Страница 86 из 92
Когда же наконец вертолет замер и пошел на снижение, его шасси коснулось земли, а мотор нехотя чихнул пару раз и умолк, мистер Дигл потерял всякую ориентировку и вряд ли смог ответить, на территории какого округа закончился их вояж. Его последним ориентиром была узкая полоса воды на горизонте, что могло быть с равным успехом как Атлантическим океаном, так и более чем сорокамильной протяженности водной гладью озера Окичоби, ведь он не сверял их маршрут с компасом и уж в любом случае не мог сказать, сколько раз они меняли курс. Но граф, очевидно, прекрасно ориентировался в обстановке, и, когда лопасти винта замерли, мистер Дигл первым делом поинтересовался:
— Похоже, вы знаете, как обращаться с этой скорлупой, граф.
— К счастью для нас, — пробормотал Святой, расстегивая ремни безопасности и выбираясь из кабины. — Ведь если со мной что-нибудь случится, от этой машины для вас будет не больше проку, чем от трехколесного велосипеда, не так ли?
— Ничего не попишешь, — ухмыльнулся мистер Дигл.
— А как вы думаете, каковы ваши шансы выбраться отсюда пешком?
Торговец недвижимостью неуверенно осмотрелся. Они приземлились на берегу небольшого озера, одного из разбросанных в изобилии то тут, то там, как можно было заметить с борта вертолета. Под ногами была твердая почва, у берега озера — густые заросли тростника, который с воздуха можно было принять за поросшую травой землю. Все остальное пространство покрыто изумрудной травой, изредка прерывавшейся то полоской камыша, то островками карликовых пальм или одиноко стоявшими корявыми деревцами и полусгнившими стволами погибших кипарисов. Этот пейзаж подействовал на мистера Дигла удручающе.
— Остается только утешать себя надеждой, что делать это мне не придется.
— Тогда, — спокойно заметил Святой, — вы не будете торговаться по поводу платы за обратный полет.
Мистер Дигл только рассмеялся в ответ, но не потому, что ему понравилась шутка. Просто он подумал, что это действительно придется сделать.
— Полагаю, нет. И какова же цена?
— Пока только сорок тысяч долларов.
В ответ снова раздался смех, но уже несколько вымученный.
— С вашей стороны это просто великодушно.
— Рад, что вы разделяете мое мнение. — С этими словами Святой извлек из кабины рыболовные снасти, тщательно осмотрел их, как будто от этого, как минимум, зависела его жизнь, и отправился удить рыбу к блестевшей неподалеку полоске чистой воды.
Некоторое время мистер Дигл ошарашенно наблюдал за его манипуляциями, пока не пришел к выводу, что эта довольно странная шутка не стоит того, чтобы утруждать мозги, пытаясь оценить ее юмор. Найдя свое удилище, и он отправился попытать счастья неподалеку.
Вполне вероятно, что окунь в этих девственных краях остался в своем первозданном виде, согласно теории графа Крайстмонта, но тогда природные инстинкты и повадки у него тоже остались без изменений, и окуни предпочитали кормиться на рассвете или в сумерках и проводить большую часть дня в размышлениях о смысле жизни. В любом случае, ни разнообразные приманки, ни попытки ловить дальше от берега не вызвали даже ленивой поклевки, а по мере того, как солнце поднималось над горизонтом все выше, окунь уходил на глубину и прятался в зарослях. Одновременно у мистера Дигла усилилась жажда, и он с вожделением мечтал о баночке холодного пива, ожидавшего его в небольшом холодильнике на борту вертолета.
Видимо, эта мысль пришла им в голову одновременно, так как граф уже оставил бесполезное занятие и направился к машине. Дигл поспешил присоединиться к нему.
— Это, — заметил он, облизывая пересохшие губы при виде запотевшей банки с живительной влагой, — моментально утолит любую жажду.
— Вне всякого сомнения, — поддержал его Святой, открывая жестянку с пивом.
Мистер Дигл так и не дождался того момента, когда с учтивостью, присущей представителям благородных фамилий, ему предложат утолить жажду, и потянулся за пивом сам, но он был неприятно удивлен, когда его остановил Святой.
