Страница 45 из 50
ЙОКО: У вас появляется «проблема», не так ли?
СТУДЕНТ: Намного больше, чем в десятую дюйма!
ЙОКО: Больше, чем в десятую дюйма! Правильно!
СТУДЕНТ: Различие, возможно, кроется в осознании ответственности, которая на мне лежит.
ЙОКО: Всегда ли вы понимаете, что это такое?
СТУДЕНТ: Нет!
ЙОКО: Вы понимаете, что создает различие в одну десятую дюйма? Неспособность видеть. На всех нас лежит ответственность и обязательства, но мы путаемся в них и превращаем в проблемы. Какие наши действия создают различие в одну десятую дюйма?
СТУДЕНТ: Мы хотим что-нибудь получить.
ЙОКО: Да.
СТУДЕНТ: Раздумываем, нужно ли что-нибудь отдать.
ЙОКО: По-настоящему мы можем отдать только тогда, когда нам не нужно ничего взамен. Правильно? Я хочу. Я хочу. Я хочу. Я хочу. Простое понимание того, что я хочу видеть свою жизнь такой, какой хочу и никакой другой, является большой помощью в осознании десятой дюйма различия. Мы все хотим, чтобы жизнь развивалась по плану, была удобной, приятной. Что еще? Полной надежд на будущее? Будущего нет! «Это будет прекрасным днем». Кто знает?
СТУДЕНТ: Для меня это подчинение. Если я смогу подчиняться всему, что происходит, то никогда не набью шишек.
ЙОКО: Прекрасно, когда мы можем подчиняться по-настоящему. Однако кто идет по пути подчинения? Я. и из чего я состою?
СТУДЕНТ: из раздражения. Я хочу, чтобы все было по-другому! Я не на это рассчитывал.
ЙОКО: Правильно, все это мысли. Если мы сможем увидеть в них мысли, то будем в состоянии вернуться к тому, что необходимо сделать.
СТУДЕНТ: Если видишь проблему, нужно ли привлекать волю для ее разрешения?
ЙОКО: Я только что рассказала о различии между проблемами и решениями. Если вы посмотрите на проблему, как на самого себя, не как на нечто, требующее разрешения, то сможете спросить: «Что здесь происходит?» То, что происходит, – это обычно гнев, страх, мысли. Чем ближе вы будете знакомы с ними и сопровождающим их физическим напряжением, тем очевиднее станет решение. Я не пытаюсь призывать к безволию в принятии решений. Однако решение должно быть очевидным, как в примере с Матерью Терезой.
СТУДЕНТ: Это лекарство?
ЙОКО: Лекарство? Лекарств нет. Но в то мгновение, когда вы обнимаете жизнь, причем делаете это самостоятельно, вы начинаете видеть, что происходит. В этот момент исчезает десятая дюйма. Понимаете? Проблема во мне. Она больше не пугает. Терпеливое сидение позволяет все лучше и лучше видеть, что делать. Это вовсе не мастерство. Мы знаем, когда менять ход вещей, когда нет. Как говорится, мы приобретаем способность принимать то, что изменить не в силах, смелость, чтобы изменить то, что необходимо, и мудрость, чтобы понять разницу.
СТУДЕНТ: Что заставляет нас делать то, что необходимо?
ЙОКО: Если мы знаем себя, то всегда хотим делать то, что необходимо. «Как человек понимает свое сердце, так он и живет». Не только живет, но и действует.
ПОВОРОТНАЯ ТОЧКА
Мы хотим жить свободной и полноценной человеческой жизнью. А полноценная человеческая жизнь ни к чему не привязана: ни к практике, ни к учителю, ни к Истине. Если мы привязаны к Истине, мы не можем ее видеть.
В телевизионных новостях я видела историю об одном человеке, который собирал автомобильные запчасти. Он не знал, для чего они предназначены, ему просто нравилось складывать их вместе, загадочность делала его занятие еще привлекательнее. В течение десяти лет он собрал десять тысяч больших и маленьких запчастей. Когда человек закончил работу, получился сверкающий, новый и прекрасный «Model-T Ford». К несчастью (наверное, у него не было жены), он собрал свой автомобиль прямо в собственной гостиной. Поэтому, после некоторого раздумья, бедняга сломал стену гостиной и выкатил «Model-T» на крыльцо (заметное продвижение). Крыльцо располагалось на уровне четырех футов над землей, поэтому человеку пришлось соорудить скат во двор. Наконец, он спустил автомобиль вниз, во двор и на улицу, и «Model-T» стал настоящим полноценным автомобилем.
