Страница 84 из 140
— Пусть кто-нибудь сунется сюда! — хвастливо заявил Биб. — Миссионеры были предусмотрительны.
— Да, миссия — настоящая крепость, — согласилась Мэй.
Она стояла, погруженная в задумчивость.
— Вы никогда не замечали: самые интересные открытия делаются нами неожиданно, — проговорила она. — И… как бы это сказать… по интуиции.
— О, интуиция для агента все, — согласился Биб. — Мы должны с первого взгляда определять человека. Вот, например, я сразу разгадал повариху Анну.
— Опасный враг! — сказал Кароль.
Мэй не спеша закурила и, прищурившись, оглядела агентов.
— Больше вы никого не приметили?
— А что? — Биб замер с удивлённо открытым ртом.
— Так, ничего… — неопределённо ответила Мэй. — Я приготовила вам маленький сюрприз.
— Мы сгораем от любопытства.
— Дичь слишком неожиданна и интересна. Я покажу её вам, когда капкан захлопнется.
— О, мисс Ада, я легко представляю себе, как это замечательно! Мы уже знаем, на что вы способны, — улыбнулся Биб.
— Вот как?!
— О да, мы слышали о вашем поединке с красной парашютисткой.
— Скоро я начну действовать, следите за мной, — продолжая неторопливо пускать дым, сказала Мэй. — Это может оказаться для вас интересным.
— Мы уже видим: высшая школа!
— Сегодня мой капкан не будет пустовать.
— И, судя по охотнику, дичь будет крупной, — угодливо улыбнулся Биб.
— Вот что, — вдруг насупившись, сказала Мэй, — я вас все же попрошу перед приездом высоких гостей проверить окрестности дачи. Сейчас же, сию же минуту…
Оба агента нехотя вышли.
Мэй опустилась в кресло и, уперев локти в подлокотники, сцепила пальцы. Её подбородок лёг на руки. Она глубоко задумалась и долго сидела не шевелясь. Бесшумно поднялась и, неслышно ступая, вышла в кухню. От яркого света лампы, отбрасываемого сверкающим кафелем стен, она зажмурилась.
У Дэ с удивлением смотрела на неожиданную гостью.
— Здравствуйте, тётушка У Дэ, — сказала Мэй.
— Говорят, нанялись к нам, — с обычной для неё суровостью буркнула в ответ У Дэ. — Поздравить вас не могу. Если бы сын не служил здесь, никакая нужда не загнала бы меня сюда.
— А я думала, вы верующая католичка.
— О, это очень давно прошло.
— Вы очень бледны, наверно устали, — сочувственно проговорила Мэй.
— Голова болит. Временами кажется, будто их у меня две. И сердце… вот.
У Дэ взяла руку Мэй и приложила к своей груди.
Мэй прислушалась к биению её сердца.
— У меня есть для вас лекарство, — сказала она.
— Ах, лекарства! — У Дэ отчаянно отмахнулась. — Все перепробовала.
— Я вам кое-что дам. Я сама слишком хорошо знаю, что значит больное сердце, хоть я и врач.
— В ваши-то годы — сердце?
— Разве жизнь измеряется календарём? — Мэй вздохнула. — На мою долю выпало достаточно, чтобы износить два сердца… — И вдруг, потянув носом, как ни в чём не бывало: — На ужин что-то вкусненькое?
У Дэ сочувственно покачала головой. Её проворные руки освободили угол кухонного стола; появился прибор.
— Теперь я могу вам признаться, — весело сказала Мэй, — что не ела уже два дня… Сейчас я принесу вам лекарство…
— Спасибо, но я думаю, что вылечить меня может только…
Мэй вышла. В столовой она застала Ма. Радостное выражение её лица поразило Мэй.
— У вас праздничный вид.
— Ваш приезд — большая радость.
— Чувствуете себя бодрей?
— Я чувствую себя такою сильной, что, кажется, способна…
Мэй тихонько рассмеялась:
— А янки так уверены в вас.
— Это очень хорошо.
— Вы храбрая женщина. Не боитесь, что могут дознаться?
Ма пожала плечами.
Лицо Мэй стало серьёзным.
— Слушайте внимательно… В ваших рядах опасный человек.
Ма отпрянула.
— Он может провалить всю организацию, — продолжала Мэй и увидала, как побледнела Ма.
— Назовите мне его, — с трудом проговорила китаянка. — Я найду средства…
— Анна, У Дэ…
— Нет! — Ма закрыла лицо руками. — Нет, нет, нет… этого не может быть!..
— По-вашему, я не знаю, что говорю?
— Вы могли ошибиться…
— В данном случае лучше совершить ошибку, которую вы приписываете мне, нежели ту, которую, быть может, совершаете вы, отстаивая провокатора. А если провал произойдёт? Если из-за вашей слепоты, продиктованной личными мотивами, — вы же не станете отрицать, что в ваших соображениях больше личного, чем…
По мере того как Мэй говорила, голова Ма опускалась все ниже. Она молчала.
— Примите приказ, — сухо закончила Мэй: — убрать её.
Прошло несколько мгновений, прежде чем взгляд Ма приобрёл осмысленное выражение. Она провела рукой по лицу, и рука бессильно упала. Ма с трудом выговорила:
— Хорошо…
Но тут Мэй неожиданно сказала:
— Нет… Я сделаю это сама, — и быстро вышла из комнаты.
Ма с трудом дотащилась до выключателя, погасила свет и долго сидела в темноте. Голова её кружилась от сбивчивых мыслей. Все было так сложно и странно… Штаб ошибается?.. Нет, в их деле лучше ошибиться в эту сторону, чем из жалости пощадить подозреваемого в измене и навлечь гибель на всех товарищей, на все дело.
Тихонько отворилась дверь, луч света упал поперёк комнаты. Ма не шевельнулась. В комнату вошла Мэй. Она на цыпочках приблизилась к телефону и после некоторого раздумья, как если бы силилась что-то вспомнить, прикрывая рот рукой, неуверенно сказала в трубку:
— Дайте коммутатор американской миссии… Дайте сто седьмой… О, это вы, капитан?!. — проговорила она с видимым облегчением. — А я боялась, что перепутала все номера… Нет, нет, разумеется, все было мне дано верно. Но согласитесь, что приключение с парашютисткой могло произвести некоторую путаницу и не в слабой женской голове… Да, все в порядке… Категорически прошу: теперь же оцепите миссию. Никто ни под каким предлогом не должен сюда проникнуть. Отмените все пропуска. Слышите: все пропуска! — Мэй оглянулась на дверь. — Подождите у аппарата. — Она положила трубку, одним прыжком оказалась у двери и быстро её отворила. Там никого не было. То же самое она проделала и с другой дверью с тем же результатом. Вернулась к телефону. — Слушаете?.. Нет, нет, это так — маленькая проверка. Нет. Мне никого не нужно. Довольно Биба и Кароля. Просто удивительно, где вы берете таких дураков… Да, больше ничего…