Страница 18 из 18
Девушка замолчала.
– А что стало с писателем и со скульптурами? – спросил я.
Она пожала плечами.
– Писателя мы так и не нашли, а скульптуры стоят как стояли, наполовину освобожденные от земли, в лесу у Ландштейна, вы можете их там увидеть.
На дне бутылки осталось немного вина, я разлил его по бокалам. Девушка допила и сказала:
– Уже поздно. Послезавтра у меня экзамен, завтра придется встать пораньше и целый день заниматься.
– Понимаю, – улыбнулся я. – Парадоксы Зенона.
Мы натянули пальто, все еще влажные от растаявшего снега, и вышли на мороз. Снегопад закончился, на земле лежал свежий, нетронутый снег. Я поднял голову и увидел на узкой полоске неба между двумя рядами темных домов несколько звезд. Мы направились в сторону Мелантриховой улицы, где играли в снежки молодые американцы, видимо, только что вышедшие из бара. Мы шагали молча. В конце улицы На Мустку мигали оранжевые огни снегоуборочных машин. Полночь уже миновала, через несколько минут отправлялся последний поезд метро, и потому на Вацлавской площади девушка быстро распрощалась со мной и сбежала по ступенькам в подземелье, залитое холодным электрическим светом. Я направился вверх по заснеженной площади, продолжая путь, от которого отклонился вечером, когда завернул в темную подворотню.