Страница 39 из 53
Итак, чемоданы и сумки были брошены в багажник, и серебристый внедорожник с тремя пассажирами — Кесселем, Лизой и Хаммером — помчался в столицу.
26
Элитный ресторан под незамысловатым названием «Капелла» на одной из центральных улиц Калиопы, уместившийся в здании бывшей католической часовни, постепенно заполнялся гостями. Каждую минуту к посеревшим каменным ступеням перед входом в часовню подъезжал очередной лимузин или спортивный автомобиль и высаживал дорого одетых пассажиров, среди которых были и звезды имагинерского шоубизнеса, и бизнесмены разных мастей, и даже некоторые политические деятели.
Вся эта отобранная публика приехала, чтобы отметить день рождения известного столичного предпринимателя Эрика Бамона. Впрочем, известен этот сорокапятилетний господин, начавший свое дело с открытия скромного спортзала, был не столько успехами в бизнесе, сколько подозрениями, что он имеет крепкие связи с мафией.
Подобные связи у Бамона, действительно, имелись, и даже его начальный капитал составляли деньги, занятые у одного криминального авторитета (некоторые газеты, избегая прямых обвинений, утверждали, что через фирмы Эрика мафиозные структуры отмывали прибыль от наркоторговли). Состояние бизнесмена росло, как на дрожжах, у него появлялось все больше и больше влиятельных знакомых, благодаря которым его стали допускать к очень большим проектам, о которых он и не мог мечтать, будучи хозяином заурядного спортзала.
Наркобоссы также использовали Бамона и как негласного посредника в переговорах с представителями власти — Эрик встречался с чиновниками и депутатами, пытался заручиться их поддержкой, улаживал разные конфликты, искал (и, разумеется, находил) начальников, которых можно было бы коррумпировать.
Бизнесмен занимался этими темными делами уже на протяжении почти десяти лет, но, как ни странно, за это время против него не было заведено ни одного уголовного дела (за исключением одного расследования, в котором он проходил свидетелем, но и тогда его всего лишь пару раз допросили). И, несмотря на то, что от полицейских и прокуроров Бамону лишних хлопот не доставалось, легкой его жизнь назвать было трудно, так как однажды под его бронированным внедорожником (в тот момент хозяина машины внутри не было) даже разорвалась самодельная бомба малой мощности. Этот акт устрашения, наряду с телефонными угрозами, был заказан одним из криминальных авторитетов в отместку за то, что Эрик, подключив свои связи, увел из-под носа его партнеров по бизнесу очень выгодный строительный подряд.
Итак, все приглашенные гости, наконец, заняли свои места за столиками в просторном зале «Капеллы», пропитавшемся мягким сиянием сотен электрических свечей, вставленных в тяжелые железные люстры, подвешенные под высокими каменными сводами. Вечер открылся коротким вступительным словом виновника торжества, поздравившего всех присутствующих, затем на сцену под большим голубым витражным окном, там, где когда-то находился амвон, вышли музыканты. Пиршество началось.
— Ладно, я пошел, Бамон меня вызывает. Если хочешь, можешь потанцевать или в саду погулять, — сказал Георг Кессель, у которого тоже был пригласительный билет на этот вечер, убирая обратно в карман черного пиджака мобильный телефон. Он, вместе с Лизой, сидел за одним из столиков в самом дальнем от сцены затемненном углу.
— Надеюсь, не на всю ночь уходишь, — спросила Лиза, наряженная в эффектное черное платье с открытой спиной, на которую поповскими глазами заглядывались сидевшие за соседними столиками мужчины.
— Нет, мы недолго проговорим, не беспокойся.
Кессель встал со своего места и пошел к большому столу у сцены, за которым в компании своих самых близких друзей сидел Бамон. Увидев приближающегося мужчину в черном костюме, бизнесмен встал из-за стола и вместе с Георгом отправился к двери, ведущей в одно из подсобных помещений.
