Страница 11 из 34
Вспомнив свои слова, Питер испытал теплое чувство удовлетворения. Они не были жалкими преступниками. Они были полны решимости распределить богатства Галактики более справедливо, чем это делалось до сих пор.
Открылась дверь – и в зал стремительно вошел Бригс, держа оружие почти наготове.
– Весьма похвально, мистер Бригс, – сказал профессор Чезлин Рэндолф, входя вслед за Бригсом и глядя на него снизу вверх. – Я рад видеть вас таким подготовленным.
Бригс был польщен:
– А-а – зовите меня просто Даффи, профессор.
Рэндолф кивнул с видом важной персоны и повернулся к своему спутнику:
– Мы все в сборе, полковник. Пожалуйста, выберите себе место, и тогда мы можем начинать...
Полковник Эрвин Тройсдорф тряхнул своей коротко постриженной головой и сел в центре первого ряда. Он заботливо расслабил свое грузное тело, удобно устроив раненую ногу. Перед тем, как сесть, он окинул всех одним приветственным взглядом. Гражданская одежда на нем была чистой и хорошо выглаженной, но имела старомодный и поношенный вид. На пустом соседнем сидении полковник устроил шляпу, перчатки и трость. Наблюдая за всей этой процедурой, Питер Хаулэнд предположил, что никто на свете не наберется смелости попросить полковника убрать его вещи.
Хаулэнд тихо спросил рядом сидящего Хаффнера:
– Откуда на Земле – или за ее пределами – Рэндолф выкопал его?
– Наверное, – сказал Хаффнер, – твой вопрос относится ко всем нам.
Мэллоу, проходя мимо собравшихся, высокомерно усмехнулся, пошел дальше, чтобы занять место рядом с помостом, и сел внизу его лицом к аудитории. Профессор Рэндолф прыгнул на помост и выбрал самое большое кресло, нагромоздив на него еще подушки, снятые с других кресел. Он оглядел все собрание и прокашлялся.
Сразу же воцарилась тишина.
– Джентльмены! Пожалуйста, выслушайте меня самым внимательным образом.
Рэндолф просто случайно не упомянул присутствующих дам в своем обращении, но вообще-то сейчас, продолжая говорить, он недоумевал, почему его племянник так настойчиво отстаивал свое решение пригласить и женщин.
Мэллоу доказывал, что, если все пойдет по намеченному плану, женщины могут оказаться очень полезными, но профессор Рэндолф считал, что они будут только мешать.
– Я полагаю, что все вы, присутствующие на данном историческом собрании, каждый в разное время, почувствовали на себе несправедливость и беззаконие нашего современного общественного устройства. Я еще не знаю каждого из вас лично – мой племянник Теренс Мэллоу привел сюда большинство из вас. Но я надеюсь исправить это упущение очень быстро, – он сделал паузу и с сияющей улыбкой пробежал взглядом по лицам слушателей. – Мы собрались здесь, чтобы спланировать подготовительные мероприятия к тому великому делу, которое послужит открытию новой эры в развитии науки и окажет поддержку творческим личностям нашей цивилизации. Хватит нам терпеть диктат со стороны тупых бюрократов.
Присутствующие внимательно слушали. Все они знали только одно – будет работа, больше ничего. И готовы были во всем потакать маленькому старому профессору и выслушивать его длинные речи – Мэллоу всех об этом предупреждал, – только бы получить хороший куш.
– Мне хочется добавить, – Рэндолф покатился дальше, наслаждаясь своей ролью спасителя, – что полковник Тройсдорф полностью согласен с моей точкой зрения. Космический военный флот обошелся с полковником очень жестоко и бесчестно. Полковник осмелился утверждать во всеуслышание, что они бросают деньги на ветер. И поплатился за это тем, что с позором был выгнан с работы, которой посвятил всю жизнь, и брошен на произвол судьбы без средств и в полном одиночестве.
– Он скоро заставит меня рыдать, – сказал Хаулэнду Хаффнер, продолжая ласково гладить свою бутылку. – Я не отказался бы от некоторой части денег, которые правительство тратит впустую на своих славных космических моряков.
