Страница 4 из 5
Припев этот сочинен г. Курочкиным, но нам кажется, что в своем роде он не хуже припева подлинника:
Вообще, о г. Курочкине напрасно думают, что он переводит чрезвычайно близко к букве подлинника. Он нередко уклоняется от слов французской песни и дает мысли Беранже свой самостоятельный оборот. Иногда эти обороты очень удаются переводчику, но надо признаться, что чаще они ослабляют силу беранжеровского стиха. Это особенно бывает тогда, когда г. Курочкин принимается, по непонятной для нас робости, смягчать резкие выражения поэта. Представим несколько примеров.
В песне странника г. Курочкин до того смягчил жалобы ожесточенного путника, что в переводе едва остается намек на то, что выражается в песне Беранже. С самых первых слов старика смысл подлинника изменен. Там говорится, что рок несправедлив, но не вечно же он преследует бедами —
А г. Курочкин перевел это стихами:
Точно такие изменения сделаны в переводе всей пьесы. Даже самые сильные стихи перевода:
и эти стихи все еще слишком слабы, слишком смягчены в сравнении с силою основной мысли подлинника. Впрочем, в большей части подобных случаев мы не обвиняем г. Курочкина: его перевод назначался для русской публики и потому, кроме личного искусства переводчика, требовал еще соблюдения некоторых других условий, не существовавших для французского поэта{9}.
Вообще переводы г. Курочкина кажутся для русского читателя хороши, сильны, свободны, если их не сравнивать с подлинником. Но сравнение, разумеется, тотчас дает видеть, как трудно еще современному русскому поэту возвыситься до той силы и энергии выражения, какою обладает Беранже. Вот, например, куплет из песни «Соловьи»;
По-видимому, стихи эти очень сильно и очень ясно выражают идею; но сравните с ними тот же куплет по-французски, и вы увидите, что в последних четырех стихах допущена неопределенность, которой нет в подлиннике.
[Вот этот куплет по-французски:
Подобное смягчение находим в некоторых стихах пьесы «Мое призвание». Например, стихи:
переведены у г. Курочкина следующими стихами:
В первых стихах является наглый блеск вместо брызгов грязи, в последних поставлена бесцветная и даже тривиальная фраза вместо сильного и резкого выражения подлинника [«от их наглой надменности ничто не ограждает нас»].
Еще чувствительнее изменение смысла в переводе стихов:
стихами:
Здесь в переводе нет даже тени подлинника, не сохранено даже ни малейшего намека на мысль, заключающуюся во французских стихах.
Некоторые из переводов г. Курочкина представляют просто переделки Беранже, не всегда удачные. Например, в стихотворении «Если б я был птичкой!» есть у г. Курочкина следующий куплет:
Кто в этом куплете узнает следующие стихи подлинника?
В этой же пьесе есть у Беранже стихи:
У г. Курочкина эти стихи изменены, не совсем удачно, таким образом:
В некоторых пьесах г. Курочкин совершенно напрасно вставлял в пьесы Беранже некоторые руссизмы. Особенно неловко вышло это в пьесе «Кукольная комедия». Начинается эта песнь тем, что