Страница 4 из 30
— Один есть поблизости, Зельда. Я его чувствую — вон там, — Джорин указала на вертикальную металлическую стену, казавшуюся просто иррациональным продолжением металлического пола.
— Да, — Зельда кивнула. — Небольшой, но достаточный.
Она нагнулась, забрала нож у своего мертвеца, сняла с него ремень, на котором висел в кобуре большой и уродливый автоматический пистолет, и затянула его на собственной стройной талии, застегнув на не использовавшиеся доселе дырочки. Джорин сделала то же самое. Пока она снимала ремень, ее бывший хозяин, тот, которого она пыталась убить, пошевелился и застонал. Затем он открыл глаза.
— О! — выкликнула Джорин, отшатываясь. — Я же говорила, что его надо убить!
Зельда с безразличным видом извлекла пистолет. Йенси напрягся. Девушка нагнулась и опустила пистолет на висок Валкини. Глаза его вновь закрылись.
— Ты... ты убила его, Зельда?
— Не знаю. Это неважно. Пошли, — и Зельда зашагала к загадочной металлической стене.
Джорин охотно последовала за ней. Так как ничего другого не оставалось, Йенси припустил следом. Зельда даже головы не повернула, чтобы посмотреть, идет он или нет. Глядя теперь на девушек со спины, Йенси заметил, что у каждой из них на спине поверх тонкой серебристой материи пришит широко раскрытый глаз из ярко-алой ткани. Йенси задумался, что бы это могло значить. Несмотря на молодость, он был достаточно умен, чтобы понимать, что все происходящее содержит в себе глубокий смысл, несмотря, казалось бы, на все доказательства противного — смысл, который будет иметь для него в ближайшем же будущем последствия, равнозначные жизни и смерти.
Далее, он не мог не заметить, как пистолеты опасно низко оттягивают ремни на бедра девушек и как интересно движутся на них эти ремни при ходьбе. Впрочем, именно в этом месте Йенси как раз с легкостью удавалось не отвлекаться мыслями от главной темы.
Он решил, поскольку больше решать-то было и нечего, пойти вместе с девушками и постараться узнать, что за чертовщина происходит. Он находился в такой части мира, которая совершенно не была ему знакома. Он не думал, что пролежал без сознания так долго, чтобы его могли переправить сюда в бесчувственном состоянии. Нет, он был перенесен куда-то... куда-то в иное место... в какое-то место, вышедшее из кошмарных снов...
К тому же то, как он вдруг стал понимать Джорин, когда она надела этот украшенный драгоценностями обруч ему на голову. Этот обруч, должно быть, нечто вроде переводчика с языка на язык. Ну да ладно, решил Йенси, все равно рано или поздно ему придется вернуться в свою скучную старую контору, а раз у него в спутницах этакая пара дамочек, то лучше уж позже, чем раньше.
Эта мысль заставила его осознать, чем занимаются девушки.
— Эй! — заорал он. — Куда это вы направляетесь? Впереди только эта дурацкая стена...
Джорин обернулась, чтобы ответить ему, но Зельда схватила ее за руку и поволокла дальше. Их обутые в тапочки ноги не издавали, опускаясь на металл, ни малейшего звука; ботинки же Йенси громко бухали, напоминая о том, что давно нуждаются в починке.
Джорин подняла взгляд, вертя головой на ходу из стороны в сторону, словно флюгер под порывистым ветром. Йенси это живо напомнило поведение Боба Престайна тогда, в переулке. Зельда прибавила шагу, изменив направление ходьбы таким образом, чтобы пересечь отделяющее их от стены расстояние как можно скорее.
Джорин, задыхаясь, выдавила:
— Это... По-моему, это по ту сторону стены!
— Нет, это большие. Есть еще маленькие Врата с этой стороны, как раз, по-моему, возле стены.
— Хвала Уботху за это!
Почувствовав нараставшее напряжение в этой дикой сцене, с каждым новым мигом становящейся все безумнее, Йенси поспешил поравняться с девушками. Они отлично натренированы, эти привольно бегущие пташки. Йенси вспотел в своем пальто, однако не бросал его. Черт подери, в Нью-Йорке его грыз холод! Но... но ведь он же не в Нью-Йорке, верно? И едва ли туда вернется, если путь преграждают эти труги. Йенси пришлось побежать, чтобы не отстать. Винтовку он зажал под мышкой.
