Страница 37 из 93
Статный журавль, которого в Китае так высоко почитают, которым так восхищаются и считают символом долголетия, тоже, оказывается, может пасть до того, что превратится в лису и стать дьяволом-искусителем в человеческом обличье. «В правление императора династии Цзинь Хуай-ди, в период Юнцзя (307–313), некто Сюй Ши отправился как-то на прогулку и встретил в поле прекрасную девушку, которая была очаровательно свежа и бела лицом. Девушка подошла к нему, они обменялись несколькими нежными словами, и девушка пропела:
Добрые слова о вас дошли до меня давным-давно,
И с тех пор мое сердце дни и месяцы ожидало вас.
Как я могла встретить вас, благородный гоподин?
Я мечтала о вас, но как издалека родится чувство?
Ши тоже сразу полюбил девушку, и она, обрадовавшись, пригласила его в дом, накрыла стол и поставила перед ним еду, вино и много рыбы. На следующий день, когда Ши не вернулся, его братья отправились на его поиски и нашли его сидящим на берегу озера рядом с девушкой. Старший брат напал на девушку с тростниковой палкой, но она тут же обратилась в белого журавля и взмыла высоко в небо. Ши был настолько удивлен, что прошло больше года, прежде чем он окончательно пришел в себя» («И юань»).
9. Дьявольские рыбы
Как мы помним, даже совершенная мудрость Конфуция не уберегла его от встречи со змеей-оборотнем в человеческом обличье. Кроме того, авторы древности повествуют и о посещении Учителя дьявольским человеком-рыбой. «Конфуций, пребывая в меланхолии, сидел во дворе дома, перебирал струны и напевал, когда в сумерках появился какой-то человек, ростом свыше девяти чи, в черных одеждах и высокой шапке. Его грубый голос взбудоражил всех вокруг. Цзы-гун выступил вперед и спросил: "Кто вы такой?" Но незнакомец схватил его и зажал под мышкой. Потом выступил Цзы-лу с натянутым луком и сражался с незваным гостем во дворе дома. Но и ему не удалось одолеть его. Конфуций внимательно посмотрел на человека и заметил, что в местах сочленения пластин его кольчуги зияют бреши размером с ладонь. "Почему ты не стреляешь в незащищенное место?" — воскликнул Конфуций. "Стреляй туда, и тогда победишь". Цзы-лу выстрелил, и незнакомец распростерся на земле, превратившись в огромную рыбу ти свыше девяти чи длиной.
Конфуций сказал: "Зачем явилось сюда это существо? Я слышал, что, когда звери стареют, они собирают все оставшиеся у них жизненные силы и приходят туда, где царит несчастье. Наверное, именно это привело сюда зверя. Не связан ли как-то его приход с моим грустным расположением духа и равнодушием к пище или с болезнями тех, кто следует за мной. Конечно, шестью домашними животными, а также черепахами, змеями, рыбами, травой, деревьями и так далее в конце концов овладевают шэнь, и они преследуют людей как призраки, которых называют "пятью ю", пятью областями (направлениями компаса), соответствующими пяти элементам, поскольку во всех областях живут такие существа. "Ю" означает "старый", поскольку существа эти преследуют людей только когда состарятся. Но если их убить, то они ничего не смогут поделать, так что какое несчастье может теперь пасть на меня? Быть может даже, случай этот произошел благодаря неизмеримой доброте Неба, которое связало мою судьбу; для чего же еще мог явиться сюда этот зверь? Поэтому мне не стоит прерывать игры на лютне и пения". Цзы-лу приготовил рыбу, которая источала приятный аромат, и даже страдавшие от болезни последователи Учителя поднялись с постелей. На следующий день все они смогли продолжить путь» («Coy шэнь цзи», гл. 19).
Чрезвычайно дурной славой демона, насылающего болезни, пользовалась рыба под названием шан, «Рыба шан похожа на линя и вся в красных пятнышках; длина самых крупных превышает один чи. Она встречается в Юйчжане, где обитает преимущественно в грязных и илистых водоемах, иногда целыми сотнями. Рыбы шан могут становиться демонами-цзу, околдовывать и дурачить людей, а также завладевать их душами. Владельцы земель и полей, окружающих такие водоемы, не осмеливаются вредить им; они время от времени обращаются к ним с молитвами и приносят жертвы, прося о богатом урожае, и тогда их земли дают в два раза больше плодов. Но владельцы вынуждены скрывать свои имена, а также покидать поля через три года — только так можно избежать несчастья, насылаемого этими рыбами.
