То есть это

Гунакар управляет центром для того, чтобы помогать людям избавляться от меня! Он был здесь. Дважды он пытался стать просветленным, но терпел неудачу! Он объявлял о том, что стал просветленным, но затем снова приходил в чувства. А теперь, управляя центром, Гунакар подражает мне, и он пытается помогать людям выходить за пределы привязанности.

Шудха хорошо поступила, написав ему письмо, в котором сказала:

«Я хочу избавиться не от Ошо, а от себя! И я не нуждаюсь в твоей помощи. Сначала вылечи себя, оздорови себя!»

Но Гунакар демонстрирует глупые идеи… Несколько дней назад он написал письмо в ООН, в котором были такие слова: «Я представляю Ошо, я представляю иерархию тайных мастеров, и я хочу, чтобы вы выполнили мои условия. До тех пор, пока не будут выполнены эти условия, мир не спасти».

Теперь он пытается спасти мир, а ведь он даже не смог спасти самого себя!

Но эти эгоистические идеи неизбежно появятся, потому что глубоко в вас эго жило так долго, что оно не хочет покидать вас. Даже когда вы полагаете, что отбросили его, оно просто скрывается где-нибудь, в каком-то темном углу вашего бессознательного состояния, и оно начинает действовать оттуда.

Вот как говорит настоящий ученик:

Это слова, которые необходимо писать золотыми чернилами, ведь они гораздо драгоценнее любых бриллиантов. Таков весь мой подход:

Это так ясно! В Индии люди продолжают рассказывать Иша Упанишаду, но я думаю, что они никогда не обдумывают то, что рассказывают. Все они беглецы от мира, все они отреклись от мира, они оставили действие позади. Если они поймут Иша Упанишаду и ее послание, то будут моими саньясинами, а не старыми, традиционными саньясинами.

Мой саньясин представляет собой единство действия и медитации. Он находится в мире, и все же он не от мира. Он похож на лотос, пробившийся из грязи, но преобразивший грязь в красоту лотоса; он живет в озере, но вода не касается его, совсем не касается его.

Настоящий саньясин должен жить в мире, пребывать в действии и глубоко укореняться в медитации. Ваши корни должны быть в медитации, ваши ветви должны быть в действии. Вы должны походить на дерево: его ветви тянутся высоко в небо, они стремятся к звездам, и дерево беспрестанно растет ввысь. Но помните о том, что дерево растет высоко только если его корни движутся вглубь в той же самой пропорции: чем глубже корни, тем выше ветви, и чем выше ветви, тем глубже корни. Они уравновешивают друг друга. Корни должны быть в медитации, а ветви — в мире. Ветви залиты солнечным светом, они танцуют на ветру, шепчутся с облаками. А глубоко в вас, во внутреннем мире, растут корни в медитации. Тогда вы будете полноценным деревом.

До сих пор в мире существовали два типа людей: одни люди жили без корней (конечно, без корней дерево непременно будет фальшивым), а другие люди жили как корни без деревьев, а корни сами по себе уродливы. Вы видели прекрасные корни? Цветы красивы, но для цветов необходимы листва, цветы, ветви, солнце, луна, звезды, дождь, ветер — цветам нужен весь мир. И тогда эти прекрасные цветы… Все это должно быть взаимосвязано, и только тогда вы будете цельными и центрированными.

У мирского человека есть только ветви, но нет корней, поэтому он унылый, истощенный, сухой, безжизненный. Он труп, влачащий свое существование по старой привычке. А ваши монахи, ваши монахини — католические, индуистские, джайнские, как бы они ни назывались — они всего лишь корни, уродливые корни, которые не стоят того, чтобы на них смотрели. И нет вопроса об уважении корней, ведь они не стоят даже того, чтобы один раз бросить на них взгляд. О втором взгляде вопрос не возникает, так как у корней нет цветов.

Мой саньясин должен быть и тем, и другим: с корнями во внутреннем мире и с цветами во внешнем мире. Мой саньясин должен быть и тем, и другим: способный к интеллекту и также способный к интуиции. Выбирать не нужно, вы должны использовать в полную силу то, что дал вам Бог.

Только через действие и через творчество вы выходите за пределы смерти. Действие функционирует как отрицательное явление — это искусство удаления помех. Например, вы копаете колодец: здесь действие означает удаление слоев земли и камней. Если нужно, вы взрываете камни динамитом, бурите землю, чтобы найти источники воды. Функция действия отрицательна: оно удаляет помехи, препятствия, преграды. А функция медитации — это осознание того, что есть. Когда вода начинает поступать на поверхность, медитация становится процессом поглощения воды для того, чтобы утолить жажду. Необходимо и то, и другое: действие, чтобы удалить камни, и медитация, чтобы сделать вас способными поглощать высшее, пить вино высшего состояния.

Это две стороны одного явления. Если вы не оставили смерть позади, то как вы можете войти в мир бессмертия? Оставьте время позади, чтобы получить возможность войти в безвременное и бессмертное.

Философия боготворит абсолютное. Брэдли, Гегель, Шанкара боготворят абсолютное и отрицают относительное. Относительное иллюзорно, а абсолютное истинно. Все, что относительно, представляет собой иллюзию.

Наука делает акцент на относительном. Эйнштейн открыл теорию относительности. У джайнизма есть научное отношение, следовательно, джайны первыми рассмотрели теорию относительности. Эйнштейн не знает о том, что он джайн! Еще до Эйнштейна, за двадцать пять веков до него, джайны открыли саядваду. Саядвада — это и есть теория относительности. Эйнштейн говорит о том, что все относительно. Саядваду можно буквально перевести как «вероятность»: все только возможно, но ничего не бывает абсолютно определенным. Существует только вероятность.

Если вы спросите Махавиру: «Существует ли Бог?», он ответит: «Возможно». Если вы спросите его: «Вы абсолютно уверены об этом?», он ответит: «Возможно». Он не сдвинется со своего «возможно». Все только возможно, потому что все относительно. Ничто нельзя говорить наверняка, точно, категорически. Все относительно, и на одно явление можно смотреть с многих точек зрения.

Саядвада — «вероятность» — обладает семью точками зрения. Если вы спросите о Боге, Махавира даст вам семь утверждений. Он смутит вас сильнее, чем вы были смущены когда-либо раньше! Он скажет: «Возможно, Бог есть» — это его первое утверждение. «Возможно, Бога нет» — это его второе утверждение. «Возможно, Бог есть, и он выразим» — это его третье утверждение. «Возможно, Бог есть, только он невыразим» — это его четвертое утверждение. «Возможно, Бога нет, и он невыразим» — это его пятое утверждение. «Возможно, Бог есть, и его нет, и он, ко всему еще, невыразим». Может быть, вы придете к Махавире с какой-то смутной точкой зрения в поддержку или против неких положений о Боге, но Махавира уничтожит все ваши точки зрения. Он даст вам всю перспективу, все точки зрения.