Хотя Кессель не входил в список друзей и партнеров Бамона по бизнесу, его появление в «Капелле» было отнюдь не случайным. Дело было в том, что наряду со спортивными автомобилями, женщинами и всякого рода других дорогих игрушек, Эрик любил коллекционировать и произведения искусства, причем ориентиром в их выборе ему служила не художественная ценность предмета — в этом он мало что понимал, — а, скорее, принцип «чем дороже и моднее, тем лучше». Такие модные и дорогие артефакты, да еще и в единственном экземпляре, ему и собирался за закрытыми дверями предложить Георг.
Прошло еще около получаса, Лизе надоело сидеть в одиночестве, и она решила убить время и подышать свежим воздухом на заднем дворе ресторана.
Черноволосая красавица, ловя на себе любопытные мужские взгляды, прошла через распахнутые деревянные ворота и очутилась в уютном зеленом саду с вымощенными гладким булыжником дорожками, соединяющимися в небольшую круглую площадку с мраморным фонтаном в центре двора. Вокруг были слышны голоса и смех гостей, облюбовавших это место немного раньше. Некоторые из них стояли на дорожках и беседовали, другие сидели на скамейках, кто-то курил, кто-то пил шампанское и виски.
Лиза подошла к декоративному фонтану, подсвечиваемому снизу переливающимися лучами нескольких разноцветных ламп, и стала разглядывать обитателей сада, отпивая от бокала с красным вином.
— Простите, вам не холодно? Может, накинете мой пиджак, сегодня такой прохладный вечер, — вдруг — прошло уже минуть пятнадцать — за спиной девушки послышался немолодой немного хрипловатый мужской голос.
Лиза обернулась и увидела, что перед ней стоит низкий, полноватый мужчина с лысой головой лет пятидесяти. Судя по костюму и аксессуарам, это был какой-то очень важный человек.
— А, нет, спасибо, мне прохлада совсем не мешает. Внутри так душно…
— Позвольте представиться, меня зовут Симон Имис, для вас просто Симон, — мужчина протянул свою короткую мясистую руку, на указательном пальце которой блеснул большой золотой перстень.
— А меня зовут Лиза, мне тоже очень приятно, — любезно ответила девушка.
— Вы, Лиза, просто очаровали всех мужчин в ресторане. Все только и шушукаются и обсуждают прелестную незнакомку в черном платье.
— Я Золушка, Симон, — улыбнулась Лиза и поглядела на свои часы, — до полуночи осталось совсем немного времени и, если я вовремя не уйду, вы увидите, как я снова превращаюсь в бедную служанку.
— О, нет, — улыбнулся ювелир и покачал головой, — вы все равно будете выглядеть прелестнее, чем любая женщина в этом ресторане.
— Вы мне льстите, Симон!
— Это сущая, правда, Лиза! Я слов на ветер не бросаю.
— Тогда мне не остается ничего другого, кроме как принять ваши комплименты, Симон, — улыбнулась черноволосая красавица и глотнула вина.
— Лиза, вы, наверное, дружите с Бамоном. Я заметил, что вы пришли со своим мужем.
— Нет, я не замужем, я пришла вместе с моим хорошим знакомым. Он гость Бамона.
— А, понятно. Знаете, Лиза, в следующую субботу, двадцать девятого, откроется мой новый ювелирный салон. Я буду очень рад, если вы согласитесь украсить это событие своим присутствием. Своей красотой вы просто затмите блеск бриллиантов.
— Ну, зачем мне затмевать ваши бриллианты, Симон, — засмеялась молодая женщина, — кто же их купит, если они не будут блестеть достаточно ярко? Лучше я тогда дома посижу.
— Нет, я настаиваю. Вы будете главным бриллиантом в моей короне. Выпьете пару коктейлей, мы к тому же собираемся раздать нашим самым важным гостям подарки, вы тоже не останетесь с пустыми руками. Давайте, соглашайтесь.
— Ой, ну, раз уж вы так настаиваете, и раз обещаете подарок, я приду. Уломали вы меня!
— Вот и отлично, вам все очень понравится.
Поток банальных комплиментов в адрес Лизы продолжался еще минут пятнадцать, пока на дне ее дамской сумочки не запищал мобильный телефон. Черноволосая красавица достала аппарат и прочитала короткое сообщение, посланное ей Георгом. В нем было всего две фразы: «Я уже за столиком. Жду тебя».