Эта прекрасная история очень похожа на то, что мы делаем с нашей жизнью. Мы создаем странное творение и называем его «мною». К сожалению, мы делаем это не очень умело. Закончив постройку, мы обнаруживаем, что оказались в заключении, над нами нависают стены. Наше «я» может выглядеть хорошо, даже впечатляюще, но все-таки оно давит на нас.
Мы оказываемся перед критическим выбором: существует два пути, по которым можно пойти, почувствовав ограниченность и беспокойство собственного «я». Первый путь – создать иллюзию того, что наш дом создан для «Model-T». Мы можем декорировать стены, сооружать ширмы с зеркалами, изображая видимость свободы и простора. Другой путь – осознание того, что это скованное, ограниченное «я» должно быть выведено из дома туда, где больше света и воздуха.
В этот момент (когда мы начинаем испытывать «Model-T» – то «я», которое построили) и начинается настоящая практика. Мы больше не надеемся зафиксировать наше окружение. Мы выводим «Model-T» наружу, мы хотим испытать его. Конечно, это не окончательная стадия. На финальной стадии человек не испытывает и не анализирует свое «я». На финальной стадии мы выводим его на улицу, где оно может полноценно функционировать.
Первое, что принуждает нас к переменам, – боль, которую приносят ограничивающие стены. Мы знаем, что должны что-то сделать со стенами. Важный шаг – вытолкнуть «Model-T» на порог, где можно увидеть немного больше света, пространства и перспективы. Это критическая поворотная точка для практики. Что нужно делать, чтобы ее достичь?
Давайте рассмотрим идею «самоотречения». Часто кажется, что, чтобы начать новую жизнь, необходимо отречься от старой. Что мы считаем отречением? Мы можем отречься от материального, ментального или эмоционального мира, в нашем их понимании.
Многие традиции поощряют отказ от материального благосостояния. Монахи обычно имеют лишь маленькую коробку, наполненную всем необходимым. Самоотречение ли это? Я бы сказала» что нет, хотя это полезная практика. Если без десерта мы считаем свой ужин неполным, то можем отказаться от десерта, надеясь, что это чему-нибудь научит. Хотя и это хорошая практика.
Затем мы можем посчитать ненормальным все, что происходит с эмоциями и мыслями. «Я должен отречься от всего этого. Я должен суметь это отбросить. Думать и чувствовать так, как я, нехорошо». Но и это не самоотречение. Это обыгрывание понятий «плохо» и «хорошо».
Некоторые делают последнее усилие. Запутавшись и разочаровавшись в повседневной жизни, мы приходим к заключению: «Я должен идти к Осознанию. Я должен жить исключительно духовной жизнью и отречься от всего остального». Очень хорошо, если мы понимаем, что это значит. Но если мы неверно интерпретируем отречение, то в царство так называемой духовной практики прокрадываются коварные мысли: «Я должен быть чистым, святым, должен отличаться от остальных… возможно, жить в отдалении, в спокойной обстановке». Все это не имеет ничего общего с самоотречением.
Что же такое самоотречение? Существует ли оно? Пожалуй, лучше всего этот вопрос может проясниться после рассмотрения другого слова – «непривязанность». Мы часто полагаем, что если удастся манипулировать поверхностными событиями жизни, пытаясь изменить их, беспокоясь о них, то мы поймем суть «самоотречения». В действительности, не нужно ни от чего «отрекаться». Необходимо понять, что истинное самоотречение – это непривязанность.
Процесс практики заключается не в удалении привязанностей, а в приобретении способности видеть сквозь них. Мы можем иметь большой финансовый капитал и не быть к нему привязанными. В то же время, мы можем быть сильно привязаны к тому, что у нас ничего нет. Обычно люди, которые видят сквозь природу привязанности, склонны к скромности, но это не обязательно. Многие практики увязают в области отношений с нашим окружением и разумом. «Мой разум должен быть спокоен». Разум ни при чем, смысл имеет лишь непривязанность к его активности. Эмоции вредны только тогда, когда доминируют над нами (т. е. когда мы к ним привязаны). В этом случае они становятся причиной дисгармонии. Первая задача практики – увидеть, что мы привязаны. Практикуя содержательный и терпеливый дзадзен, мы начинаем понимать, что состоим из одних лишь привязанностей. Они правят нашей жизнью.