Целебное голодание

«Секта, значит, – Игорь в задумчивость прислонился к колоне около запасного выхода, ведущего из лаборатории, и закурил. – Что ж, все возможно», – ему на память пришла пациентка, умершая несколько лет назад от дистрофии сердца. Последние два года она питалась вареной картошкой с мороженной клубникой и минтаем. И все это без соли. Обычная поваренная соль ведь убивает! Как и сахар. Алиментарная дистрофия на лицо. А если еще и учесть возраст несчастной – около семидесяти лет, – то такой рацион для нее был весьма губителен. А еще полгода старушка жила на нитроглицериновой аэрозоли. А потом выяснилось, что она ходила в какую-то секту не то «высшего разума», не то «чистого разума». А может это вообще и «третий глаз» был? Но признаков сектантской деятельности в холодильниках покойников не обнаружилось. Лебедев с тоской вспомнил свои продуктовые запасы и с грустью посмотрел вдаль. За четыре года свободного полета он так и не научился готовить. Да и некогда вроде. Он убирается-то дома раз в месяц!

Вечером того же дня к Игорю пришел Иванов. Хозяин пригласил гостя на кухню и предложил ему еды в виде макарон и сосисок. Пока еда грелась, Лебедев рассказал следователю все, что ему удалось узнать за последние два дня.

– Плохо все это, – констатировал Иванов. – Очень плохо.

– Слушай, я тебя столько времени знаю, – сказал вдруг Игорь. – Как тебя можно называть, кроме фамилии?

– Сергей. Так и мое ухо не будет коробить неправильное произношение, – Иванов заулыбался, – и тебе привычнее будет.

– А почему плохо? – Лебедев поставил перед гостем тарелку с ужином. – Может это секта орудует?

– Не ходили они в секту. Их едва ли вообще верующими можно назвать. Атеисты-рационалисты. Хотя обычно с такими ничего не случается. Их главная защита – неверие. Но в любой защите можно найти брешь, – Сергей усмехнулся. – И, похоже, кто-то это сделал.

– У тебя есть предположения, кто бы это мог быть?

– Есть, – Иванов серьезно посмотрел на Лебедева. – Нужна эксгумация.

– Эксгумация? – переспросил патологоанатом. – Кого?

– Лапкиной Дарьи.

– Основание? На эксгумацию нужно разрешение прокурора и СЭС. А без основания нам ничего не дадут. Полиции эта процедура не нужна. А родственников, очевидно, все устраивает.

– Игорь, – Иванов рассмеялся. – Мой отец – князь Янь! Я любую бумажку могу принести.

– Это-то хорошо, – Лебедев вспомнил, как они на пару с Ивановым правили отчеты июньской экспедиции. – Но тебе судмедэксперт понадобится и родственники. Если по бумажкам все делать. Положим, что судмедэксперт у тебя есть. А вот родственников умершей ты как принудишь? Да и стоит ли через десять лет тревожить старую рану? Негуманно это как-то.

– Значит, сделаем незаконную эксгумацию. Делов-то! – Иванов махнул рукой. – Ты же со мной?

– Надеюсь, что меня потом не уволят.

– Да мы сделаем все так, что нас ни одна живая душа не заметит! И неживая – тоже.

– Ладно, идет, – согласился Игорь.

– Тогда завтра ночью. Мне приготовиться к этому надо.

Мужчины поели, а после Иванов отправился в свое ведомство, а Лебедев пошел в магазин за сигаретами. Время было около восьми вечера, но уже стемнело. Людей на улице было немного, хотя иной раз одинокий путник возвращался с работы домой или шел по своим делам. Около подъездом стояли группы молодых людей и весело о чем-то общались. Рядом с лавочкой на детской площадке стояла девушка. Игорь прошел мимо, а потом резко обернулся. Девушки уже не было.

– Наверное, показалось, – пробурчал себе под нос мужчина. Девушку трудно было разглядеть, но она показалась ему смутно знакомой.

Когда Игорь дошел до магазина, у него зазвонил телефон. Это оказалась Васнецова.

– Игорь Александрович, – ее голос был несколько взволнован, – я вас не отвлекаю?

– Нет, – ответил Лебедев. – А что такое?

– Игорь Александрович, не сочтите меня сумасшедшей, но я только вот видела Женю с какой-то девушкой.

– И что?

