Страница 7 из 35
— Я не упала, и убери от меня свои грязные руки!
Карджил неохотно отступил. Его лицо залилось краской, и он облизнул губы. Делла поправила свое длинное голубое платье и, не обращая внимания на Карджила, взяла Стэда под руку и сказала неуверенно:
— Нам, пожалуй, лучше вернуться.
— Послушай, Делла, — в голосе Карджила Стэд слабо различил просящие нотки, — я солдат. Ты знаешь это. А он не понимает.
— Конечно нет! — воскликнула Делла. — Ты тупица, ты корм для Дьявола. Тебя следует пристукнуть! Он должен учиться так, как нужно — когда мы скажем — и не раньше! А сейчас мы возвращаемся. И я не собираюсь…
— Нет, пожалуйста, Делла! Не доноси на меня! Я ничего не смог с этим поделать! Ради всех Демонов, Делла, я без ума от тебя. Я только…
— Заткнись! — Эти слова вырвались у Деллы как удар хлыста.
Стэд смотрел молча, не понимая, чувствуя, как вокруг светятся ужасной секретностью тайны, и желая более всего на свете знать.
Лицо Деллы напряглось, ее рот выражал ее полное презрение к этому неотесанному солдату; она яростно развернула Стэда.
— Мы обойдем другой дорогой, чтобы миновать этот провал, — сказала она холодно. — Ладно, Карджил.
Карджил не слушал. Он смотрел вдоль луча своего фонарика, уставившись в дальнюю темноту бетонного прохода. Его пистолет вышел из кобуры с металлическим звуком.
— Тише, — сказал он мягким, ровным голосом.
Делла взглянула; она вскинула руки к лицу, чтобы задавить сдавленный крик, который ее нервы не могли удержать.
Стэд посмотрел. Неожиданно по его телу прошли мурашки. Он не знал, на что он смотрел с таким ужасом; среди своих ограниченных новых впечатлений он никогда не видел ничего подобного. Существо было, вероятно, вдвое больше человека, но громоздкое, со множеством ног, торчащих из его брюха. С его головы, маленькой и мохнатой, с двумя длинными роговыми отростками, образующими что-то, напоминающее клюв, на них смотрели не мигая четыре маленьких, прикрытых веками глаза. Ему стало нехорошо. Карджил поднял пистолет, когда ужасный монстр кинулся на них.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Стэд не мог быть уверен в своих впечатлениях в тот сумбурный момент. Что-то невероятно твердое и роговое ударило его по спине, и он упал. Чудовищная раздутая тень пронеслась над ним. Краем глаза он заметил, что Делла зашаталась, вокруг ее талии обернулось что-то длинное и волосатое. Голубое платье порвалось. Затем его ударил огромный и внезапный грохочущий толчок, грохот огромного взрыва.
Пытаясь подняться, он увидел, что нечто мохнатое вокруг Деллы ослабло, затем скорчилось и убралось, выделяя отвратительный гной. Меч, части которого, не покрытые блестящим густым сиропом, сверкнули, ударил снова.
Делла упала. Стэд потянулся подхватить ее, но протянулась рука Карджила, подхватила девушку, подняла и унесла ее.
Стэд оцепенело пополз за ними.
Карджил опустил Деллу, обернулся и схватил Стэда за руку, освобождая его. Что-то мягкое, теплое и пушистое обволакивало ноги Стэда. От прикосновения к этой отвратительной обволакивающей мягкости ему снова стало нехорошо и до боли свело челюсти от резкой реакции.
— Если тебя тошнит, поблюй, — сказал Карджил.
Солдат тут же повернулся к Делле, устроил ее голову на коленях, его руки действовали очень нежно, и он пощупал ее пульс. Ее глаза моргнули и открылись.
— Спасибо, Карджил! Ты спас нас.
— Забудь об этом, — сказал он обыденно. — Это моя работа. Это я умею.
— Со Стэдом все в порядке?
— Да. Он весь зеленый, но это пройдет.
— Что это было? — слабо сказал Стэд.
Карджил встал, помогая Делле подняться на ноги, поддерживая ее за руку. Мимоходом Стэд удивился, почему, если солдат хотел обнять Деллу, то он не сделал это теперь. Он был не так прост, как казалось вначале.
— Мы называем этих тварей Сканнеры. Мозга нет. Довольно проворны с этими своими шестнадцатью ногами. Ты видел, как этот негодяй использовал их на Делле. Но пистолет обычно отпугивает их, в отличие от Рэнгов.
