Страница 46 из 81
Королева снова опустилась в кресло, положила ноги на скамеечку, глубоко вздыхая.
- Ваше величество, - недоуменно протянул старый лорд, - а если люди советника найдут девчонку первыми?
- У меня достаточно денег, чтобы купить даже самого верного из его воинов.
- И все же, это очень рискованно. Что будет, если леди Джина окажется у Райта?
Хитрые глаза Генриетты блеснули из-под ресниц.
- Вы, мой дорогой друг, - вымолвила она, - должны быть готовы чем-то пожертвовать. Ваша любовь к сыну мне понятна, но ваша любовь к государству – это ваш наиважнейших долг.
- Ваше величество, вы же не бросите Атера?
- Вы даже не представляете, как больно мне будет потерять его. Мы были близкими друзьями, - отозвалась она, избегая слова «любовники», - но я в первую очередь королева, и я должна заботиться об интересах королевства. Но, светлейший лорд, жизнь вашего сына в ваших руках. Проявите рвение в поисках девчонки из Хоупса, и у нас появится шанс.
Генриетта потянулась к колокольчику, призывая камеристку и первую фрейлину.
- Да, ваше величество, - бесцветно отозвался старый лорд.
Любовь сиятельных особ – губительный эликсир, который стоит пить с осторожностью.
Королева прошла в купальню в сопровождении женщин, встала на невысокий деревянный помост, привычным движением расставив руки и дожидаясь, когда снимут все облачения. Взгляд ее оставался холодным, вдумчивым, усталым. Она, конечно, не сказала лорду де Хогу и половину правды. Епископ хотел убить ее сына, и это желание было продиктовано самим понтификом. Убийство Мотинье отличный повод вторгнуться в Хегей, чтобы разделаться с Эдмундом и посадить на трон своего ставленника. Только ведь не знают глупцы насколько плодовит был ее муж, понаделавших бастардов почти каждой своей шлюхе.
Генриетта оглядела себя в зеркало – молочная кожа, стройные длинные ноги, подтянутое тело. Неужели она больше не ощутит прикосновений юного Атера? Королева, обреченная на одиночество… Муж давно охладел к ней, предпочитая общество второсортных девиц. Она была вынуждена бороться за себя, за сына и за власть, ради которой она терпела старого извращенца двадцать семь лет.
Двери в купальню были открыты, у покоев королевы дежурил стражник. А к стенам дворца уже стекались воины, готовые в любой момент присягнуть Эдмунду. Последние вздохи короля будут ознаменоваться смехом ее торжества.
- Да будет так, - усмехнулась королева, опускаясь в горячую воду.
***
- Им не выйти за пределы столицы, ваше сиятельство, а здесь мы их точно найдем.
Деш Кайетан, капитан отряда городской стражи, впервые принимал у себя в доме человека, молва о котором вышла далеко за пределы Хегейского королевства. Теперь этот великан, лорд Райт Берингер, восседал за столом, грозно сдвинув брови и внимательно слушая Кайетана. На суровом лице застыла маска напряженного раздумья.
- Где их видели последний раз? – произнес этот мужчина довольно мягко, но Деш понимал, что за этим вопросом кроется требование, угроза, обещание расправы.
- У моста, милорд.
- Почему не остановили?
В комнате находился лорд Тесор, начальник стражи, но он молчал, опустив взгляд долу. Конечно, он и его люди, стоящие в дверях, понимали: спокойствие Берингера – лишь видимость.
- Не было оснований, ваше сиятельство.
Взгляд – ох, дьявол – взгляд темных, как омут, зорких цепких глаз вспорол пространство. Деш Кайетан, прошедший войну и видавший ни одного дикаря, вздрогнул.
- Не было оснований? – все еще мягко проговорил советник. – Кровь на ее руке? Платье благородной дамы? И этот ублюдок, который, как мне кажется, не похож на знатного джентльмена? Это все не показалось странным вашим солдатам, капитан?
- Было слишком темно…
Лорд Берингер вскинул руку, прерывая поток оправданий, готовых сорваться с губ Кайетана.
- Перевернуть все вверх дном, - холодно, властно, резко произнес Райт, - достать мне этого сукиного сына из самой преисподней.
- Да, милорд.
- Утром я хочу собственноручно вырвать из груди его сердце. И если я его не увижу, я вырву ваше, капитан. Даю слово.
Деш громко сглотнул, исполняя поклон. Сомнений в том, что советник сдержит слово, не было, посему капитана ждала бессонная ночь.
- Тесор, - мирно сказал Берингер, когда за Кайетанам захлопнулась дверь. – Я искренне надеюсь, что ее найдут. Приказ оберегать эту женщину я давал тебе. Понимаешь, что это значит?
- Да, милорд.
- Возвращайся во дворец.
- А вы? Вы должны отбыть в Лауртан.
- Только, когда найду ее.
- На кону стоит…
- Я знаю. – Резко отчеканил Райт, - и я приказал тебе вернуться во дворец. Все остальное – не твое дело.
Тесор потянулся к ручке, но сжал пальцы в кулак и обернулся:
- Ваше сиятельство, позвольте сказать: вы не имеете права рисковать всем из-за собственных интересов.
Райт не разозлился, лишь вяло усмехнулся.
- Послушай меня, - вымолвил он, скрещивая на груди руки и откидываясь на спинку стула, - из-за собственных интересов не буду, обещаю. Но ради этой девчонки я заставлю вас всех рыть землю, понятно.
- Вы потеряете Хегей.
- Ни в этой жизни.
***
Сто пятьдесят восемь, сто пятьдесят девять…
Скрип половиц – я вздрагиваю, приподнимаюсь, напряженно вслушиваясь в каждый шорох, затем опускаюсь на постель, снова глядя в окошко моей комнатушки.
«Хочешь уснуть – сосчитай звезды на небе, - говорила моя старая нянюшка». А спать надо, без сна я не смогу убежать. Правда, отчаяние не давало мне сомкнуть глаз. Что, если мои похитители посчитают, что я нужнее им мертвой, чем живой?