Страница 69 из 87
КНИГА III
КАРЛОТТА
Глава 33
Лиссабон, Португалия, осень 1755 года
На Тахо дул резкий ветер, раздувая паруса тортового судна «Гордость Глазго», на котором Кассандра приплыла из Англии. Они с Венд стояли среди оживленно болтающей толпы пассажиров, нетерпеливо ожидавших возможности сойти на берег. При виде развернувшейся перед ней панорамы ее сердце билось сильнее.
Лиссабон, этот белоснежный город, раскинулся в долине между двумя холмами. С одной стороны его венчала могучая крепость — замок Сен-Жоржи, с другой — Байро Алто. Город окаймляло множество холмов.
Кассандра, взволнованная тем, что может обнаружить в этом городе, почти не обращала внимания на огромные корабли с флагами самых разных стран, стоявших на якоре в порту. Шума оживленной набережной она как бы и не заметила. Взяв экипаж, они с Венд направились в «Зеленый остров» — гостиницу, которую рекомендовал им кто-то из спутников как хорошую и недорогую. Кроме того, хозяин гостиницы говорил по-английски.
Во время плавания Кассандру преследовали мысли о Дрю Марсдене и о том, как он отнесся к ее исчезновению. Вернулся ли он домой, чтобы мрачно сесть у камина и тосковать о ней? Или просто пожал плечами и больше не думал о ней? Или поехал в ближайший город и нашел себе другую?
Эта мысль причинила Кассандре такую острую боль, что она готова была повернуть обратно и на первом же корабле устремиться домой, однако она заставила себя сдержаться. И, устроив Венд в гостинице (Венд плохо перенесла плавание и перед самым прибытием в Лиссабон заболела желудком, так что пришлось держать ее несколько дней в постели), Кассандра узнала у хозяина гостиницы дорогу в Портас-дель-Сол и отправилась туда пешком. Именно это отвлечет ее от мыслей о Дрю Марсдене — она начнет свои поиски!
Отыскать Портас-дель-Сол оказалось не так просто, однако она упорно поднималась вверх, как подсказал ей хозяин гостиницы, пробираясь по головокружительному лабиринту извилистых улиц. И наконец, когда она уже готова была отчаяться, вдруг остановилась перед домом, в котором так недолго жила ее семья.
Дом оказался запертым и нежилым: окна его были закрыты ставнями.
Пара любопытных холодных глаз следила за Кассандрой почти с первой минуты ее прибытия в Лиссабон. Они принадлежали человеку, который следовал за ней по пути в Портас-дель-Сол. Он наблюдал, как Кассандра сосредоточенно изучала пустой дом, словно его гладкий крашеный фасад мог открыть ей какую-то важную тайну, затем, взявшись за молоток, она долго стучала в дверь. Не дождавшись ответа, она в конце концов повернула обратно.
Незнакомца очень удивило ее поведение: дом явно пустовал очень давно.
Всю обратную дорогу Кассандра, поглощенная своими мыслями, была мрачной и рассеянной. Едва не заблудилась и с трудом отыскала верный путь, пробираясь между лениво спящими кошками и собаками, осликами с поклажей, босоногими торговками и шумными ватагами ребятишек. Она шла по небольшим улочкам, таким тесным, что, казалось, дома на них вот-вот соприкоснутся. Следовавший за ней мужчина с короткой парадной шпагой у бедра даже не делал попытки ей помочь. Когда она останавливалась, озираясь и щурясь на солнце, пытаясь понять, в какую сторону ей следует направиться, он тоже приостанавливался и уходил в тень какого-нибудь дверного проема.
Незнакомец как бы взглядом оценивал Кассандру.
Он продолжал следовать за ней, когда она остановилась, чтобы справиться о дороге у возницы — что было делом непростым, поскольку она не говорила по-португальски. Мужчина подошел достаточно близко, чтобы услышать ее слова, и ее вопрос озадачил его. Молодая дама хотела осмотреть кладбища?! Он следовал за ней в наемном экипаже от кладбища к кладбищу: ей пришлось пройти по нескольким в поисках того, на котором похоронена ее мать. Она готова была допустить, что Венд сказала ей правду, но не исключала и того, что служанка могла не знать всего, что случилось. А что, если ее мать действительно умерла? Возможно, во время побега с ней что-то случилось, и Роэн Кейнс не имел уже отношения к ее смерти. Или, как считала сама Венд, Роэн мог устроить похороны, для того чтобы спасти свою честь, — в этом случае он мог даже похоронить пустой гроб. Но если он поставил надгробный памятник, это означало, что ее мать действительно умерла: Кассандра не могла поверить в то, что ее отец мог зайти в своем падении настолько далеко.