Мысль об этих ужасных тварях, исторгнутых темной пропастью больного воображения, заставила Йенси оглянуться через плечо. Ничто не шевелилось на этой странной металлической равнине.
Синее солнце, светившее с оранжевого неба, отбрасывало вперед их бегущие тени. Странная стена, таким образом, до последнего метра оказывалась на свету. Девушки начинали уже понемногу задыхаться. Зельда держалась за бок, в котором, догадался Йенси, у нее кололо. На него произвело большое впечатление, как быстро Зельда оправилась после их падения. Сам он до сих пор чувствовал жужжание в голове, а тело болело от ушибов. Тот, кто умер, оказался внизу и тем самым спас остальных.
— Врата всегда располагаются близко друг от друга, так нам говорили в Академии, — испуганно сказала Джорин. — Я не чувствую маленькие, только большие по ту сторону стены. Ох, Зельда — где же они?
— Они есть, но маленькие, маленькие. На одного зараз.
— А лопух как же?
Они почти уже добрались до стены. Йенси достаточно разобрался в их речах, чтобы понять, что Врата, о которых говорили девушки, были выходом из этого дурдома — а с риском, что он может привести в какой-нибудь свихнутый закром еще похуже, приходилось просто смириться за неимением сколько-нибудь очевидной альтернативы. Йенси должен был убедиться, что девушки возьмут его с собой.
— Эй, девчата, вы ведь не оставите здесь своего дружка, верно? Тругам на съедение и все такое?
— Ладно, — согласилась Зельда. — Мы тебя возьмем, но если ты вздумаешь чинить неприятности... Заканчивать ей не было надобности.
— Вот они! — закричала Джорин. — Я чувствую. Мы можем спастись!
Они бросились к стене сломя голову, преследуемые ужасным чувством, что вот-вот труги начнут катапультироваться в этот мир сквозь ворота, которые они только что оставили. Времени оглядываться не оставалось.
В сияющей синевой стене показалась трещина толщиной с волосок.
Это растворялась дверь, раздвигаясь, словно зрачок, становясь все шире и шире. В отверстие протиснулась гигантская металлическая жабо-образная тварь, опиравшаяся на негнущиеся стальные ноги, скорчившаяся, постреливающая тонким стальным языком. Ее глаза-линзы злобно разглядывали бегущих. С шорохом отпущенных внезапно пружин, тварь прыгнула к ним, взвившись в воздух.
Глава 3
С ужасным чувством, что все пропало, Йенси одновременно едва не захихикал, вспомнив Тигра О'Мэли. Напрягшиеся лапы послали массивное тело вверх и огромная жабо-образная тварь взвилась в воздух. Стальной язык дрожал и змеился, готовый подхватить людей и отправить их в жадную металлическую утробу.
Джорин завизжала, а Зельда свирепо толкнула ее вперед, прямо на этого стального Молоха. Йенси втянул голову в плечи и ринулся следом. У него на глазах Джорин исчезла; потом Зельда схватила его за руку, дернула, Йенси полетел носом вперед — и растянулся в грязи, под хлещущими струями проливного дождя. Зельда грохнулась на Йенси сверху, в очередной раз вышибив воздух из его легких.
Они сидели в полутьме, под проливным дождем, ослепляемые сверканием прорезающих небо молний и оглушаемые раскатами грома, перекатывающимися среди облачных массивов и все смеялись, смеялись и смеялись, не в силах остановиться. Вокруг раскинулся охваченный бурей лес, качающийся и гнущийся под ветром. Струи дождя с шипением ударяли по широким листьям и сбегали вниз по стволам, воздвигавшимся на необыкновенную высоту.
Они упали на раскисшую тропку между двумя огромными стволами и грязь кругом кипела и бурлила под струями бегущей воды, ежеминутно подпитываемыми миллионами тонн, вновь рушащимися с неба.
Зельда перестала смеяться раньше других, подавив нервную реакцию на страх своей более сильной волей, и откинула волосы со лба. Молния вновь расколола небо. Тонюсенькие одежки девушек с этими широко раскрытыми алыми глазами, намалеванными на спинах, облепили их кожу. Йенси начал было снимать пальто, но Зельда странным небрежным жестом остановила его.