. — Наверное, загоню тебя сейчас назад в дом и заставлю написать еще одну расписку — в том, что ты погасишь этот долг. Сколько, Гриша, мы ему предъявим? Гараж тянет никак не меньше двухсот долларов в месяц, как в городе. Ведь он теплый. И плата за круглосуточную охрану, в три смены, — это еще трижды по столько же. Так, и умножим все это на количество месяцев. За год выйдет свыше девяти тысяч долларов. А она же здесь не один год стояла.
Голос и интонации Татьяны были настолько убедительными, что даже Григорий искоса взглянул, заподозрив, что она вполне серьезно это говорит. Давид вздохнул и бросил раздумывать. Он стремглав метнулся в салон «мерседеса», крутанул ключ зажигания, газанул. Машина заурчала и, набирая скорость, задним ходом выскочила со двора.
На улице беглец остановился, ощутив себя в относительной безопасности, — не будет же эта закутанная в белое уродка палить из пистолета на виду у всех. Он расхрабрился, вышел из машины и повернулся к воротам с наглой улыбкой на лице.
— Можете проститься со спокойной жизнью, — охрипшим от волнения и ненависти голосом сказал он. — Я вас замордую, изведу, сожгу, уничтожу. Не пожалею никаких денег и напущу на вас всех собак преступного мира, — шипел по-змеиному. — Вы пожалеете, что не выручили меня, когда я к вам по-хорошему пришел.
— Видишь, а говорил, что у тебя денег нет. Брехун, — упрекнула его Татьяна.
— Мне нужны деньги, это правда!
— Чем же ты оплатишь роботу целой бригады бандитов, которые нас должны будут замордовать?
— Продам машину! — воскликнул безбоязненно Давид, потом скис и запел уже слышанную здесь песню: — Купите вы, она же в хорошем состоянии.
— Ну да, разумеется! Значит мы купим машину, а ты за наши деньги наймешь против нас бандитов. Остроумно. Кстати, — подошла к нему вплотную Татьяна, говоря громким разборчивым голосом, чтобы ее было далеко слышно, — о том, что ты «по-хорошему пришел». Ведь ты должен расплатиться с этим отморозком, который попался на твои обещания, а теперь лежит бревном в багажнике. Иначе он тебе сделает все то, что ты нам обещаешь. А денег у тебя как не было, так и нет. Что делать? Думаю, лучше не вынимай его оттуда, пусть там задохнется. Тебе за это ничего не будет. Ведь это я связала его и запихнула туда. Ты даже мог не знать, что он у тебя там лежит, — Татьяна оглянулась вокруг, увидела, что людей на улице еще нет, и снова подняла пистолет. — Я недавно была в автоаварии, где получила сильную травму головы. Понимаешь, на что я намекаю? Ага, именно на то, что за твой труп мне ничего не будет. Так вот, давай топай назад в дом и в долговую расписку, о которой мы только что договорились, дописывай плату еще и за этот мой дельный совет относительно придурка из багажника.
Из багажника начало доноситься мычание, тарахтение и удары. Видно, закрытый там бугай услышал слова Татьяны, удостоверился, что натолкнулся на чокнутую, которая учит дурака Давида избавиться от него довольно перспективным образом, и испугался. Тупоумные хвастуны, как этот Давид, чутко относятся к соблазнительным советам. В самом деле, можно навеки остаться здесь, не выдержав тесноты и духоты. Да только не всех это устраивает!
Как и следовало было ожидать, Давид среагировал на звуки в багажнике и вернулся к машине. Но лишь для того, чтобы громче включить мотор и заглушить всякие призывы о помощи, затем снова обернулся к Татьяне, вознамерившись произнести очередные угрозы. Но она его опередила.
— Вот только для того, чтобы ты убедился в бесполезности своих угроз и в том, что я запросто перекуплю любую твою бригаду головорезов и уничтожу тебя самого, я согласна дать тебе денег. Хочешь? — казалось, Татьяне приятно было издеваться над этим не таким уж и примитивным ворюгой. — Только честно!
— Мне нужны деньги, не скрою, — мямлил свое Давид. — Лучше просто купите у меня машину.
— Гриша, — позвала Татьяна. — Тебе нравится эта таратайка? Будешь на ней ездить?
— Таня, оставь, — Григорий потерял немало крови и имел измученный вид. Он медленно подошел, все еще продолжая протирать полученные раны и останавливать кровь смоченной в спирте салфеткой. — Машина неплохая, но куда-то ехать, чтобы оформить ее, — это целая морока. Я уж не говорю, что у меня на самом деле денег на такую покупку не хватит.
— Не куда-то, а в Киев ехать, — нетерпеливо отозвался Давид, облизывая сухие губы и предупредительно прядя глазами туда и сюда. — Дорога за мой счет!