– Да Женя как-то нехорошо выглядел. А эта девушка из описания Иванова. Ну, во всяком случае, похожа.

– Ты с ними разговаривала?

– Да, конечно. А иначе откуда бы я взяла, что Женек неважно выглядит?

– А когда это было?

– Да полчаса назад.

– У меня тут тоже странность вышла.

– А вы сейчас где?

– Около магазина.

– Я сейчас прибегу.

– Давай. Жду тебя, – в другой раз Лебедев не стал бы звать Васнецову, но в этот раз ему было как-то не по себе, и он захотел пообщаться с кем-нибудь позитивным. Инка на роль позитивного собеседника как нельзя лучше подходила.

Девушка прибежала через десять минут. На ней уже не было макияжа, а одета она была в джинсы, кроссовки и толстовку.

– Так что там с твоим Женей? – спросил Игорь, открывая перед Инной дверь в магазин.

– Да как объяснить вам? – Инна закусила губу и посмотрела на своего научника. – Похудел он, что ли? Вчера видела его в универе, нормальный был. А сегодня он словно уменьшился в размерах. А глаза горят, как у ненормального.

– Похудел за день? – Игорь удивился. – А ты спросила, как девушку зовут?

– Даша, – тихо ответила Инна. – Я ее особо не разглядывала. Это неприлично. Может быть и ничего страшного нет. И это просто совпадение. Но вдруг они решат, что я просто ревную? А это совсем не так.

– Даша, – проговорил Игорь и задумчиво посмотрел на Васнецову, а та, хлопая глазами, смотрела на него, открыв рот.

– Молодые люди, – женщина, выходившая из магазина, вывела их из состояния задумчивости, – не стойте в проходе.

– Ой, извините, – Лебедев освободил проход. – Пошли в магазин, что ли? – спросил он у Васнецовой. Та кивнула. – Будешь что-нибудь?

– Да нет, - отмахнулась Инна. – Я не рассчитывала на покупки.

– Я угощаю, раз уж мы опять в магазине встретились.

– Игорь Александрович! – с укором воскликнула Васнецова.

– Пошли печений к чаю возьмем.

– Хорошо, - она воздохнула и поплелась вслед за своим научником.

Когда они вышли из магазина, Лебедев рассказал Васнецовой о том, как он увидел похожую на описанную Ивановым девушку.

– Дела-а-а, – потянула Инна.

– Мне даже не по себе стало, – честно признался Игорь. – Страшно как-то. Вот она была несколько секунд назад, а потом в воздухе растворилась. Как будто не было никого.

– Может, Иванова позовем?

– А толк-то? Завтра мы с ним все равно встречаемся. Будем делать эксгумации. Лапкиной.

– Ой, а можно я с вами?

Игорь проклял себя за длинный язык. Пока грелся чайник, он пытался убедить Васнецову, что это опасно, что девушке ночью на кладбище нечего делать. Но Инна не поддавалась ни в какую, и Игорю пришлось сдаться и пообещать взять ее с собой. Сидели за чаем они недолго, и уже в пол-одиннадцатого ночи Инна была дома. Игорь проводил ее и вернулся домой без приключений.

Следующей ночью Лебедев, Васнецова и Иванов отправились на кладбище. Иванов организовал все так, что около них никто не проходил, не пробегал и не пролетал. Его подчиненные довольно быстро раскопали могилу. Лопата, наткнувшись на дерево гроба, издала тупой звук, и Иванов жестом приказал рабочим разойтись. Следователь что-то прошептал и поднял руку ладонью вверх. Гроб стал медленно подниматься в неверном свете луны. Васнецова от страха неосознанно вцепилась в предплечье Лебедева. Иванов опустил гроб на землю. Служащие сразу же кинулись его открывать. Лишь только тяжелая крышка была снята и поставлена наземь, как все разом кинулись посмотреть внутрь. А гроб был пуст…

– Дьявол! – Иванов выругался и стиснул зубы. – Так я и думал!

– Гроб пустой? – испуганно спросила Инна. Лебедев молчал, открыв от удивления рот.

– Что ты думал? – наконец выдавил из себя Игорь, отойдя от первоначального удивления.

– Думал, что она стала бесовкой, – Иванов тяжело вздохнул и привалился спиной к памятнику. – Закрывайте и закапывайте, – повелел он своим рабочим. – И сделайте все так, чтобы никто не догадался о том, что мы тут были. Мао!