Страница 10 из 64
— Как ты? — спросил он у девушки, сидящей на диване.
— Зачем ты туда пошел?
— Нужно было выяснить одну вещь. А теперь запомни, увидела бродячую собаку, стреляй, не раздумывая.
— Зачем ты спровоцировал их? — плача, спросила девушка.
— Я никого не провоцировал, помнишь, я вчера говорил, что они что-то грызут? Так вот, на этом месте я обнаружил объеденный труп парня, они просто разорвали его на части и сожрали. Пойми, это уже не собаки, они почувствовали вкус человеческой крови, а значит, будут убивать и дальше.
— Они, правда, съели его? — слезы у девушки мгновенно высохли, до этого ей было жалко собачек, без причины убитых Стасом, а теперь пришло осознание.
— Да, и могу поспорить, когда его ели, он был еще жив. Его рука до сих пор сжимает нож.
Он сел рядом с ней и принялся гладить по голове. Яна, словно доверчивый котенок, уткнулась головой в его грудь и, всхлипывая, проговорила:
— Что ж это за мир такой, как в нем жить?
Стас ничего не отвечал, он просто гладил ее по длинным густым волосам и молчал.
Через полчаса девушка, выпив кружку горячего чая, успокоилась. Чай Стас обнаружил совершенно случайно, обшаривая мебель в кабинете.
— Надо похоронить того парня, — наконец произнесла она.
— Можешь попробовать, возможно, они наелись и не тронут тебя, но я не сунусь на улицу, пока стая там. Интересно, откуда они взялись? С изменения прошли сутки, обыкновенные собаки не успели бы так одичать, да и похожи они, все на одну морду.
— Я, конечно, в компьютерных делах ничего не понимаю, — вставая и подходя к окну, произнесла Яна, — но если игра смогла изменить весь мир, а шесть миллиардов человек просто исчезли вместе с мебелью, одеждой и прочими атрибутами благополучия, то почему бы игре не добавить остроты в нашу жизнь?
— Есть будешь? — спросил Стас, ставя кастрюлю на плитку.
— Кусок в горло не лезет, — не поворачиваясь, отозвалась девушка. — Смотри!
Стас подбежал к окну.
— Что случилось?
Девушка показала рукой на забор. Собаки наконец решили поквитаться с обидчиками, уже пять тварей перебрались на территорию завода. Вскоре на этой стороне оказалась вся стая.
— Тринадцать, — закончил считать Стас.
— Что делать будем? Нам теперь отсюда так просто не выйти.
— Будем бить, — беря в руки автомат, произнес Стас. — Я тут видел лестницу на крышу, она прямо возле окна, что в коридоре.
— А может они уйдут?
— Даже если уйдут, они сожрут кого-нибудь другого.
И Стас, передернув затвор, вышел в коридор. Распахнув окно, он попытался дотянуться до лестницы. Но как ни старался, не хватало минимум полметра. С земли это было бы сделать элементарно, но соваться сейчас на улицу — была верная смерть. Стас вернулся в кабинет, порывшись в трофеях, он выудил из груды капроновый шнур, немного подумав, он привязал к нему пару болтов.
— Должно сработать, — ни к кому не обращаясь, сказал он и вернулся к окну. Размахнувшись, он захлестнул ступеньку лестницы. Потянул, веревка легко отцепилась. На седьмой раз ему удалось захлестнуть ее по нормальному. Пересилив страх, Стас взобрался на подоконник и прыгнул. Веревка развязалась, Стас начал падать, но все же успел схватиться за лестницу.
— Это не для каждодневного повторения, — произнес он вслух, стараясь при этом не очень стучать зубами. Стоило свалиться вниз и его тут же сожрали бы. Переведя дух, он вскарабкался на крышу. Устроившись на парапете, Стас вскинул автомат и прицелился. Тварь, которую он выбрал, была самой крупной и наглой. Она сидела прямо перед главным входом и таращилась на человека. Прицелившись, Стас дал короткую очередь. Пули разворотили собаке всю морду, она бешено задергала лапами и завалилась на бок. Стас принялся выискивать следующую жертву. Но здесь твари преподнесли ему сюрприз, они разбежались по всей территории завода и попрятались, изредка выглядывая из своих укрытий. За час охоты Стасу удалось уложить троих. Просидев на крыше почти весь день, он убил всего семь тварей. Начинало темнеть. Стас закинул автомат за спину и стал спускаться. Привязав веревку, он влетел в раскрытое окно не хуже Индианы Джонса.
