Страница 18 из 76
– И каков же рейтинг Core? – спросил Роберт.
– Если учесть энергию, вырабатываемую и используемую на других планетах, где имеются наши города и базы, то Core с полным правом может считаться цивилизацией I типа, с рейтингом около 1,05. Поскольку шкала логарифмическая, это означает, что наш энергетический «бюджет» вырос не в десять, а более чем в тысячу раз – до 30 с небольшим петаватт. Тераваттами теперь считают энергопотребление секторов, хотя на территорию Core на Земле приходится лишь чуть более двух третей от общего потребления.
– Но откуда берется вся эта энергия и надолго ли ее хватит?
– В первую очередь термоядерный синтез, а также электростанции, использующие деление ядер урана и тория, и солнечная энергия, – ответила профессор.
– Но ведь это невозобновляемые источники, кроме Солнца, конечно! – воскликнул Роберт, повторяя обычное возражение «зеленых».
– Смотря что считать «невозобновляемым». Легких изотопов для термоядерной энергетики хватит на миллиарды лет, урана и тория – по крайней мере, на миллионы, а их мы используем все меньше. Солнце просуществует еще более пяти миллиардов лет. То есть, конечно, все они когда-то иссякнут, но по сравнению со временем существования человеческой цивилизации и с учетом темпов ее развития эти ресурсы можно считать неисчерпаемыми. Более того, потребляемое сейчас количество энергии составляет менее 20 процентов от той, что попадает на нашу планету в виде солнечных лучей – а ведь это всего лишь пятьдесят миллиардных долей процента от всей энергии, излучаемой в пространство нашей звездой. То есть если использовать все излучение Солнца, можно увеличить наше потребление энергии в два миллиарда раз – и оно будет доступно еще пять миллиардов лет! А ведь уже менее чем через десятилетие мы планируем полеты автоматических зондов к ближайшим соседним звездам. Зачем экономить то, что имеется в таком изобилии? – улыбнулась профессор, – разумеется, общества, не обладающие техникой для космических полетов и ядерной энергией, такие как Зеленый Союз, не могут позволить себе такой роскоши – но лишь потому, что они фанатично отказываются от технологий, известных еще во второй половине XX века.
– А как же влияние на окружающую среду? – задал очередной вопрос Роберт.
– Какое именно влияние? Выброс в атмосферу продуктов сгорания ископаемых видов топлива был, несомненно, вреден. Но мы больше не используем их, все горючее, которое применяется в Core – синтетическое. Термоядерные станции никак не влияют на среду, кроме, собственно, поставок энергии – выбросы вредных веществ отсутствуют в принципе, а технология переработки отходов ядерных станций, работающих на уране и тории, хорошо отлажена. Про солнечные батареи и говорить не стоит – защитники окружающей среды сами ратовали за их использование еще задолго до Битвы. Правда, в Core они используются почти исключительно за пределами Земли. Повышение температуры на Земле из-за большого количества используемой энергии нам тоже не грозит – прибавка к солнечному излучению от той энергии, которую мы тратим в пределах земной атмосферы, составляет лишь несколько процентов.
– Но как Core удалось нарастить производство энергии в тысячу раз за такой короткий срок? Такого чуда никто раньше не совершал... – один из будущих студентов задал вопрос, возникший сразу у многих.
– Такого – тысячекратного – роста не было, но похожее уже совершали в первой половине XX века, во время Первой попытки, в Советском Союзе. И это не чудо, а наглядная демонстрация возможностей плановой экономики, основанной на общественной собственности. За годы пяти первых пятилеток производство электроэнергии в СССР выросло почти в сорок раз, а ведь на это время приходится тяжелейшая война и восстановление после нее. По сравнению с временами до Первой мировой войны к середине 50-х годов XX века выработка электроэнергии выросла в сотню раз. А ведь мы говорим о стране, которая в начале XX века была аграрной, технически отсталой, и начала проводить индустриализацию только после революции и гражданской войны! – сказала профессор и продолжила.
