Страница 44 из 61
А теперь уже Евгения Матвеевна прикрыла рот ладонью, задохнувшись от изумления.
- Что вы на это скажете теперь?
- Скажу что... Видимо, Лиза планировала инициировать его через тебя. Так же как инициировала Костю.
- Господи! Как же это жестоко! – взорвалась Рита, - Так поступить со своими внуками! Со мной! За что?! Зачем?!!
Евгения Матвеевна печально улыбнулась:
- В этом была вся Лиза. Она никогда ни с кем не считалась, особенно, если полагала, что действует во благо.
- Во благо! Убить своих внуков, а меня оставить вдовой - это было во благо!!! - возмутилась Рита.
- Подожди... Если мы чего-то не понимаем, это еще ничего не значит. Согласна, она поступила жестоко, но я знаю... помню... Она хотела всех спасти. И сказала, что ей удалось... - бабушка замолчала, покачивая головой в такт своим мыслям, потом, словно очнулась, - Ты говорила, видела Костю? Он что-нибудь говорил?
- Он говорил, что нужна моя помощь. И чтобы я не винила себя, что так и должно было... Я ничего не понимаю...
- Рита, сосредоточься, зачем нужна была твоя помощь?
- Вытащить Колю... – проговорила Рита, беспомощно глядя на Костину бабушку.
- Как это? Вытащить? – бабушка сама смотрела на нее, ничего не понимая.
- Я думала, вы знаете... – Рита сникла.
Евгения Матвеевна видя состояние молодой женщины, замахала рукой:
- Все, все, не бери в голову. Все, все узнаешь. Сказал вытащить, значит вытащить. Ох-хо-хо...
Рита сидела подавленная. Ей было горько и обидно, что ее жизнь кто-то распланировал в каких-то своих целях. Что этот кто-то безжалостно отнял у нее Костю. Ее Троепольцева.
А бабушка, видя, что та расстроена, покряхтела и стала потихоньку прибираться на столе. Сменила посуду и приборы на чистые, подровняла печенья в вазочке, добавила варенья, механическая работа помогала ей отвлечься от неприятных мыслей. Да и на молодую вдовушку смотреть было больно. Сидит, молчит, глаза в пол, не шевелится.
Молодая вдова неподвижно сидела за столом, думая о своей жизни, и неожиданно задала себе нелицеприятный вопрос. А не случись всего этого, если бы ее Троепольцев был жив и здоров? Если бы они с ним жили, как жили? Она прекрасно помнила охлаждение свое к нему, которое в какой-то момент наступило. Чем бы это для них закончилось? Разве она соображала тогда, что за парень ей достался? Нет.
А теперь... Теперь, когда он мертв?
Теперь близок локоть, да не укусишь... И видеть она его будет только в снах. И сны те ей будут дороже всего в жизни. Дороже всего. Дороже...
Бедного Колю она не могла считать своим, тем более, узнав всю правду. Жалко было его по-человечески. Но Троепольцев... Троепольцев был ее. Ее. Ее. Он был ЕЕ.
Рита тихо заплакала. Костина бабушка обняла молодую женщину и гладила по голове, приговаривая:
- Ну, довольно, будет, будет, - а у самой тоже слезы бегут, - Все наладится.
- Я поживу у вас эту неделю, Евгения Матвевна? – проговорила Рита.
- Конечно милая, живи, сколько хочешь, я только рада буду. Конечно.
Потом они вдвоем занимались домашним хозяйством, убирали, готовили, кушали, мыли посуду, даже прошлись по деревне, подышать воздухом. Все это время они ни словом не обмолвились о том утреннем разговоре. И о том, что обе с нетерпением ждут наступления ночи.
***
Понятное дело, Коротков не ждал, что вдова Маргарита Троепольцева появится сегодня на работе. Наоборот. Он ждал ее не раньше, чем через неделю. И собирался использовать ее отсутствие, чтобы окончательно подготовиться.
Этим он был занят последние два года, даже почти уже три.
Сначала, когда только узнал, что Елизавета составила завещание на двоих своих внуков, понял, что ему придется бежать за двумя зайцами. А это будет непросто.
Сергею Ивановичу нужен был доступ в тот дом. В подвал, Но с тех пор, как он покинул его в день, когда убил Лизу, Коротков несколько раз пытался войти. И не смог. Не смог! Гадина поставила охранку, сработавшую уже после ее смерти. Значит, попасть он туда сможет, только если его впустят наследники. И тогда он нашел наследников.
Оба уже были женаты, оба счастливы, и довольны жизнью. Это не могло не вызвать у него нормальной человеческой зависти и желания это самое счастье слегка подкорректировать. Тогда же он понял, кто есть кто. Что Константин, сын Матвея, станет силой, а Николай, сын Марка зеркалом. Но оба еще не инициированы. Долго размышлял, когда же пройдет инициация? И тут, он увидел жену Константина Троепольцева Маргариту. Это же будущий проводник! Проводник, и красивая женщина при этом. Редкая удача!