— Не так быстро, приятель, — предупредил его Темплер. — В здешних краях этим напитком торгуют по тысяче баксов за глоток.
На лице его напарника снова появилась вымученная улыбка.
— О’кей, запишите на мой счет.
— Извините, но в кредит не торгуем. Да и цены у меня зависят от того, насколько посетитель жаждет совершить покупку.
— Вам нужно было предупредить меня заранее, тогда я захватил бы с собой наличные.
— Не стоит беспокоиться, меня вполне устроит ваш чек.
— К сожалению, я не взял с собой чековую книжку.
— Я так и думал, что это случится, и поэтому захватил ее с собой. По-моему, эта чековая книжка вашего банка, не так ли?
Мистер Дигл тупо уставился на невесть откуда появившийся образец печатной продукции с эмблемой его банка. Возможно, он хотел отделаться очередной шуткой, но слова почему-то застряли у него в горле.
Потом он энергично запротестовал.
— Честно говоря, граф, должен заметить, что мне сейчас не до шуток.
— Пора уже вернуться на грешную землю и оставить все эти титулы, Эд, — добродушно предложил Саймон, уже без привычного акцента. — Мне хотелось тебе кое-что сообщить. Во-первых, чаще всего меня называют Святым, а во-вторых, я решил уделить тебе немного своего бесценного времени, чтобы обложить небольшим налогом некоторые твои приобретения.
— Вы с ума сошли, — пробормотал мистер Дигл, и действительно, все происходящее стало напоминать ужасный кошмар. — Ну, хорошо, вы и есть тот самый Святой — известный махинатор и все такое… Теперь, когда меня похитили…
— И в мыслях ничего подобного не было, — мягко поправил его Святой. — Никакого насилия или запугивания с моей стороны. Насколько я помню, на аэродроме вы всем рассказывали, какое удовольствие доставит вам эта поездка.
— Но если вы будете удерживать меня здесь…
— Я не собираюсь вас задерживать ни здесь, ни где бы то ни было. Мне просто захотелось сообщить вам, сколько будет стоить обратная дорога. Это мое частное дело, как и у любого человека в этой свободной стране.
Сознание мистера Дигла заволокло туманом, но постепенно в нем стала выкристаллизовываться вполне рациональная мысль, рисующая его теперешнее положение:
1) этот Святой — парень предусмотрительный, и голыми руками его не возьмешь;
2) в противном случае с ним, Эдом Диглом, ничего подобного произойти не могло бы;
3) все равно, даже в идеальном, с точки зрения этого мошенника, плане должна быть какая-то зацепка, хотя в настоящий момент все доводы этого нахала звучали вполне убедительно.
— Вы от меня и цента не получите. — Дигл с трудом сдерживал ярость. — Вся эта история с графом Крайстмонтом…
— А мне и не нужны ваши центы, тем более за такую историю, — целомудренно потупился Святой. — А в том, что я пользуюсь в шутку вымышленным именем, нет ничего противозаконного.
Он снова отхлебнул из банки, облегченно вздохнул и извлек из холодильника пластиковую коробку с сандвичами.
— Извините, но мне необходимо подкрепиться, — прокомментировал свои действия Саймон. — Кстати, мои запасы достаточны, чтобы предложить вам последовать моему примеру, всего по две тысячи долларов за сандвич.
Мистер Дигл так и не смог себе объяснить, почему он, несмотря на присущий ему резкий, раздражительный характер, столь долго мог терпеть издевательства этого нахала. Наконец ему удалось прийти в себя, кулаки его автоматически сжались, а лицо побагровело.
— Я не собираюсь с вами торговаться, — прорычал он. — Вы сейчас же дадите мне сандвичи и пиво, или я это сделаю без вашей помощи.
— В данный момент вы находитесь в тени моего вертолета, — снисходительно предостерег его Святой. — За использование столь дорогостоящей техники в качестве зонтика я устанавливаю плату — сотню баксов за одну минуту. Если она вам покажется чрезмерной, а вы не желаете стоять под прямыми лучами солнца, то можете устроиться под деревом.
— Каким еще деревом? — прогремел мистер Дигл, теряя самообладание.