– На современном техническом уровне мы смогли сделать больше. В первой половине XX века были доступны лишь уголь, нефть и энергия текущих рек – первая в мире атомная электростанция была введена в строй в Советском Союзе в 1954 году. Беспрецедентный рост энергетики Core был достигнут в первую очередь за счет ввода в строй термоядерных электростанций, требовавшего огромных начальных вложений ресурсов. При капитализме такое масштабное строительство было невозможно, и производство электроэнергии перед Битвой Битв застыло на одном уровне – возможности для роста производства с использованием ископаемых видов топлива были исчерпаны, а атомные станции на уране и тории из-за многолетней пропаганды считались слишком опасными, хотя большинство технических трудностей были решены еще в XX веке. Конечно, такое торможение развития перед Битвой Битв стало еще одной причиной быстрого роста энергетики в первые годы эры Core – мы наверстывали упущенное. Теперь взрывной, экспоненциальный рост уже не нужен и выработка энергии растет линейно, в соответствии с расширением самого Core.
Рассказ профессора потряс Роберта до глубины души, перевернув его представления о том, как нужно использовать ресурсы. После этого угрызения совести, которые он иногда испытывал, садясь в вагон монорельса, поднимаясь на лифте или настраивая систему контроля микроклимата в комнате, покинули Роберта, чтобы больше уже никогда не возвращаться.
...
Время бежало быстро, вот уже и закончился курс подготовки – пора было отправляться в университет. Спешка была ни к чему, и можно было совершить путешествие через половину Африки и через Европу на поезде. Августовским утром Роберт снова отправился к станции космического лифта, чтобы сесть на маглев. Величественный экспресс, на головном вагоне которого сияла пятиконечная рубиновая звезда, рассекая воздух, устремился на север, в Каир. Но конечная цель путешествия Роберта была еще дальше, в Северо-западном секторе Советского суперсектора, недалеко от Ленинграда. Поездка через половину африканского континента заняла меньше десяти часов, и перед тем, как отправиться в гостиницу, Роберт успел полюбоваться на закат Солнца над водами Нила.
На следующее утро Роберт сел на другой скоростной поезд, который, пронесшись вдоль северного побережья древней Ливии, нырнул в тоннель под водами Средиземного моря, чтобы вернуться на сушу на Сицилии и продолжить свой путь на север, к Вечному городу. Роберт немного погулял по вечернему Риму, но на следующее утро нужно было рано вставать, чтобы сесть на экспресс, идущий в Ленинград.
III. Правила прогресса
Мечты о тихой бездеятельности рая не оправдались историей, ибо они противны природе человека-борца. Были и остались свои трудности для каждой эпохи, но счастьем для всего человечества стало неуклонное и быстрое восхождение к все большей высоте знания и чувств, науки и искусства.
И. А. Ефремов. «Туманность Андромеды»
Наступило утро первого дня учебного года. Расписание было составлено так, что занятия проходили непосредственно перед обедом или после него, но вчера Роберт, увлекшись книгой, просидел за чтением до глубокой ночи и, несмотря на предвкушение интересных лекций, ему стоило некоторых усилий окончательно проснуться. Чтобы ускорить этот процесс – без необходимости принимать вертикальное положение, Роберт включил терминал, дал команду автоматической кухне и минут пять изучал последние новости и сообщения в виртуальном клубе. Наконец, возвещая о готовности завтрака, в воздухе распространился аромат свежесваренного кофе и гренок, и Роберт нехотя поднялся. К счастью, особой нужды торопиться еще не было, и можно было позавтракать спокойно.
Допивая кофе, Роберт заглянул в расписание лекций на терминале. Первая из них, введение в Кодекс Core, была предназначена для студентов из других стран, таких как Роберт, но на нее наверняка собирались придти и те, кто вырос в Core. Лекции проходили в относительно небольших группах и у студентов была возможность обсуждать услышанное и с лектором, и друг с другом – а как уже успел заметить Роберт, жители Core делились знаниями с удовольствием.