У нее уже появились сомнения — не напрасно ли она ищет дорогую могилу на кладбищах Лиссабона. И вдруг ее внимание привлекла могила, отступающая от стройного ряда: на ней стояло два камня, причем памятник у ног оказался выше, чем камень у головы. Мужчина, остановившийся чуть поодаль, нервным жестом поглаживая щеку рукой, на которой поблескивал тяжелый золотой перстень с рубином, видел, как молодая женщина нагнулась, чтобы прочесть надпись. Затем она напряглась, опустилась у могилы на колени и закрыла лицо руками. Бедная Кассандра прочитала трогательную надпись:
«Здесь лежит Шарлотта, возлюбленная Томаса. До конца времен».
Значит, Венд ошиблась! Шарлотта вовсе не убежала — она умерла… Но Томас нашел ее и поставил этот памятник. Горячие слезы обожгли ей глаза при мысли о том, что разлученные судьбой влюбленные так и не нашли друг друга. Кассандра долго стояла на коленях у могилы, оплакивая свою навсегда ушедшую от нее мать.
Когда Кассандра встала с колен, уходя от этого печального места, наблюдатель подошел к надгробию, чтобы прочесть надпись, которая так подействовала на молодую красавицу. Ничего не поняв, он снова последовал за Кассандрой в своем наемном экипаже — на этот раз проследив ее путь до гостиницы.
Там он смешался с толпой, и его жесткие прозрачные глаза сощурились, отметив впечатление, которое молодая леди произвела на темноволосого джентльмена, спускавшегося по лестнице. При виде ее он остановился как вкопанный, а затем стремительно повернулся и скрылся в том направлении, откуда появился.
Наблюдатель решил, что молодая особа может представить для него немалый интерес. Однако, вспомнив о времени, он извлек из кармана изящные золотые часы и нахмурился. Опаздывать на встречу не следовало — принц будет весьма этим недоволен. Наблюдение за красавицей англичанкой можно возобновить и завтра.
Он спокойно и уверенно пошел через толпу постояльцев «Зеленого острова» и остановился у входа в гостиницу, в нетерпении хмуря брови. Несколько мгновений спустя к гостинице подъехала раззолоченная резная карета, запряженная белыми лошадьми. Любопытные вытянули шеи, чтобы посмотреть, кто отъезжает в одной из королевских карет.
Зеваки были бы удивлены, узнав, что высокий джентльмен, так уверенно севший в королевский экипаж, не имеет ни средств к существованию, ни королевской крови. Этого молодого щеголя, известного авантюриста, изгнали из половины столиц Европы — за игру мечеными картами и жульничество с игральными костями, за вызов на дуэль тех, кто считался выше его по положению, за любовные интрижки с дамами, связанными с богатыми и влиятельными мужчинами. В свое время его выгнали из Оксфорда, а потом из армии, от него отказалась семья, ему было запрещено возвращаться в Лондон… Он путешествовал под различными именами. Самым последним, под которым его знали в Лиссабоне, было имя Лидс Бирмингем. Но ни одно из имен, которым он назывался, ему не принадлежало. Не без юмора, он выбирал себе фамилии по названиям городов, из которых ему пришлось спешно уезжать, уходя верхом от потони.
Его лицо, которое можно было бы считать красивым, портили несколько шрамов, полученных им на дуэлях. Теперь на нем лежало выражение задумчивого удовлетворения. Он не сомневался принц будет доволен тем, чего он добился за этот день.
Кассандра, поглощенная поисками матери, а потом расстроенная тем, что все же нашла могилу, разумеется, не заметила следовавшего за ней Лидса Бирмингема. Не обратила она внимания и на странное поведение темноволосого джентльмена, который при виде ее бросился бежать вверх по лестнице.