– Казалось бы, – продолжал Рэндолф, выпучив свои лягушачьи глаза до предела, – я должен первым сказать, что правительство вправе решать, куда направлять деньги, собранные у гражданского населения. Но пришло время, когда я готов встать и заявить, что я больше не поддерживаю правительство.
Вся система нашего социального строя неправильна. Нормальные люди не должны довольствоваться теми убогими и жалкими условиями, в которых они живут. Люди шумно требуют только хлеба и зрелищ, тогда как настоящие прелести жизни, ценности, которые должны сопровождать человека с рождения до смерти, плывут мимо. К истинным ценностям жизни я отношу и возможность заниматься научно-исследовательской деятельностью.
Красивый, но не отличавшийся большим умом Мэллоу слушал Рэндолфа с довольной улыбкой – племяннику казалось, что старик говорит просто прекрасно и, несомненно, обратит в свою веру всех колеблющихся в этой подобранной из разных людей компании. Первой реакцией самого Мэллоу был охвативший его тогда страх. Он взглянул на Хаулэнда. Ненадежное звено! Он никогда не любил Хаулэнда и очень удивился, что этот ученый так восторженно принял план Рэндолфа. Что касается старого Гусмана, его нецелесообразно включать в дело.
Когда Рэндолф перешел к разделу подготовительных мероприятий, по конференц-залу побежал шумок. Шум все увеличивался. Люди шумели так, как будто поняли, что им предлагают не просто работу, а совершение кражи века.
Мэллоу, Бригс и Кейн пытались определить настроение каждого. Не все были в восторге от полученного предложения.
Бледный от страха малый с длинной верхней губой, темно-серыми глазами и редкими волосами, натянувший на себя ужасно безвкусную одежду, так резко вскочил с места, что его стул громко скрипнул. Все повернулись к нему.
– Извините меня – ух, проф, но если вы планируете захват транспортных грузов на их пути к космическим портам – ух, ух. Фредди Финкс пытался это сделать. Теперь он отбыл два года из двадцатилетнего срока заключения на одной из малых планет для уголовников, – говоривший глубокомысленно почесал свой остроконечный нос:
– Никогда не знаешь, как лучше поступить.
– Спасибо, как вас, мистер?..
– Киркуп. Все называют меня Пальцы и, я полагаю, вы тоже будете так меня звать. Но мне это не нравится.
– Благодарю вас, мистер Киркуп, за полезный совет. Но, разумеется, в мои планы не входит, как вы сказали, захват драгоценных слитков, отправляемых в космические порты. Это слишком грубо.
Рэндолф подарил широкую улыбку всей созванной компании. Он был в отличном настроении.
– Вы, должно быть, заметили, что здесь присутствуют в основном те, кто в свое время служил в военно-космическом флоте. Вывод, я осмелюсь предположить, очевиден.
Хаулэнд с удивлением заметил, что некоторые так ничего и не поняли.
Стелла со сверкающими глазами что-то горячо говорила своему мужу. На оливкового цвета лице Кванга была какая-то полуусмешка, он сидел, опустив глаза вниз. Даффи Бригс и Барни Кейн, сильные, здоровые парни, удивленно смотрели друг на друга.
– Я намерен, – сказал выдающийся и уважаемый профессор, – с помощью всех вас заиметь свой корабль в космосе.
Глава 6
– Я не согласен с тобой, Теренс, и должен снова тебе заметить, чтобы ты не забывал, – командую я! – профессор Чезлин Рэндолф самодовольно выпятил свою маленькую индюшиную грудь и выпучил крошечные глаза на племянника.
На второй день после успешного первого собрания в отеле в университетский кабинет профессора Рэндолфа пришли Мэллоу, Хаффнер и Хаулэнд, а позднее к ним присоединился полковник Эрвин Тройсдорф. Питер Хаулэнд ходил взад и вперед, как помешанный; ему казалось, что вместо мозгов у него в голове слоями лежит вата.
После профессорской нахлобучки Мэллоу с чувством неловкости отступил.
– Ну ладно, дядя. Но я должен поставить всех в известность, – Теренс резко повернул голову в сторону Хаулэнда, Хаффнера и Тройсдорфа, – что я считаю открытое вооруженное нападение самым лучшим методом, а с оружием мы умеем обращаться отлично.