Страница 103 из 108
К тому же с этим городом (точнее, с частью «большого» Лос-Анджелеса) в 20-х годах XX в. связывалось неимоверное и скороспелое богатство, а также не вполне приемлемые для умиравшего викторианского общества нормы сексуального поведения. Дополним, что наводнившие Голливуд после Первой мировой войны и российской революции беженцы быстро превратили сонный пригород в настоящее столпотворение. Так широкоэкранный мир вавилонизировался[715]. Вавилонские термины стали еще употребительней и общепонятней, стали доходить почти до каждого жителя Земли. От Голливуда «вавилонское» клеймо перекочевало на другие кинематографические столицы. Так, расцветший многоязыкий Гонконг стал «Вавилоном Востока» («Babylon of the East»).
Сей апокриф, конечно, не имеет всемирно-исторического значения: не ясно даже, сколько времени просуществует данное словоупотребление. Но цель, с которой мы его упомянули, проста. Легенда о Городе не умерла, она живет и развивается, и одному Всевышнему известно, каким боком повернется она к цивилизации спустя несколько веков. Если мир будет стоять, если нам и нашим потомкам удастся спасти эту цивилизацию от вавилонского наказания, напрямую предсказанного не раз и не два в назидание достаточно все-таки глухому человечеству.
Но пока русский писатель, повествуя о застолье кровавого тирана, называет его «пиром Валтасара», пока персонаж, выдуманный писателем итальянским, для определения хаотичности и пестроты маскарада богатых бездельников употребляет слово «вавилонский», а богобоязненная героиня латиноамериканского автора в сердцах восклицает: «Лима — это прямо Вавилон какой-то!»[716], мы, с нашей очень скромной культурной колокольни, можем даже вполголоса пробормотать что-то о бессмертии, о вечном параллельном существовании мифа и его источника, пусть этот миф часто принимал (и наверно уже принял окончательно) размеры много превосходящие историко-цивилизационные масштабы реального города-государства, связанного с конкретным географическим пунктом, который даже можно найти на точной современной карте.
На этом завершим рассказ о Вавилоне. О пережившей тысячелетия легенде, о занесенном ныне песками в полном соответствии с библейскими пророчествами городе на Евфрате, на руинах которого очередным диктатором был не так давно выстроен тщеславный псевдомузейный «новодел», долженствовавший снова засвидетельствовать «преемственность царственности» — микроскопический плод все той же человеческой гордыни, совсем не смешная пародия на Вавилонскую Башню, жалкое осуществление древнейшей парадигмы. Теперь по тем холмам, как и века назад, ходят вооруженные иноземцы. Не та же ли легенда привела их туда? Не тот ли самый образ? Владеющий Вавилоном, чем владеет он? И чем он никогда не сможет овладеть? Что он обречен потерять вне себя, внутри ли — и что нам всем придется потерять по его вине?[717]
Иноземцы уйдут — Город останется. Город останется навсегда. Новые стены, наверное, тоже обветшают, как и много лет назад. Кто и когда сумеет их восстановить, отстроить, но без гордыни, без желания славы? Что это будет за человек, какой народ? Чем будет он ведом — верой или дерзанием, долгом или послушанием? Не равнодушием же, ведь безразличие — плохой созидатель. И что тогда может, что тогда сможет побудить людей будущего к возобновлению истории — к ее продолжению? Захотят ли они использовать прошлое — наше настоящее — или отбросят его в сторону? Как посмотрят на плоды рук предков — сочтут их фундаментом или строительным мусором? И поэтому кто мы — пыль или цемент, тень или душа, что сохранит наш след — песок, вода или воздух? Или все-таки камень?
Вопросов по-прежнему больше, чем ответов. Впрочем, иначе не может быть. Мы не обещали ответов, мы не нашли разгадки, мы только дотронулись до тайны происхождения самих себя, мы всего лишь возвращаемся к самому началу. Началу начал.
Удивительна судьба «врат бога», или, скорее, врат человеческой цивилизации, первого в истории мирового города. Если это — символ мира, то каков же наш мир?
ИСПОЛЬЗОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА (основные работы)
תורה נכיאם וכתובים Biblia Hebraica Stuttgartensia. Stuttgart, 1997.
The Septuagint Version of the Old Testament and Apocrypha (Greek/English).
Grand Rapids, 1978.
H Kαινη Διατεκη. The New Testament in the Original Greek (Textus Receptus). L., 2000.
The Nestle Greek New Testament. The Parallel New Testament in Greek and
English. Grand Rapids, 1984.
Библия или Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. СПб., 1897.
Holy Bible. Authorized King James Version. N. Y., 1967.
La Bible. Nouvelle Traduction. P., 2001. The New Jerusalem Bible. N. Y., 1990.
The New Oxford A
The New Oxford A
La Sainte Bible. Traduite sous la direction de I'ecole biblique de Jerusalem. P., 1961.
Священное Писание, отдельные книги
Книга Бытия / Пер. М. Г. Селезнева. М., 2001.
Книга Даниила / Пер. Е. Б. Смагиной. Коммент. Е. Б. Смагиной, М. Г. Селезнева. М., 2002.
Книга Иеремии / Пер. Л. В. Маневича. М., 2001.
Книга Иисуса Навина / Пер., коммент. М. Г. Селезнева. М., 2002.