Стэд не очень-то жаждал встретиться с Рэнгами.
К Делле вернулось ее самообладание, и, не без содрогания обернувшись на ужасное существо, лежавшее в собственной крови, все трое отправились к отсекам лабиринта. Теперь Стэд более ясно понял, почему Карджил был так насторожен.
Если существа, подобные этому Сканнеру, населяли внешнюю темноту, то человеку необходимо все его внимание и мужество, чтобы покидать лабиринт.
— Мир населяет много животных, — сказала ему Делла, когда они прошли шлагбаум с голубыми огнями и вновь вошли в теплую яркость дома.
— Как видишь, физиологически у нас нет ничего общего со Сканнерами, как и с любыми другими животными этого мира.
Они вошли через другой контрольный пункт, не через тот, что они выходили, и их путь лежал мимо серии отсеков, расположенных вдоль главной улицы. В каждом отсеке сидели поглощенные работой мужчина или юноша, женщина или девушка перед жужжащими блестящими машинами.
— Кто они? — спросил Стэд. — Что они делают?
— Это рабочие, — сказала ему Делла. — Это улица портных, и они шьют одежду, которую мы будем носить. На каждой улице свое ремесло, за всем напрямую наблюдает Контролер улицы, и все они создают богатство Аркона.
Но Стэду было трудно сосредоточиться на экономической системе Аркона. Он видел рабочих, трудящихся для производства всех необходимых вещей, видел электрические и собачьи тележки, развозящие продукты производства, видел большие рынки с их сверкающими, никогда не гаснущими электрическими огнями, слышал шум и гомон торговли, ощущал запахи фабрик, где перерабатывалась доставленная пища. Но его воображение постоянно возвращалось за границы лабиринта.
Открытие существования снаружи животных, Сканнер, которого он видел, взволновало его и наполнило его любопытством и благоговением. Он хотел выйти наружу и исследовать, знать, узнать больше и больше об этом мире, в который он был заброшен с беспечной непоследовательностью рабочего, отбрасывающего обрывок ненужного материала.
Поверх всего этого, как дымка, которая, как ему рассказывали, окутывала Внешний Мир, расплывчатое желание узнать свою сущность ослабло и растаяло. Он уже давно прекратил попытки выбить из своего сопротивляющегося мозга секрет его личности, его памяти, его пропавших знаний.
Теперь все это лежало в прошлом, в другом мире, в который у него не было желания возвращаться. Он не был человеком Аркона, но Бессмертное Существо было достаточно милостиво и дало ему еще один шанс, второе рождение, и ему повезло теперь стать одним из Аркона. И смиренная благодарность, которую он испытывал, поддерживала его при мысли о возможных потерях.
Никакая другая раса не может быть так прекрасна, как люди Аркона. Он слепо верил в это.
Его обучение быстро продолжалось. Не без улыбки Делла постановила, что он должен полностью пройти стандартный школьный курс, который обычно занимал у детей Аркона шесть лет. Стэд прошел все это за один семестр, за сто девятнадцать дней.
— А теперь ты можешь начать узнавать о жизни.
— Узнавать о жизни… или познавать Жизнь? — спросил Стэд, уже начав ориентироваться в этом новом мире.
— Все в свое время. Не забывай про Сканнера.
— Вряд ли у меня это получится. Должен сказать, что Карджил действовал отлично.
— Это его работа, — сказала Делла бесцеремонно. Но Стэд не преминул заметить, с каким теплом она приветствовала солдата в последние дни, и молчаливое согласие на его присутствие на каждой прогулке, которую они совершали вместе. — Он просто выполняет свою работу, присматривает за тобой.
На сто двадцатый день после того, как его обнаружили, Стэд предстал перед Капитаном.
Несмотря на растущее чувство уверенности, он не смог подавить моментальную нервную дрожь. Все же, Капитан стоял настолько выше простых смертных, насколько Контролеры были выше рабочих. Делла терпеливо объяснила, что Капитан и его Команда смертны. Но для Стэда мысль о том, что они все-таки переживают обычный распад человеческого тела, не могла быть отброшена с помощью простой веры. Смерть, как он теперь понял, была неприятно постоянной вещью для всех, кроме тех людей Аркона, кто безупречно действовал на благо Аркона и для Капитана.