Страница 85 из 148
— Грядёт зима, — выговаривал Сотников коменданту, — а ты ничего из начатого не довёл до конца. Кто тебя вообще надоумил на такой шаг. Я же говорил… писал тебе, чтобы до весны ничего не делал. Не приведи, Сарн, произойдёт маломальская стычка…
— Да брось ты, Ермолай… Не впервой же выкручиваться приходиться. Да и не война же ей-ей!
— Всё на наш канийский авось полагаешься? — недовольно буркнул Сотников.
— У меня помощник с головой, — кивал на Огонькову комендант. — Не смотри, что баба…
Ермолай хмыкнул. Мила, присутствующая при этом разговоре, хотела было сказать что-то в оправдание, мол, сколько лет вообще ничего не делалось по уму, а тут… Но Безрадов показал ей жестом молчать.
— Вот что, батенька, — начал он льстивым голоском, — ты не суди нас, а лучше людишками подсоби. Который год у тебя прошу… Мы бы враз управились, будь у меня хотя бы сотня…
— Что? Ты, Тимофей Ильич, с дуба, что ли, рухнул? Сотня! Сейчас на мысе Доброй Надежды порт новый закладываем. Вот где люди нужны! Вот куда следует снаряжение, припасы да мастеровых отправлять! А ты говоришь… Коли удастся такие начинания свершить, то и Вертышский Острог нам до ненадобности.
— Да в своём ли ты уме, Ермолай? Как же так! Не быть Сиверии без нашей крепости…
— Имею честь вам сказать… — всё же влезла в разговор Огонькова.
— Хватит вам тут тары-бары разводить! — отмахнулся Сотников. — То, что крепость усилить хотите — молодцы. Но помощи не просите. Казна пуста! Мыши и те разбегаются. Более не дам… Не с чего давать! Однако в случае чего, спрошу строго. Так и знайте.
— Да ты нам руки за спиной крутишь, — возмутился комендант. — Мастеровых не даёшь, солдат и тех забрать хочешь…
— Хочу! Мне в тундру идти, а в обозе больные… Да ты и сам видал. Оставляю их вам на попечение, а с собой возьму твоих бойцов… Не бойся, не всех… Мне сейчас надо с белыми орками уговориться. Слыхал, как у Великанов получилось?
Сотников довольно улыбнулся.
— Слыхал, — как-то обречённо кивнул головой комендант.
Он снова подумал, что надо, наверное, покидать свой пост в Остроге, переезжать в Молотовку.
«А на кого оставить? — спрашивал он сам себя. Его взгляд снова пал на Огонькову. — Баба умная, но ведь баба же! Ей бы тряпками да горшками заниматься…»
А Ермолай аж светился от гордости. Внутренне он хвалил себя за то, что смог навести лад в Южной Сиверии. Договорился и о межевых границах, и в прочих вопросах поставил точку. Теперь только на север, теперь только тут сохранился клубок нерешенных проблем. Самое главное, конечно же, белые орки.
«С ними уговорюсь, сразу легче станет… Острог-то, конечно, пока нужен. Ну, а потом…Порт! Будущее за ним!»
Порт на мысе Доброй Надежды… Название-то, какое! — улыбнулся Ермолай. — Мыс Доброй Надежды… Благозвучно! Покончим с орками, сразу же туда. Надо хоть глянуть, что выходит.
Сотников предполагал задержаться в порту аж до весны. Ему уже грезился на побережье город: каменные домики, куча кораблей, пришвартованных у причала… Он уже и название придумал — Северск… Нет, лучше по-другому: Порт-Северск… или Порт-Сиверск.
Ермолай несколько раз про себя произнёс название: «Звучно… крепко…»
«А, может, Североград?» — спросил сам себя, а потом мотнул головой, мол, нечего пока бежать впереди событий. До порта, а тем более до города, ещё так далеко, что нечего пока и загадывать.
— Люди к нам в Сиверию и ехать не хотят, — сказал Ермолай. — Я, было, хотел кинуть клич по аллодам. Сами понимаете, не везде, как у нас земли хватает… тут и промыслом можно заниматься… где-то в горах медные жилы есть…В старые времена, до мора, тут горных дел мастеров была тьма-тьмущая. Да и охотников за пушниной, рыбаков, лесорубов… А сейчас что? В столице до сих пор считают наш край такой дырой, что… — Сотников отчаянно махнул рукой. — Служить сюда отправляют, как в наказание за проступки. Эльфы с Тенебры начитались своего… как там, бишь его? А! Сезара ди Вевра. И теперь думают, что сиверийцы — поголовно пьяницы, живущие в хлевах и спящие в обнимку с медведями. А тут ещё гоблины с водяниками «шумят». Орки безобразничают… И это я мягко выражаюсь! Безопасность пришлым… Да что там пришлым! Своим, родным, и тем гарантировать не можем. Так ведь?