Вред, приносимый рыбами-шан человеку, заключается в следующем: они изменяют положение лица, рук и ног людей, и спастись от этого можно только молитвами и испрашиванием прощения за прегрешения. По ночам они выползают на землю и оставляют следы грязи, а там, куда они приползают, раздаются дразнящие слух звуки. У командующего двадцать пятой армией Северного императора есть амулет, способный побороть чары водяных цзу. Можно написать заклинание на камне или кирпиче и бросить его в пруд, где живут эти рыбы; или, выцарапав на досках, прибить у края водоема, и тогда налетит ветер и дождь или будет грохотать гром, и рыбы обязательно покинут место. Знакомые с этими способами могут применять их» («Лу и цзи»).
Чтобы стать демоном, способным насылать болезни, рыба должна принадлежать к определенному типу. «При династии Тан в Лояне проживал некто Лю И из Хэдуна. Как-то погожим весенним днем он рыбачил на реке И и поймал большую рыбу, которую отнес домой и пустил в бассейн с водой. У него был сын семи-восьми лет, и в ту же ночь Лю И приснилось, что рыба укусила его в грудь. Он проснулся в холодном поту и тут же слышал крик ребенка. "Мне приснилось, что большая рыба укусила его в грудь, — сказал он. — Ребенок кричит от нестерпимой боли". Поскольку явь и сон совпали, Лю обследовал грудь сына и, к своем ужасу, обнаружил прыщи и кровь. На рассвете он выпустил рыбу в реку, затем пригласил буддийских монахов с тем, чтобы они прочитали сутры перед образами святых. Через десять с небольшим дней прыщи на груди у ребенка исчезли. С тех пор Лю И больше никогда не ловил рыбу» («Сюань ши чжи»).
Хотя рыбы, как известно, принадлежат к холоднокровным, сей факт не помешал китайским авторам сочинять и записывать истории о том, как рыбы, приняв человеческий облик, обманывают мужчин и женщин, искушая их, соблазняя и даже вступая в брак с ними. «Героями» подобных небылиц становятся даже крабы. «В Цзиньлине, где множество крабов, есть старая легенда об одном из них, панцирь которого был в пять чи, а клешни — в два раза большей длины. Он регулярно появлялся под покровом ночи и кусал людей. В ту пору жила в тамошних местах целомудренная женщина, все еще незамужняя, хотя ей уже перевалило за тридцать. Однажды ночью на ее дом напали разбойники, она в ужасе убежала, но дорогу ей преградил краб. В мгновение ока он превратился в прекрасного юношу, и начал соблазнять ее. С глубоким возмущением непорочная девушка воскликнула: "Что это за призрак осмеливается бесчестить меня? Когда я умру, я превращусь в ядовитую лисицу и тогда убью тебя". И с этими слова она бросилась головой на камень и умерла. На следующее утро в сильном тумане люди нашли на дороге мертвого краба; путников в тех местах более никто не тревожил. И поныне, сгущается туман, многие крабы лежат в спячке[59].
10. Оборотни-насекомые
В китайской демонологии находится место и для насекомых. «В годы Иси династии Цзинь, — сообщает Тао Цянь, — некто Гэ Хуэй-фу из Ушана проводил ночь в доме семьи его жены, когда после третьей стражи перед крыльцом появились двое человек с факелами. Гэ понял, что они пришли не с добрыми намерениями, и подошел поближе, чтобы дать им отпор. Он уже хотел было обрушить на них свою палку, как вдруг они превратились в бабочек, которые метались туда и сюда, пока не стукнулись Хуэй-фу о бок. Он повалился на землю и вскоре умер» («Coy шэнь хоу цзи», гл. 8).
59
«Юань чи шо линь». Нам не удалось раздобыть ни самого этого текста, ни сколько-нибудь подробных сведений о нем.