— Семеро, — ответил он на немой вопрос, входя в комнату. — Как здесь вкусно пахнет!
На столе стояла кастрюля с рисом, к нему полагались остатки сырокопченой колбасы.
— Садись, — пригласила его за стол Яна. — Поешь, потом расскажешь.
— Нечего рассказывать, ты была права — это необычные собаки. Едва я застрелил первую, как они попрятались, это чудо, что мне удалось семерых завалить.
— Я видела, — кивнула Яна. — Если это собаки, то я дочь Рокфеллера, у них интеллект, как у людей. Но ты молодец, классно стрелял, много патронов истратил?
— Полный магазин, — отозвался Стас с набитым ртом, — и еще немного.
— Что будем делать?
— Завтра продолжу, если за ночь еще не набегут. Думаю, я смогу покончить с этой осадой, и им не удастся пробраться сюда.
— Я же говорила, на первом этаже окон нет, двери заперты, к одной растяжка стоит.
С улицы раздался тоскливый вой. А потом злобное рычание.
— Что там? — обеспокоено глянув на окно, спросила Яна.
Стас взял автомат и, отогнув брезент, выглянул на улицу. За небольшой будкой, там, где ему удалось уложить последнюю тварь, раздавалось довольное урчание.
— У них ужин, — просто сказал он, — жалко подствольник не получилось установить, а то я туда гранату всадил бы.
Вернувшись за стол, Стас доел остатки риса. Яна, поднявшись, зашла со спины, положив руки ему на плечи, и начала легко массировать их.
— Устал? — раздался над ухом парня ее заботливый голос.
Стас нашел в себе силы кивнуть, от ее нежных прикосновений стало пробуждаться желание. Стас поднялся и подхватил ее на руки, бережно перенес на диван. Руки Яны уже оплели его шею, после чего последовал долгий поцелуй.
Спустя час, когда они оторвались друг от друга, Стас достал из рюкзака пачку сигарет и подошел к окну. Прикурив, он долго смотрел наружу. В лунном свете промелькнуло стремительное палевое тело собаки и тут же скрылось в темноте.
— У тебя много сигарет? — спросила Яна, она сидела, закутавшись в одеяло, поджав ноги к груди.
Открыв пачку и пересчитав, Стас удрученно вздохнул:
— В этой одиннадцать и еще одна целая должна быть в рюкзаке.
— Угостишь?
Стас кинул ей пачку и зажигалку. Яна достала сигарету, прикурила и блаженно затянулась.
— Думаю, скоро придется бросить курить, — крутя сигарету в руках, произнесла она, — курево будет стоить также, как и патроны.
— Наверное, — согласился Стас, — если не удастся найти склад. Только меня больше интересует другое — рано или поздно еда закончится, как будем еду добывать?
— Ну, то же самое относится к патронам, электричеству, топливу и прочим продуктам индустриального общества. Иди ко мне, — туша бычок в банке из-под тушенки, произнесла она.
Стас последний раз затянулся, сжигая остатки табака и затушил окурок в старой, массивной, уродливой хрустальной пепельнице.
— Сейчас, — ответил он и поплотнее задернул брезент.
После бурной ночи проснулись они поздно. Яна убежала умываться, Стас выглянул в окно. Минуты две он наблюдал за пространством двора в надежде на то, что твари ушли, но они были на месте, словно почувствовав угрозу, собаки нырнули обратно в укрытия. Теперь Стас знал ответ на вопрос, что получится, если наделить зверя мозгами. Ответ был прост — получится человек.
— Они еще здесь? — спросила Яна, застав Стаса у окна. Он только кивнул.
Завтрак прошел в гнетущем напряжении. Отложив ложку, Стас взял автомат и два запасных магазина. На этот раз забраться на лестницу оказалось куда проще, веревка была надежно привязана, и спустя три минуты Стас выслеживал первую мишень.
К обеду все было кончено, шестая тварь валялась возле забора, она попыталась, прикрывшись грудой ящиков, сбежать, и получила две пули в бок прямо в прыжке. Стас поднялся и шагнул к лестнице. Неожиданно его качнуло, перед глазами все поплыло. Ухватившись руками за перила пожарной лестницы, он минуту стоял, не шевелясь. Кое-как он спустился и перебрался в коридор. До комнаты он почти дополз. Тошнило, в глазах сумерки, руки как из ваты.