Страница 87 из 94
За эту статью «Лефт.Ру» шельмует автора. И опять тот же прием! «Лефт.Ру» игнорирует содержание! Сознательно уводит от обсуждения содержания. Вместо ответа на вопрос: «ЧТО написано?» (обязательного слагаемого любого расследования) – все обсуждение привычным образом сводится к тому, КТО автор этой статьи («ху из мистер Конторер?») и В ЧЕМ ЕГО МОТИВ?
Зафиксировать провокативный увод от содержания необходимо, но недостаточно. Нужно, увы, проанализировать качество осуществляемой провокации.
Начинаешь анализировать – и впадаешь в уныние. А ну как и впрямь – «из пушек по воробьям»?
Статья Петрова и Штольца просто кишит неприличными ошибками. Так, авторы называют газету, в которой публикуется Конторер, «Версией» (видимо, по аналогии с известным московским еженедельником). На самом деле она, как уже сказано, называется «Вести».
Если источник ошибки – «воробьиность» (малогабаритность маргинального сайта), то и обсуждать нечего. Но есть еще один такой профессионально-провокационный прием – склейка. Это когда на основе ошибки делаются далеко идущие выводы. Потом об ошибках забывают, а выводы начинают жить самостоятельной жизнью.
Так вот, в статье Петрова и Штольца не только путают «Вести» с «Версией». Там еще и обсуждают некоторые публикации в московском еженедельнике «Версия», относящиеся к периоду 1999-2000 гг. В результате в голове читателя не может не возникнуть содержательной мешанины, то бишь винегрета, в котором смешиваются московская «Версия» и израильские «Вести», и ему явно предлагают «хавать» все вместе, как одно целое.
Петров и Штольц называют газету Конторера «Версией» прямо на первой странице своей статьи. Цитата – «в русскоязычной израильской газете «Версия» от 26 января этого года». Приглядимся к тому, как выглядит здание, выстроенное на этом фарсовом основании (рис.55).
А если эту версию нельзя отмести, то приходится продолжить чтение странного изыскания. Что тогда выясняется?
Что вначале в оборот, кроме израильской газеты с «перепутанным» названием («Версия» вместо «Вести»), вводится еще и газета с названием «Версия» (наша, а не израильская).
Что потом начинается игра, при которой вместо двух «Версий» читатель как бы должен увидеть одну.
А далее... Далее этой двуединой «Версией» начинают оперировать. Причем очень активно. И по всем правилам «склейки». Московский «Версии» приписывается «служебный замысел», вытекающий из некоей ее «привязки». На основе ложного сходства названий этот недоказанный замысел экстраполируется на израильские «Вести» (они же «Версия») и на Конторера с его статьей. Это что такое? «Ляп» или «склейка»? (рис.56).
Когда налицо столько провокативных приемов, используемых в определенной логике, один за другим, то как я должен ответить на вопрос: «Маргиналы или провокаторы?» Пока только одним-единственным образом: «Не знаю».
Я не знаю, что это за сайт. Я не знаю, кто эти люди. Я только вижу, как они работают. Я не занимаюсь их личностями. Я не занимаюсь их мотивациями. Я не занимаюсь их бэкграундом и их связями. Если я этим займусь, то как следует. Но пока что у меня нет для этого достаточных оснований. Но, в любом случае, я начинаю с содержания, а не с мотивов и бэкграунда. Я верифицирую качество содержания. А по поводу всего остального говорю: «Не знаю, не знаю».
Но я знаю другое. Я знаю точно, зачем я живу в Москве и России (городе и стране, имеющих на сегодня весьма специфическое социокультурное качество). И я знаю точно, зачем я веду клубы, пишу статьи. И я знаю точно, зачем я вообще существую. А также знаю точно, что без этого знания того, зачем я существую, я НЕ существую.
Так вот, Я ДЕЛАЮ ВСЕ ЭТО ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ВСЕ ЗНАЛИ: МОСКВА И РОССИЯ – ЭТО ЕЩЕ НЕ АФРИКА. Я ДЕЛАЮ ЭТО В ПИКУ ГОСПОЖЕ ТЭТЧЕР, НАЗВАВШЕЙ СССР «ВЕРХНЕЙ ВОЛЬТОЙ С РАКЕТАМИ». И, ВИДИМО, СЧИТАЮЩЕЙ, ЧТО РОССИЯ – ЭТО УЖЕ ДАЖЕ НЕ ВЕРХНЯЯ ВОЛЬТА, А СОВСЕМ ДРЕМУЧИЙ РАЙОН ЦЕНТРАЛЬНОЙ АФРИКИ, НАСЕЛЕННЫЙ ПИГМЕЯМИ.