Книга Исайи / Пер. и коммент. А. Э. Графова. М., 2004.
Книга Исхода / Пер. М. Г. Селезнева, С. В. Тищенко. М., 2000.
Письма апостола Павла / Пер., примеч. В. Н. Кузнецовой. М., 1998.
Плач Иеремии. Экклесиаст. Песнь песней / Пер. И. М. Дьяконова, Л. Е. Когана. М., 1998.
Книга Экклесиаста / Пер. А. Э. Графова // Притчи. Книга Экклесиаста. Книга Иова. М., 2000.
Радостная Весть. Новый завет в переводе с древнегреческого / Пер. В. Н. Кузнецовой. М., 2003.
Путешествуя с Апостолами. Деяния Апостолов с комментариями / Пер. В. Н. Кузнецовой. М., 2002.
Аверинцев С. С. Переводы: Евангелия. Книга Иова. Псалмы. Киев, 2004. Genesis / Translated with Introduction and Notes by E. A. Speiser. The Anchor Bible, vol. I.N.Y., 1964.
The Book of Daniel / A New Translation, Introduction and Commentary by L. F. Hartman, A. A. Di Leila. The Anchor Bible, vol. 23. N. Y, 1978.
Isaiah 1–39. 40–55 / A New Translation with Introduction and Commentary by J. Blenkinsopp. The Anchor Bible, vol. 19, 19A. N. Y., 2000.
Jeremia / Translation with an Introduction and Notes by J. Bright. The Anchor
Bible, vol. 21. N.Y, 1965.
Jeremia 21–36. 37–52 /A New Translation with Introduction and Commentary by J. R. Lundbom. The Anchor Bible, vol. 21В, 21С. N. Y, 2004.
Lamentations /A New Translation with Introduction and Commentary by D. R. Hillers. The Anchor Bible, vol. 7A. N. Y, 1992.
Revelation / A New Translation with Introduction and Commentary by J. Massynberde Ford. TheAnchor Bible, vol. 38. N. Y, 1981.
Литература Древней Месопотамии
История Древнего Востока. Тексты и документы / Под ред. В. И. Кузищина. М, 2002.
Когда Ану сотворил небо. Литература древней Месопотамии / Сост. В. К. Афанасьевой, И. М. Дьяконова. М., 2000.
От начала начал. Антология шумерской поэзии / Пер. В. К. Афанасьевой. СПб., 1997.
The Ancient Near East / Ed. by J. B. Pritchard. An Anthology of Texts and Pictures. Vol. I. Princeton, 1958. Vol. II. ANew Anthology of Texts and Pictures. Princeton, 1975.
Классические исторические, философские и художественные произведения
Аввакум. Послания и письма единомышленникам // Памятники литературы Древней Руси. Вып. 10. М., 1988.
Аввакум. Сочинения // Памятники литературы Древней Руси. Вып. 11. М., 1989.
Блаженный Августин. О Граде Божием. СПб.; Киев, 1998.
715
Если быть точным: тогда еще не широкоэкранный, не цветной и даже не звуковой. Но до этого было уже рукой подать.
716
Имеются в виду Ф. Искандер, Л. Пиранделло, М. Варгас Льоса. Интересно, что Город упомянут уже в наиболее раннем (начало II в.) из дошедших до нас греческих романов — «Повести о любви Херея и Каллирои», действие которого происходит в конце V в. до н.э. и помещено в пределы Персидской империи, столицей которой является, правильно — Вавилон! Туда в какой-то момент попадает героиня — обладательница чистейшей души и невероятной, божественной красоты (от которой она имеет немало бед). В Вавилоне все в нее, конечно, тоже влюбляются, включая царя Артаксеркса. По окончании невероятных приключений она воссоединяется со своим любимым (тоже красивым и почти совершенным) и возвращается на родину, на Сицилию, в Сиракузы (тс самые, что стали причиной поражения Афин в Пелопоннесской войне и к тому же являлись родиной Архимеда). А еще одному идеальному мужчине, временно обладавшему героиней, но вынужденному уступить законному и любимому ею мужу, остается лишь грустить, смотреть на портреты Каллирои и причитать: «Ты погубил меня, Вавилон!» Иначе говоря, даже в первом в мире женском романс без Города не обошлось. Не удержался от вавилонщины и автор первой же античной романизированной биографии (III в.). Ее герой Аполлоний Тианский, философ-пифагореец и целитель par excellence, посещает мифический парфяно-персидскнй Вавилон во время путешествия на Восток (сер. I в.) и общается с тамошним царем в то время, когда Город уже давно пребывал в упадке (см. подробнее: Харитои. Повесть о любви Херея и Каллирои / Пер. И. Толстого // Греческий роман. М., 1988; Филострат Флавий. Жизнь Аполлония Тианского / Пер., комм. Е. Г. Рабинович. М., 1985).
717
Отдельный вопрос о расхищении культурных сокровищ, все-таки кое-как сохранявшихся в иракских музеях. На конец 2005 г. заведомо неполные официальные данные таковы: только из Иракского Национального музея пропало около 14 тыс. экспонатов, из которых удалось вернуть 5,4 тыс. (Bogdanos M. Biblical Archaeology Review. 2005. Vol. 31. No. 6. P. 26–39).