— Так, — кивнул Безрадов.
— Нам мир меж расами нужен, как воздух, — закончил Ермолай. — На то и силы все ложу…
— Вот ты сказал, — отвечал комендант, — а от Вертышского Острога открещиваешься. Не нужен, мол, он.
— Да ты не передёргивай! — рассердился Ермолай. — Я не об этом говорю, а о том, что нам нужен свой порт! Наладим торговлю, людишки сюда поедут… Заживёт Сиверия, как прежде. А то и лучше!..
Поутру Сотников с отрядом поехал на северо-восток. Провожая его у ворот, комендант пожал жесткую ладонь Ермолая. Тот весело подмигнул, запрыгнул на коня, но тут же подъехал к Безрадову и, склонившись к низу, бросил:
— Ну, давай, Тимофей Ильич! Не держи обиды за мои вчерашние слова. Сам понимаешь, надо радеть за Сиверию…
— Понимаю, — улыбнулся комендант.
Его окривевший глаз вдруг стал чуть слезиться на морозе.
— Видали, что в Светолесье твориться? Орешек мятежники захватили… Нам помощи из столицы ждать бессмысленно. Пока они там дела не разрешат, будем своими силами обходиться.
— И сколько же будем всё сами делать, да этих столичных прихлебателей подкармливать? Шубы шлём, соль втридешева продаём, рыба до самого стола Айденуса доходит, и всё за копейки! Оброки возами едут. Доколе же? Итак, постоянно своими силами обходимся…Казна пустая, нечем…
— Не реви, как медведь в голодную зиму… Думаешь, я сам того не понимаю…Надо терпеть! Надо и всё!.. Эх, Тимофей Ильич, Тимофей Ильич!
Ермолай скорчил такую мину, будто съел кислые-прекислые щи.
— Я уже сам замаялся… Устал… А помнишь, — продолжил Сотников, — ты меня сызмальства на охоту брал? Я тогда шалопаем ещё тем был!.. Вернусь, давай на мишку голубого сходим, а?
Безрадов согласно кивнул головой.
Отряд уехал, и комендант отправился искать Огонькову. Нашёл её на северо-восточном валу.
— Ну что, получается? — сухо спросил Безрадов.
— Выйдет, — с вызовом ответила Мила.
Она только что огрела своей знаменитой тёсаной палкой двух нерадивых мужичков. Эти засранцы стали хитрить: в засыпанном участке не уложили бревна. Поленились.
— Всыпать им розг! — гаркнула она солдатам.
— Сколько?
— Каждому по десять. А потом, коли не хотят, чтобы комендант проведал про их хитрости, переделают тут всё. Уразумели?
— Да, матушка…
Подошедший чуть позже Безрадов уже смотрел, как перекапывают участок вала и тягают к нему бревна.
— Вот и отлично… Вот и отлично… — бормотал он. И повернувшись к Миле, добавил: — Вечером зайди ко мне.
Мила кивнула головой и отправилась за южную стену. Она решила ещё раз посмотреть там ход работ.
Медленно возятся, — ворчала она. — Лучше, наверное, людей отсюда перебросить на строительство головного вала. Оттуда и основная угроза. А уж к лету займёмся и «огородиками».
— Да, так, пожалуй, и сделаем, — привычка говорить сама с собой появилась совсем недавно. — Оно и верно будет.
По дороге её догнал десятник Мирон Снегов, парень бесхитростный, но весьма исполнительный.
— Дело какое? — спросила урядница.
Тот кивнул…
2
Егор Хватов, приказчик братьев Молотовых, сам напросился на то, чтобы его отправили в Вертышский Острог. У него была возможность обустроиться в Молотовке, но из-за нежелания находиться так близко к своим хозяевам, он добился того, что его направили в крепость. Здесь он довольно быстро обтесался и вскоре дела Молотовых в этой части аллода заметно поправились. Егор смог легко найти общий язык со стареющим комендантом (тот уж о покое помышлял и был не прочь решать дела через «орликов») и захватил подряды по снабжению Острога. А после прихода Огоньковой, ещё и подряды по обустройству крепости. Урядницу он «взял» исполнительностью и верностью своему слову.