Я понимаю, что это мнение не является эксклюзивным мнением госпожи Тэтчер. Что, увы, есть основания для подобной оценки. Но я не допущу, чтобы эти частичные основания выдавались за нечто окончательное, тотальное, монолитное.
Россия брошена в регресс. То есть в деградацию, включающую в качестве компонента и деинтеллектуализацию весьма высокоинтеллектуальной страны, являющейся по совместительству еще и моей горячо любимой Родиной. В регресс ее бросили не без участия иностранцев, подобных Тэтчер. Хотя к этому участию все сводить никак не стоит. Это и неверно, и унизительно.
Итак, имеет место регресс. А значит, экспансия Верхней Вольты или Центральной Африки, как нормы мышления в регрессирующей стране, не может не иметь места. Но есть регресс – и есть контррегресс. Конкретно – эта экспансия деинтелллектуализации (то бишь примитива) не пройдет через границу (географическую, социальную, культурную), которая очерчивает, например, мое начинание. Мой аналитический Центр. Мой Клуб. Союз поверивших мне интеллектуалов.
Здесь не пройдет вся эта субкультура с подменой анализа содержания псевдоанализом личностей, мотиваций, бэкграундов. Здесь не пройдет продажа всего этого под вывеской высокого интеллектуализма. Здесь не пройдет субкультура «ляпов», переходящих в «склейки». И главное – здесь не пройдет субкультура «рагу без кролика». Когда содержания нет и его отсутствие пытаются подменить такими дурнопахнущими приправами.
Этому всему будет дан интеллектуальный отпор. В нынешней российской ситуации – совпадающий с отпором моральным, культурным, духовным, каким угодно еще. Такой отпор – это война. Причем не с какими-то фигурантами, обижающими других фигурантов. Это война против аналитической антикультуры за аналитическую культуру.
Мне пока все равно, кто и как будет использовать высокую аналитическую культуру, если она возникнет. Мне важно остановить если не регресс вообще (моя оценка российского «всего» на сегодня), то хотя бы регресс в тех областях, к которым я имею прямое профессиональное отношение. То есть регресс в сфере аналитики, научной мысли, культуры, наконец («last, but not least»).
Мне важно не то, что какие-то там мне незнакомые фигуранты воюют со знакомыми (по семинарам, дискуссиям et cetera). Мне важно, что эти незнакомые фигуранты действуют неряшливо, как распоясавшиеся хозяева, презирающие тех, к кому они апеллируют. Если так будут действовать знакомые фигуранты, я их остановлю еще жестче. И я неоднократно это делал. Семинары, которые я организую, не секты. Участниками семинаров не могут быть представители групп, выражающих некие повеления. Участниками семинаров могут быть только независимые личности, находящиеся в поиске. И понимающие, что их личностный поиск для них уже немыслим вне этих семинаров.
Это вовсе не значит, что у данных участников нет своих мировоззрений, контекстов, референтных групп, гражданских и корпоративных интересов. Все это вызывало и вызывает у меня те или иные оценки. И эти оценки отнюдь не всегда комплиментарны.
Я, например, никогда не соглашусь ни с какой раскачкой никаких национально-территориальных притязаний со стороны так называемых «малых народов России». Я выступал против сепаратистских тенденций при развале СССР. И не делал разницы между армянскими и азербайджанскими сепаратистами, а также любыми другими. Для меня также одним миром мазаны все другие сепаратисты – если они хотят развалить РФ. Носят ли их раскачки буквально сепаратистский характер или характер перетягивания одеяла на себя, в принципе, неважно.
Тут одно из двух. Либо отстаивание своих сомнительных возможностей в отделяющихся княжествах. Либо борьба за Москву, за великую страну, ее место в мире и свое место в великой многонациональной державе. Княжества будут очень быстро превращены в вымирающие колониальные анклавы. Можно присмотреться к существующим кавказским реалиям. Пока та или иная ныне независимая кавказская республика (по сути, феодальное княжество) нужна для действий против России – с ней еще как-то считаются. А потом?